Два пути одного сердца (СИ)
– Наверное. Почём мне знать, антей это или что-то ещё. Но открыто, это точно. Он камины чистит, двери открывает. Аппетит портит, прислуживая за столом, – поморщилась я, продолжая жаловаться.
– А потом распадается на таких вот пауков? – спросил совсем рядом незнакомый женский голос.
Я оглянулась и увидела поразительной красоты юную брюнетку с фарфоровой кожей и огромными синими глазами. Она была одета в удивительно нелепое старушечье платье, запахнутое до подбородка, но даже унылый тёмный наряд не портил общего впечатления.
– Доминика Имидор, – хмуро представил Советник. Он провожал взглядами тварей и сосредоточенно смотрел, как те по одному тают. Вроде даже незаметно загибал пальцы, считая.
– Это ведь Алиса Меликова? – улыбнулась девушка, совершенно не обращая внимания на копошащуюся пакость. – Ты ко мне её привёз, папа? Прекрасно, такого финала я и ждала.
– Ждала она! – рассеянно проворчал Тит, отслеживая очередного паука. – К тебе, Ника. К тебе… Но уже и без надобности, кажется я без того ей поверю.
Мохнатая дрянь размером с котёнка бежала прямо на Доминику. Дочь судьи строго на него взглянула и паук не просто исчез, а покрылся ледяной коркой, стал прозрачным и рассыпался в пыль. О… вот она-то точно магиня, как Рина. Вот бы мне так уметь! Поймав себя на этой мысли, я признала, что больше не сторонюсь магии и вовсе не считаю её противоестественной... Ни капельки!
– Сорняки здесь теперь не вырастут ещё лет сто, – задумчиво протянула она и скользнула взглядом по гравийной дорожке, словно по-хозяйски прикидывая: не посыпать ли и там паучьей пылью, чтобы целый век не воевать с корявыми маргаритками и упрямыми одуванчиками.
– Последний, – констатировал Имидор и взял меня за локоть. – Идёмте!
В доме меня усадили на диван, напоили чаем и велели рассказать всё подробно, с самого начала.
– С самого начала, это с проклятого договора? – уточнила я.
– Уже и не знаю, – беспомощно признался Советник, со скипом рухнув рядом с Никой на сидение напротив меня.
– С того, как вы с Дреем стали Связанными и почему, – подсказала девушка, спокойно устраивая голову на плече отца. Имидор до сих пор был на взводе, но она этого словно не замечала. – В этом вся суть. В том, что до брака.
– Ишь ты, – пробурчал Тит. – Сущие, значит, рассказали?
– Рассказали, – спокойно подтвердила Ника.
– А ты, значит, и Летопись зачитала, и мне ничего не объяснила?!
– Кто я, чтобы не зачитать Летопись? – возразила Ника. – А тебе не объяснила, потому что знала, что Элис сразу придёт. Она знает больше.
– Сущие предугадали, – уже без вопросительной интонации констатировал Имидор. – А я-то, понимаешь ли, к тебе её вёз, просто чтобы ты посмотрела ложь без последствий.
– Да, они предугадали, – согласилась девушка.
– Минуточку! – изумилась я. – Что значит – они? У Имидоров что, несколько Сущих?
– Чуть больше, чем несколько, – кивнул Тит. – Мы держим одну из Нитей Большого Древа.
– А… а ваша зеркальная Семья? – совсем растерялась я.
– Нет никаких зеркальных Семей у судей, – печально вздохнула Доминика. – Имидоры испокон веков свободны в выборе жён. А женщины из рода… зачитывают Летопись у Древа. Я с младенчества знаю, что семейная жизнь не для меня.
– Как несправедливо! – возмутилась я. – А если любовь?
– Как у вас с Дреем? – мечтательно улыбнулась Ника, но тут же снова стала серьёзной. – Нет, это тоже не про нас. В сторону женщины-судьи даже взгляда никто не поднимет. Мужчины малодушны. У меня нет разящего Дара, но вот любую ложь от меня совсем никак не скрыть. Я чувствую даже мысли и намерения. И судила бы папу уже под Древом, не исполни он ваш приговор.
Я помолчала, пытаясь вообразить такую долю… не нашлась, что ответить и просто начала свой рассказ. С самой сути начала, с Тины.
– Теперь, папа, ты знаешь, что Вали всегда говорили правду. И что ты разлучил Связанных. Что будешь делать? – сухо поинтересовалась Доминика, когда я выговорилась.
– Не представляю, – прошептал Имидор и закрыл лицо ладонями. – Но в первую очередь надо забрать у Левиса опекунство. Она уже сегодня непременно должна остаться у нас, к Тифу девочке возвращаться нельзя! И я сейчас же пошлю за Зорой. Только как всё это сделать, не разворошив осиное гнездо?.. Номинально они виновны и как Связанные огребут по полной! А к Левису даже прицепиться не за что.
– Нет, папа. В первую очередь ты должен сделать совсем другое!
Тит прищурился и покосился на Нику, явно не понимая, что она имеет ввиду. Я слушала, затаив дыхание, как эти двое решают мою судьбу и поражалась, насколько серьёзно Имидор разговаривает с совсем юной дочкой.
– Ну же! – поторопил он в итоге.
– Ты обязан рассказать ей про Путь сердца.
– Даже не думай! – судья взвыл, как иерихонская труба. – Она потащится к своему Дрею и убьётся, поверив в наивные сказки!
– Это не тебе решать, – отрезала Ника, даже не моргнув. – Одну наивную сказку они уже претворили в жизнь. Ты обязан рассказать, как снять обвинение.
– Его можно снять?! – воскликнула я. – Что же никто до сих пор не сказал?! Почему не объяснили мне сразу, вместе с приговором? О, да я на что угодно ради такого готова!
– Молчи, дитя! Ты не представляешь, о чём говоришь!
– Так расскажите!
– Я расскажу, – Имидор вскочил и навис надо мной, – потому что обязан, – он с укором оглянулся на дочь, как на предательницу, и снова развернулся ко мне. – Но ты сию секунду об этом забудешь и даже думать о таком не станешь, поняла?
– Нет, – ответила я, поджав губы и вздёрнув нос. – Не поняла. И обещаний таких авансом давать не стану.
– Значит, не станешь?! Тааак… Тогда ждём Зору! Пусть она вам обеим вправляет мозги.
Разъярённый судья выбежал из гостиной и громко хлопнул дверью, но через секунду сунулся обратно и рявкнул, ткнув пальцем в дочь:
– Не сметь рассказывать без меня!
Глава 27
– Ника… – тихо позвала я, наконец решившись задать архиважный вопрос. Я долго соображала, как выяснить всё окольными путями, но ничего стоящего так и не придумала.
Девушка подняла на меня внимательный, сосредоточенный взгляд. О, она точно почувствовала, что впереди вовсе не светская беседа!
Я запаниковала и отвела глаза. Вот сейчас как окажется, что судья последней инстанции не может или не хочет отвечать, и вообще тогда не будет понятно, с какой ещё стороны заходить!
– Доступ Имидоров…
– Нет, не здесь. В Совете. Исконный дом Семьи давно уже превратился в резиденцию Совета, Элис. Судейский Доступ и есть наш.
Ох... Я живо вспомнила язвительное и завистливое замечание паучьего слуги, скзанное тоном Левиса. Значит Имидоры как раз были из тех, вокруг кого строилась столица... А то и вообще Дорса.
– А как же ты…
– Портал наверху, в семейной гостиной, – снова поняла с полуслова Ника.
– И куда ты через него попадаешь?
– В папенькину приёмную.
Я протяжно вздохнула. Доминика сочувственно закивала, молча соглашаясь в этим вздохом.
Мда… отчаянный способ свидеться с Эйо. Как же теперь выкручиваться?.. Но положение моё тоже со всех сторон было отчаянным и я никак не могла взять в толк, куда двигаться. Мне нужен был совет, который никто, кроме Сущего, кажется не даст, поэтому следовало использовать малейший шанс! Нужен совет, нужны новости…
На глазах проступили злые слёзы и с минуту я с ними боролась.
– Бесполезно и думать, если не идти официально, – добавила Ника, отвечая на мои следующие невысказанные мысли. Чуткая... Не сразу добавила, а когда убедилась, что я пришла в себя. – Разрешение, разумеется, даёт и подписывает лично отец, так что можешь не тренировать обаяние на моих братьях. Поверь, они и так уже преданы тебе, как старые гончие, но в данном случае от этого мало прока.