Абсолют (СИ)

— Ну, что тут у нас? — поинтересовался Князев, подойдя к Леману.
— А ты храбрый, раз решил вновь явиться сюда… — слабым голосом ответил кремень.
— Не могу стоять в стороне, когда друзья Гаврюхи страдают. Что там с тобой?
— Всё в порядке… — выдохнул Леман и замолк.
— Иисак создан специально для того, чтобы определять состояние ментального и физического здоровья сотрудников. Если он уверен в твоём плохом самочувствии, то процентов девяносто восемь, что так оно и есть.
— А, как же остальные два процента?
— Ох… Давай не нуди! Расскажи, что с тобой происходит? — нахмурился Князев: — Понятия не имею, как тебе помочь… Но я хотя бы попытаюсь.
— Ну, попытайся.
А быстро кремень сдался.
— И? Что с тобой происходит?
— Не могу толком объяснить, но я подключился к этой штуке внизу.
— К какой именно?
— Кажется, Гавриил упоминал, что это вычислительная машина для «Двери»…
— Так. И, как проявляется это подключение?
— Поток информации… Нескончаемый поток информации! Оно ищет… Ищет плацдарм.
— Плацдарм, для чего?
— Оно само не знает. Как будто, что-то сломалось в системе поиска. И теперь машина ищет, нечто неизвестное. Она пытается провести всё это через основной агрегат, а затем посылает энергетический импульс «маяку».
— Что за «маяк»?
— Вторая часть машины, которая сейчас находится у другого существа… Я чувствую её.
— Существа? Это Тень? Или такой же инопланетянин?
— Инопланетянин… Тень… Какая разница? Это существо не с Земли. И оно несёт страшную угрозу. А ещё… мне кажется, что я его знаю. Только не могу понять, откуда?
— Хм-м… Интересно. Гаврюха утверждал, что ты из будущего?
— Всё так.
— Выходит и это существо — из будущего?
— Я не знаю. Но все эти ведения из подобранных миров — сводят меня с ума…
— Опиши, что именно ты чувствуешь?
— У тебя, когда-нибудь была мигрень?
— Шутишь? Конечно, была!
— Вот. Умножь эту боль на миллион. А затем представь, что в твою голову вливают кино. Много кино. И ты не в состоянии это прекратить! Поток не даёт мне отдыхать… Я не могу его игнорировать.
— Оно заливается сеансами?
— Всё верно. На каждый мир — по две-три минуты.
— Что ты видишь?
— Гуминитов. По крайней мере — часто. Но в основном — органические формы жизни. Не всегда разумные. А ещё эти миры очень напоминают… Землю.
— Так. А, почему ты упомянул про «плацдарм»?
— Потому что, так говорит вычислительная машина. Она ищет плацдарм. Но не знает, для чего именно.
— Как давно ты подключился?
— Сегодня утром. Сразу, как проснулся. Сперва я ничего не понял. Это было, словно продолжение сна… А потом превратилось в шум. Затем я попытался разглядеть, что именно мне транслируют. Понадобилось около двух часов, чтобы понять… Я вижу вход. Вижу кучу мониторов. Вижу табло с цифрами. И вижу работу вычислительной машины. А ещё… вижу работу загадочного агрегата. Именно он посылает мне видения из разных миров. Но меня больше волнует другое.
— Что же?
— Кремни любят разбираться. Мы миллионами лет сидим на одном месте, и единственное, что спасает от скуки — решение загадок.
— Так.
— Несмотря на адскую боль и вечное кино в моих мыслительных центрах, я расшифровал значение цифрового кода.
— И, что там?
— Это созвездие, номер звёздной системы, удалённость от светила. Агрегат швыряет меня по разным планетам, но… есть в этом коде дополнительный набор цифр.
— И, что он означает?
— Если мои суждения верны — номер Вселенной.
— Номер… Вселенной? Ты, о чём? — удивился Князев: — Уж не хочешь ли ты сказать, что…
— Да. Если верить моим расчётам, агрегат ищет плацдарм в Мультивселенной.
— Какая чушь! Это невозможно.
— Ты беседуешь с живым камнем… Что реалистичнее? Живые разумные камни, напичканные энергией, или то, что все мы живём внутри огромной Мультивселенной?
— Господи… Ты серьёзно в это веришь?
— Лучше принеси бумажку и ручку… Мои мыслительные центры серьёзно перегружены. Я не знаю, сколько ещё продержусь в сознании… И какими последствиями для меня всё это обернётся. Нужно срочно записать все полученные данные! А затем… Затем обязательно показать Фёдору.
  
— Почему именно ему?
— Потому что, так надо. Двигай за блокнотом! Не испытывай меня! — прогремел Леман.
— Понял. Уже бегу!
* * *
К великому сожалению, очнувшиеся охранники КамГЭС так, ничего и не сказали. Вернее, Госпожа Друзь упомянула, что был между Немцовым и Валюшиным, некий конфликт три месяца назад. Но, что именно случилось — она так и не сказала. По крайней мере — Оборину и Жучкину.
И, что-то мне подсказывало, что Госпожа Друзь врала. Уж больно правдоподобно она заявила про три месяца перед тем, как отключиться.
Но главное, что здоровью этих людей больше ничего не угрожает. А весь город наводнили полицейские и оперативники ИСБ. К последним уже обратился лично я. Подумал, что лишним не будет.
Иришка продолжала бомбардировать меня максимально нелепыми фотографиями, за что пришлось сделать ей официальный выговор. Я пообещал ей, что вечером дома устрою ей серьёзную трёпку. На что она ответила кучей сердечек и влюблённых смайликов.
Всё-таки, странные существа… эти девушки.
— Ну, слушай… Фёдор… — Давид, словно кот, всё ходил за мной и пытался ластиться: — Я же не за просто так прошу! Хочешь, денег дам?
— Денег у меня много. — строго ответил я, взглянув на часы.
— А, хочешь… стрелять тебя научу?
— Меня? Стрелять? — я лишь усмехнулся.
— Не стоит смеяться! Уже забыл, кто на Олимпиаде в Париже обскакал того турка-киллера в спортивной стрельбе? Это был я!
— Пф-ф-ф… То есть, ты олимпийский чемпион?
— Лучший стрелок Российской Империи!
— Погоди… ты ж армянин?
— И, что с того? Во-первых — я живу в Российской Империи. А во-вторых — русские и армяне, это же православные братья! Мы всегда идём рука об руку вместе! Ой… — Давид тут же прервался и выглянул в коридор: — У меня, конечно, была толика сомнений… Но теперь — я полностью убеждён! Ты погляди. Мастеру наверняка будет приятно взглянуть на своё творение.
— М? — я поднял взгляд и увидел Москвина вместе с милой и очень симпатичной девушкой. Погодите! Неужели это и есть та комендантша? Я, конечно, слышал, что любовь меняет людей… Но не настолько же!
— Москвин и Алекса теперь вторая красивая пара Полимага. — мечтательно заключил Давид, а затем вновь повернулся ко мне: — Так вот, если у Москвина получилось, то значит и у всех остальных точно получится! Давай, говори цену… Я всё оплачу!
— Я не купидон.
— Купидон!
— Федор Александрович! — из-за угла вынырнула Рита — та скромная помощница Артёма: — Извините, что вмешиваюсь в ваш разговор, но вас ожидает Глава…
— Правда? — хвала небесам! Хоть отвяжусь от настырного армянина: — У меня сейчас факультатив… Но думаю, что Господин Шаляпин подождёт.
Давид, конечно же, понял, куда дует ветер. Нахохлился и сделал жест «я слежу за тобой», а потом скрылся в ближайшей аудитории.
До клубного кабинета шли молча. Мне показалось, словно Рита пыталась держать строго вымеренную дистанцию. Понимаю. Бывают очень скромные люди.
Зайдя в кабинет, я вновь увидел Ксюшу. Она приветливо улыбнулась мне. А я совершенно непроизвольно улыбнулся в ответ.
— Друзья! — Артём выглядел ещё более радостным, чем утром: — Спешу сообщить вам благую весть. Рассказ о вашем подвиге разлетелся по всему Полимагу!
— Очень здорово. — ответил я, искренне радуясь, что все эти своднические моменты закончились.
Ну, не шарю я за взаимоотношения людей! У меня всё было проще. Вика оказалась неудовлетворённым супером, которой нравилось жмякать практически бессмертного меня. Ксюше просто пообещали, что я буду податливой булочкой, а затем в её голове, что-то переклинило. Галчонок увидела во мне великого спасителя. Иришка перепутала задание с личной жизнью. А горничная… Ох, горничная оказалась закоренелой фетишисткой! Кто же знал? В общем, всё получалось, как-то спонтанно. Просто звёзды сложились.