Мой (СИ)
Ещё и обвинил непонятно в чём.
Будто мне без него проблем мало. Теперь ещё и слухи пойдут. Хорошо, если до матери не дойдут. А если дойдут… А если до Акимова? Тот и так наверняка после вчерашней сцены думает обо мне соответствующе. Теперь лишнее подтверждение будет.
Слёзы потекли быстрее прежнего, так жалко себя стало. Настолько погрузилась в свои страдания и не заметила, что больше не одна. Только когда на плечо легла чья-то ладонь.
Подняла голову и удивлённо уставилась на присевшего передо мной на корточки Лёху.
- Прости, - произнёс он виноватым тоном. - Я, правда, не думал, что всё так выйдет. Всего лишь прикололся, а парни поняли это по-своему. Не плачь, пожалуйста.
- Ну да, и вместо того, чтобы переубедить их, ты поддержал шутку, - съехидничала, смахнув слёзы.
Удивительно, но его присутствие успокоило. Или извинения. Нет, я с ним по-прежнему не желала общаться, но и плакать больше не тянуло.
- А что мне оставалось? Всё равно в обратное они бы уже не поверили, сама знаешь, - пробурчал тот.
- Действительно. Поэтому пусть теперь думают, что Добровольская даёт всем и каждому в любом уголке школы, да? Иди ты на хрен, Маслов! - поднялась на ноги.
- Да я вообще не говорил, что мы с тобой переспали. Только, что… потискал тебя, - поморщился.
- Замечательно, - всплеснула руками. - Меня это офигеть как успокаивает! Пошёл ты! - толкнула его плечом и направилась прочь с подземного этажа.
- Ну, знаешь, ты тоже неплохо меня унизила в ответ! - догнал почти сразу меня Лёша.
- Так тебе и надо! - огрызнулась я. - Могла бы, кастрировала! Отвали от меня, Маслов! Не желаю с тобой больше общаться! Хочешь извиниться, развей слухи!
- И как ты себе это представляешь? - хмуро уточнил он.
- А не знаю, - усмехнулась. - Как хочешь, - остановилась и уставилась на парня с вызовом. - Ты же у нас такой находчивый! Вот и докажи это!
- А если нет?
- Тогда я тоже придумаю какие-нибудь слухи. И поверь, твой стручок с мизинец - ничто с тем, что я придумаю ещё, - пообещала.
Конечно, я блефовала. Что тут больно про него придумаешь? Вокруг него постоянно какие-нибудь слухи вертятся. Так что по отношению к Лёше ими никого уже не удивишь. По большей части в них никто уже и не верит. Репутация, чтоб её!
Ответить Маслов не успел, из-за поворота показался… Акимов.
Да что ж я какая везучая-то?!
Заметив нашу парочку, мужчина сбавил шаг, задумчиво обозрев пустой коридор.
- И снова здравствуйте, - протянул с весельем Маслов.
- Я смотрю, вас так и тянет уединиться где-нибудь, - вынес вердикт увиденному Артём Николаевич. - После школы времени не хватает на встречи? - выгнул брови. - Или что?
- Не хватает, - прискорбно вздохнул Лёша. - Там уроки надо делать, у Галюньки, - неожиданно притянул меня к себе ближе, обняв за плечи, - ещё и музыкалка много времени отменяет. Она ведь выпускается у нас в этом году.
Послала парню мрачный взгляд, скинула руку и отошла в сторону.
- Поругались мы немного, если честно, - продолжил придуриваться одноклассник. - Вот мирились.
И снова этот его многозначительный тон, не оставляющий сомнений по поводу того, как проходило наше примирение.
Да издевается он что ли?
- Не понимаю, зачем просить прощение, если всё равно снова так делаешь? - обратилась к нему с болезненной усмешкой. - Не нужны мне твои извинения, Маслов. Катись ты… - посмотрела на Акимова и прикусила язык, сдержав ругательства, отвела взгляд и решительным шагом направилась прочь от обоих.
- Добровольская, задержитесь, - донеслось мне равнодушное вслед. - А вы, Маслов, опаздываете на урок. Заодно предупредите учителя о том, что ваша одноклассница задержится минут на пятнадцать.
Лёша окинул физрука злобным взором, бросил на меня полный ненависти и, чуть помедлив, всё же ушёл. Я же осталась пребывать на том месте, где остановилась до этого, спиной к Артёму Николаевичу, не решаясь повернуться. Просто стояла, смотрела себе под ноги и кусала губы, думая, что, благодаря одному козлу, я, кажется, в его глазах упала ниже некуда. Сперва раздевалка. Теперь вот пустой коридор… Да уж. И раньше-то глупо было рассчитывать на что-то, а теперь и подавно.
Ненавижу Маслова!
- Иди за мной, - снова послышался холодный голос мужчины, следом и его тихие шаги.
Обернулась посмотреть ему вслед и поразилась в очередной раз тому, насколько плавно он шагает. Будто тигр. Ступает осторожно, крадучись, но при этом уверенно и не таясь.
Так засмотрелась, что пропустила момент. когда Акимов свернул, и я осталась одна. Он за мной не вернулся и не позвал снова. Я же размышляла, стоит идти за ним или лучше отправиться на урок. Потому что если Артём Николаевич станет сейчас читать нотации о моём моральном облике и порочащем поведении, честное слово, сорвусь.
И всё же не смогла себе отказать в том, чтобы побыть с этим невероятным мужчиной наедине. Хоть ещё немного полюбоваться на него. Послушать его голос. Потоптавшись на месте ещё немного, направилась за ним следом.
Он обнаружился стоящим у стены, рядом с открытой раздевалкой. На мои шаги полуобернулся, изучив меня внимательным взглядом с ног до головы и обратно.
- Тебе стоит умыться, - пояснил, кивнув в открытый проём.
До меня же только теперь дошло, что из-за слёз тушь наверняка потекла, а я ещё и размазала её до кучи. Невольно опустила голову вниз, пряча лицо от чужого взора и быстро прошмыгнула в женскую раздевалку, в глубине которой располагался закуток с туалетом и умывальником. Над последней частью интерьера уборной висело зеркало, в котором отразилось моё заплаканное лицо с чёрными разводами под глазами и грязными дорожками слёз на щеках.
Мама дорогая!
И вот такую меня увидел Акимов?!
Какой кошмар!
Тут же принялась с остервенением отмываться от испорченного макияжа, или правильней сказать, смывать тот полностью. Через несколько минут на меня смотрела унылая и блеклая девушка с неприметными серо-голубыми глазами. Обычно я как раз подчёркивала их цвет с помощью чёрной туши, карандаша и сочетанием золотистых и серых теней. А сейчас… Да, Акимов такое точно заметит! И ужаснётся! Хорошо, я всегда с собой таскаю косметичку с некоторых пор. Впрочем, до этого года я и не красилась никогда...
Вот только я даже начать не успела, как меня позвал Артём.
Ай, к чёрту его фамилию!
Звать его по имени гораздо приятнее. И кажется, что он так ближе. В любом случае, про себя, как хочу, так и зову. Хоть тем же самым тигром!
- Ты там не утонула? - явно насмехался надо мной мужчина.
- Уже всплыла, - отшутилась я.
- Ну, так греби на берег, утопленница. Время тикает.
- А что, чуть задержаться ещё никак? - уточнила без надежды на положительный ответ.
- Я тебя задержал на пятнадцать минут, если помнишь. Из них осталось восемь. А тебе ещё надо дойти до кабинета.
- Вот так и умирает надежда, - вздохнула печально.
- Не-е, надежда умирает не так, - возразил Артём. - Она долго и мучительно бьётся в предсмертных конвульсиях, а на последнем издыхании ещё и находит в себе силы выжить. В общем, та ещё стерва, я тебе скажу. Так что не особо на неё надейся.
- Умеете вы поддержать, - хмыкнула, выходя из туалета.
Акимов уже оказывается успел зайти внутрь и теперь сидел, вытянув ноги, на лавочке. прислонившись спиной к шкафчикам. При виде меня удивлённо выгнул брови, не моргая рассматривая моё лицо.
- Однако, - протянул он задумчиво. - Ты в курсе, что без макияжа тебе не больше пятнадцати дашь?
- В курсе, - пробурчала недовольно. - Просто так, по-вашему, что ли, крашусь?
- М-м… Я не сказал, что это плохо, - прищурился Артём, поднимаясь на ноги. - Наоборот. Так лучше. Вообще не понимаю, нафига вы все столько штукатурки на себя наносите ежедневно. Чистой воды идиотизм. Ладно ещё когда акне на лице, а если кожа чистая, нафига её портить косметикой?
- Для красоты, Артём Николаевич, - парировала угрюмо.