Мой (СИ)
Стадия ошеломления вот сейчас приобрела масштабы трагедии.
- О, кажись, дошло, - прокомментировала мой ступор Дашка.
В раздевалке раздался многочисленный девичий смех.
- Вы серьёзно? - промямлила, по инерции делая хвост.
- Я вообще не понимаю, чем он тебе не нравится. Да на твоём месте многие желали бы оказаться, - пожала плечами Даша.
- Например, ты, - пропела Варька.
Даша нахмурилась и отвернулась, попутно огрызнувшись.
- Вы серьёзно, - вынесла вердикт их переговорам. - Да не надо мне этого! - добавила тут же. - Он же… Блин, девочки, мы ж с первого класса вместе, ну, какие отношения? Это как расти с детства и ходить на один горшок.
- У-у, как всё запущено, - протянула озадаченно Машка. - Галь, ты серьёзно вот сейчас?
- Да!
- Офигеть, - хохотнули другие девочки. - Тут уже все перевстречались между собой, а для неё они - семья. Ну, ты даёшь, Добровольская.
- Не, она у нас как раз никому не даёт, - фыркнула Анька.
- А и правильно! - поддержала её Даша. - Мужикам только повод дай, сразу руки станут распускать. С ними надо построже. И мариновать, как можно дольше. Дай я, - вдруг отобрала у меня расчёску и развернула меня к себе спиной. - Я тут на днях вычитала статью, в которой говорилось, что мужики любят открытую шею, но при этом нужно обязательно оставлять один локон. Типа это провоцирует их на действия. Вот мы на тебе сейчас и проверим это!
- Нашла подопытную, - дёрнулась в сторону я.
Куда там. Девушка вцепилась мне в волосы мёртвой хваткой.
- Нет, тебе жалко что ли? У тебя и длина волос позволяет провернуть такую фишку. Не длинные и не короткие, ещё завитые. Не мешай своей семье заботиться о твоей личной жизни! - добила под конец.
Всё… теперь шуточек не избежать. А ведь потому и молчала так долго про это. Знала, что не поймут.
Пока Даша колдовала над моей причёской, остальные ушли уже в зал. Остались только она, я и Анька. И то на выходе Даша меня придержала за руку, вынуждая повременить с походом на урок. Подруга одарила нас коротким взором, кивнула мне и направилась вперёд.
- Слушай, Галь, - неуверенно произнесла одноклассница, отводя взгляд. - А тебя, правда, не интересует Лёшка? Ну…
Я на это выгнула брови.
- Правда, - заверила её с улыбкой. - Абсолютно не интересует.
Меня другой интересует… К сожалению.
И вот чего я такая неправильная?
Все девчонки, как девчонки, а я в парнях парней не вижу. Разве что вот в Акимове.
- То есть ты не против будешь, если я… ну… попытаюсь…
- Да нет, конечно, Даш, - сжала её плечо в качестве поддержки. - Он весь твой. Удачи, - подмигнула и направилась в спортзал на построение.
- Опаздываете, девушки, - прокомментировал наше позднее появление Акимов, уткнувшись в журнал.
Он уже начал проверять присутствующих, оказывается. Бросил на нас короткий взор, чуть задержавшись на мне, и, нахмурившись, вернул внимание остальным. Впрочем, я тоже сделала вид, что не замечаю его, поправив лямку бирюзового топа. И да, вместо спортивных штанов, я сегодня надела короткие белые шорты.
- Как всегда, начинаем с пробежки. Вперёд, - махнул всем нам рукой и направился в кабинет к себе, так ни разу больше и не взглянув на меня.
А через пару минут послышался глухой удар в стену. Все сбавили бег, но больше так ничего интересного и не случилось.
- Похоже, сильно расстроился из-за исторички, - прокомментировала это Варька, и на наши недоумённые взгляды пояснила: - Я раньше всех пришла, ну и слышала его разговор с Кирилловной. Она решила уволиться. Наш Тёмыч разозлился сильно.
Так вот оно что…
Покосилась на дверь. Может, слухи правдивы, и между этой парочкой действительно что-то есть? Но зачем он тогда водит к себе постоянно разных девиц? Как-то не сходится. Хотя, если вспомнить его слова про любовь… А что, удобно иметь под рукой на всё согласную девицу! Интересно, а Смертин в курсе о том?
- Смертин, кстати, тоже сегодня психанул. Видимо, тоже узнал, - вывел из раздумий Варькин голос.
- Да, не видать Дану нашей исторички, - заметил кто-то из парней.
- Да у него изначально не было ни единого шанса, - вставил другой. - Нафига ей какой-то малолетка? К тому же, когда рядом под боком физрук. Не, дура же она.
Не дура…
Что ж так тошно-то?
Аж низ живота скрутило, стоило только представить Акимова и Истомину вместе.
- Галь, тебе плохо? - заволновалась Анька.
Я только теперь поняла, что остановилась и присела на корточки, схватившись за живот.
- Ты плачешь? - опешила она. - Галь, ты чего?
Я только и смогла, что отрицательно покачать головой. Перед глазами всё плыло из-за непролитых слёз, а живот заболел сильнее прежнего. Невольно вспомнила, что сейчас начало месяца, а значит, просто…
- Красные дни, - простонала обречённо. - Я совсем забыла.
- Ох ты ж… - выдохнула подруга. - Так, ладно, давай помогу дойти тебе до скамейки. Или лучше до раздевалки, да? У меня, вроде бы, тампоны запасные были, - проговорила совсем тихо, поддерживая под локоть.
- Ненавижу эти дни, - промямлила, едва передвигаясь.
В этот период я вообще пребываю в каком-то тумане. И не только от болей. Всё начинает жутко бесить и вместе с тем становится совершенно плевать на всё.
- Так, я не понял, а чего все остановились? - раздался позади зычный голос Артёма.
И на него тоже сейчас плевать. На всё. И всех. Пусть катятся лесом.
- Девушки, а вы куда? - обратился уже непосредственно к нам с Анькой.
- М-м-м… - промычала подруга невнятное, явно не решаясь говорить истинную причину нашего ухода. - Понимаете… - и замолчала, беспомощно глядя на меня.
- Пока не очень, - усмехнулся мужчина, вмиг оказавшись рядом. - Добровольская, вы плачете? - уточнил и без того очевидное.
- Ну, что вы, Артём Николаевич, это я так радуюсь вашему присутствию, - отшутилась, улыбнувшись через силу.
- Да, так мне ещё не радовались, - прокомментировал мои слова он, нисколько не обидевшись на дерзость. - Так что случилось?
- А… У Гали живот заболел. Я хотела её проводить до… скамейки, - нашлась с ответом Аня.
- Кажется, ещё пять минут назад у неё ничего не болело, - просканировал меня тяжёлым взглядом.
- А боль всегда наступает внезапно, - парировала Аня.
Я же силилась устоять на месте и банально не упасть к ногам Акимова от очередной порции обсуждаемой ими боли. Видимо, что-то такое отразилось на моём лице, потому что Артём неожиданно придержал за плечи, бережно прижав к себе.
- Да красные дни у неё начались, - выкрикнул кто-то из парней. - Гальке всегда так плохо в первые дни.
И после этого меня ещё спрашивают, почему я наших мальчишек не воспринимаю, как парней для встреч?!
Да вот из-за таких мелочей!
Мы же все обо всём друг о дружке знаем.
Ну, дебилизм же встречаться с тем, с кем рос!
- Почему не сказала? - укорил мужчина, снова осмотрев меня с ног до головы. - Ещё и в белом, - вздохнул обречённо. - Девчонки...
Причём последнее слово произнёс так, словно все беды мира в нас сосредоточены.
- У тебя с собой таблетки там и всё такое есть?
- Нет, - выдавила плаксиво.
Почему-то рядом с этим мужчиной совсем не хотелось быть сильной. Наоборот, возникло дикое желание прижаться к нему поближе, чтобы пожалел, обнял, погладил, поцеловал, сказал что-нибудь ласковое своим негромким хриплым голосом. От мыслей отвлёк очередной приступ боли, вынудив согнуться пополам.
- Слушай, а это нормально? - теперь уже забеспокоился Артём.
- Да, - вздохнула Аня. - У неё всегда так. Обычно таблетки помогают, но она их не взяла.
- Так. Ладно. Понял, - помрачнел он и поднял меня на руки. - Идём, горе медовое, - проговорил едва слышно только для меня.
- Куда? - отозвалась слабым голосом, уткнувшись лбом в мужское плечо и прикрыв веки.
Честно говоря, всё равно, куда он там собрался меня нести. Пусть просто подольше рядом будет. О большем уже и не мечтаю.