Жатва душ. Несущий свет (СИ)

Я ускорился, почти физически ощущая таинственный контейнер. Надеюсь, пользы от него будет больше, чем проблем.
Джип, старенький и проапгрейженный Wrangler, они спрятали за жиденькой банановой рощицей. Нос его закидали пальмовыми листьями, которые частично снесло ветром, но из-за плохой видимости обнаружить темно-зеленую машину было сложно. А если я не заметил, то и враг не заметит.
  
Подойдя, я обнаружил, что машина эта довольно габаритная, размером с УАЗик, с ненадежным брезентовым кузовом и рассчитанная на перевозку в салоне шести человек.
Сидящий на первом сиденье Макс высунулся в окошко.
— Ден, е-ма! Ты прикинь, чудом ускользнули! — захлебываясь от возбуждения, заговорил он.
Я просмотрел их профили — уровни остались при них. В темном салоне я разглядел Эдрика, который помахал мне, улыбаясь от уха до уха.
Сергеич сел за руль, завел мотор. Прежде чем залезть назад, где сиденья располагались вдоль бортов в два ряда напротив друг друга, по три с каждой стороны, я заорал:
— Глуши мотор!
— Че это? — возмутился он.
Крош вылез из-за пазухи и побежал обнюхивать Эдрика.
— Глуши, Никитка, мать твою фак! И фары гаси!
Он сделал, как я сказал, но не потому, что я велел, а чтобы наорать на меня:
— С хера ли раскомандовался, Денис? Они…
Сидящий впереди Макс вцепился Сергеичу в плечо и рывком чуть ли не припечатал его лицом к стеклу. В просветах между пальмовыми листьями я заметил сверкнувший свет фар. Потом еще и еще.
Сергеич сглотнул слюну, выругался. Его голос растворился в грозовом раскате.
— Вот тебе ответ, — крикнул я. — Мы бы не успели от них уйти, там дальше грузовик перекрыл дорогу. Пока огибали бы его по бездорожью, нас засекли бы.
— И че теперь? — Сергеич почесал темечко.
— Ждем, — распорядился я, хотя не был уверен в решении, просто оно казалось мне наиболее логичным.
— Деннис! — радостно вскрикнул Эдрик, он стал заметно бодрее. Крош терся о его грудь.
Макс же повернулся ко мне и спросил:
— Ну че, добыл ты ту штуку? Браслет или как там?
Я кивнул, и он хлопнул меня по ладони.
— Слышь, а у нас это… уровни у нас на месте? — взволнованно спросил Сергеич.
— Все на месте, не бойтесь, — утешил их я. Вспомнив, как бился с доктор Ливси, спросил: — У меня тоже вопрос есть. Если утопить бензопилу, ее потом можно оживить?
Сергеич, как и Макс, повернулся ко мне, моргнул пару раз и прищурился.
— С какой целью интересуешься, товарищ? Ток не говори, что за просто так.
Я молча улыбнулся.
— Да ну! — Сергеич хлопнул себя по ляжкам, выскочил из машины и принялся с остервенением потрошить мешок с едой, который я примотал к мопеду.
Заглянув внутрь, он сплюнул и вдруг раскинул руки, отвязал бензопилу, распеленал ее нежно, как младенца и оскалился, что-то заорал, дернул тросик, но по понятной причине она не завелась. Но он пробовал снова и снова, пока я не вылез и не забрал трофей.
— Таки утопил? — Брови Сергеича поднялись домиком. — И как смог?
— Потом расскажу. Так она заработает?
— Еще как! Дай!
Я вернул бензопилу.
Промокнув до нитки, он вернулся в салон, не выпуская ее из рук.
— Мы ж теперь их, как детей! Вжух — рука в сторону! Вжух — башка с плеч!
— Будем, будем, — поддержал его я. — Но прежде надо сохранить собственные головы на плечах. Давайте решать, что делать дальше.
— Че делать, че делать, — валить отсюдова! — Сергеич посмотрел на меня, как на умалишенного. — Кончат нас не то.
Макс сделал жалобное лицо.
— Так мы в отель не вернемся, что ли?
— Мы не уедем дальше и не вернемся, а будем стоять здесь, — припечатал я и предвосхитил грядущие вопросы: — Потому что, скорее всего, кто-то остался в «Кали», а кто-то помчался нас догонять. Сейчас они доедут до грузовика и подумают, что ошиблись с направлением, вернутся и помчат к заправке. Только тогда можно покидать убежище.
— Нас тут зомби сожрут, — предположил Сергеич.
— Они попрятались. — утешил его я. — Похоже, как звери, они чуют, что ураган серьезный, и не хотят летать. Ни одного по пути не встретил.
— Но… — проблеял Макс, — что будет с теми людьми? Они же нормальные. Девчонки, Семеныч, Рамиз… Их убьют?
— Зачем же? — дернул плечами Сергеич. — Заберут с собой, и пусть работают, как мы тогда. Ну, или мужиков прибьют, а баб угонят к себе в… хм-м… гарем, как Марусю.
— Суки! — воскликнул Макс и посмотрел на меня умоляюще. — Поехали назад в отель! Им нужно помочь!
— Какой отель? — взвился Сергеич. — Ты долбанулся?
— Пока уроды разделились, мы можем их положить!
— Ах ты ж кобелина! — электрик дал ему затрещину. — Женилка у него заработала, слюни на девок пустил! Слышь, Денис, он на бабу запал, и нас под монастырь подводит!
С одной стороны, Макс рассуждал здраво. Если в отеле осталось два-три претендента, я их легко покрошу, и этим мы ослабим группировку Папаши. Однако, если там остался Тетыща с неизвестным мне оружием, которого даже Волошин побаивался — не факт, что одолею его. Но стоило допустить мысль, что можно ведь перебить врагов, пока они слабы, как мои мысли перечеркнули возвращающиеся враги — квадроцикл и два мотоцикла мчались назад.
— Поздно, — сказал я и обратился к Сергеичу: — Сколько человек за нами приехали?
— Я четверых видел. Может, их и больше. А заприметил их, когда мы с Максом за водой пошли. Только к выходу собрался, а тут они — опачки! Пришлось через черный ход смываться. Ваще хорошо, что стоянка чуть в стороне, а то нам хана была бы. И что гроза — а то они мотор услышали бы. — Сергеич посмотрел на меня пристально, пожевал губами и выдал: — Не вздумай туда переться! Их много, у них стволы.
«Нас мало, но мы в тельняшках», — возразил ему другой, азартный я, тот, которого Света характеризовала двумя словами — слабоумие и отвага. Тот самый, который бросил жену и сыном и поставил все на зеро, то есть на Карину. Вот уж кто настоящая нулевка — что в сердце, что в голове.
Пока я размышлял, Макс решил быть солидарным с моей азартной половиной:
— Нельзя бросать хороших людей в беде, Ден! Спасать их надо!
Что это с ним? Раньше не был таким безрассудным и рисковым. Странности за ним водились, это да, но он всегда любил жизнь. Похоже, тут и правда личное, причем этот парень предпочитает таскать каштаны из огня чужими руками, то есть идея его, неприятности — наши.
Однако меня всерьез взяли в оборот те самые безумие и отвага — я рассматривал вариант затаиться, проникнуть ночью в отель и, если Тетыща и компания там заночуют, перерезать им глотки. Так мы и общину спасем, и ослабим группировку Папаши. Нехило так ослабим. Настолько, что можно будет думать об ее уничтожении — не всей, разумеется, а только силовой верхушки.
— Максимка, сдурел? Ты ваще уверен, что те люди будут рады, если их спасут? — негодовал Сергеич. — Может, бабы сами напрыгнут на крутых мужиков, еще и передерутся за них? Или, может, не прокормит Папаша столько ртов, а эти все нулевые — балласт то есть, и их там и оставят. В общем, не хрен лезть в бутылку. Пока они нас ждут там, мы тихонько — оп!
— Мне тоже жаль людей, — проговорил я. — Но солидарен с Сергеичем. Сейчас туда ехать нельзя…
Будто подтверждая мои слова, налетел такой порыв ветра, что недалеко от нас с корнем вывернуло пальму.
— Ек макарек! — воскликнул Сергеич. — Валить надо, искать укрытие, пока нас не привалило бревном!
Эдрик поглаживал Кроша и смотрел на всех поочередно, пытаясь понять, о чем мы спорим. Поставив себя на его место, я сжалился и перевел наш разговор.
Все уставились на меня, ожидая решения. Я представил себя Витьком-выживальщиком, который ведет за собой народные массы, учит добывать еду и загонять кабанов.
  
— Вот как мне видится ситуация, — начал я рассуждать, — квадроцикл у них открытый, сейчас ночь, до их базы ехать далеко. Так что, скорее всего, они останутся в «Калигайахане» и там же заночуют. Значит, мы едем в сторону «Маглаяга» или «Эвелин», где Волошин уже побывал. Там есть здания, в которых можно укрыться от урагана…