"Фантастика 2025-106" Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

Подслушанного хватило, чтобы по немыслимо тяжелым цепям побежали сотни трещин, разрывая их на мелкие звенья. Хватило, чтобы вздохнуть полной грудью и отринуть те чувства, что так обременяли его внутреннее естество… выпустить ярость, сохраняя остатки самообладания, чтобы уйти… убежать как можно дальше… пока новые слова и события не меняют направленность его гнева, а сил на сопротивление уже не остается… Последнее, что он увидел, когда высоко в горах рыжие языки пламени, шипя, умирали на стылом ветру.
  
Распахнув глаза и осознав, что уже находится в собственном кабинете, Лео продолжал видеть серое пепелище, словно грязную кляксу на белоснежном покрывале. По щеке скатилась одинокая золотая слеза, небрежно смахнув её, он с каждым глубоким вздохом возвращался в реальность, отстраняясь от увиденного.
В этот раз это было не так-то просто.
— Бездна, как же жирного жалко, — тяжело сглотнув и прикрыв глаза, прошептал он.
За окном занимался алый рассвет, а у него перед глазами все кружила снежная буря, когда казалось, что мир раскололся на крошечные осколки, превратившиеся в колючие снежинки. И в этом вихре, посреди разрушенного бытия, остался только он. Один.
В самом глубоком смысле этого слова.
У него было все, чтобы этого не произошло. Но он не смог. Подвел. И потерял все, что в действительности имело значение. Это была его… нет, это была её вина. Вот, как она решила тогда.
— Я с ней точно свихнусь.
Выуживая из кармана остатки серебристой жидкости, он, придирчиво всматриваясь в них, размышлял над тем, насколько ему нужно вообще продолжать. От неожиданно возникшей картинки из чужой памяти его ощутимо встряхнуло, отчего он едва не выронил фиал.
— У-у-у… как же противно-то! Не думать! Только не думать! У меня с этим облезлым ничего не было! Да! Не было! — продолжая вздрагивать всем телом, бормотал он. — Пэм! Ванна! Нет, бассейн! Сейчас же! — скидывая на ходу одежду, продолжал выкрикивать он.
Несмотря на то, что внешне он выглядел совершенно невозмутимо, даже несколько легкомысленно, внутри поднимал голову зверь, который совершенно четко осознавал свои цели, желания и ярость, что не слепит, а будто заботливая мать ведет к цели, лишь наделяя силой. Жестокость, что поселилась в сердце, выбрала свою жертву, а зверь — того, кого должен заполучить, в конечном счете. Ошибки не будет… он умеет быть разным. Он — мужчина с тысячей лиц, и в то же время он просто такой, как есть. Это его суть, многоликая и постоянная, и лишь для одного существа в этой вселенной он будет открывать каждую свою грань, но лишь тогда, когда она сможет её понять.
  
ГЛАВА 15
 
— Я так устала… — смотря в потолок, пробормотала я, широко раскинув руки на кровати.
— Я тоже устала… — один в один копируя мои интонации, пробормотал Питер и рухнул рядом со мной, точно изображая мою позу.
— Тебе не кажется, — переворачиваясь на бок и с интересом разглядывая свою копию, поинтересовалась я, — что из нас двоих 'устать' могу лишь я одна?
— Нет, — вновь моим голосом ответил он. — Я и вправду утомлен, — подперев щеку ладонью, грустно изрек он. — Не могу избавиться от мысли, что Вам вредит наше сотрудничество. Вы не получаете достаточный объем знаний…
— Ещё как получаю, — недовольно фыркнула я. — Шаи придумал, как передавать их во сне…
— У вас гости, — скупо бросил он, поднимаясь с постели. — Глава Золотого Дома через пятьдесят шагов будет тут.
Срываясь с постели вслед за Питером и лихорадочно поправляя легкий сарафан из воздушной голубой ткани, ринулась к гардеробной в поисках расчески.
— Ты раньше не мог что ли сказать?
— Это удовлетворительное оповещение для того, кто вхож в ваши покои. Согласно инструкции…
— Изыди уже! — зло шикнула на духа, решив, что можно и просто пригладить волосы ладонью.
Легкий стук раздался как раз в тот момент, когда я уже готова была выскочить за дверь. Сердце радостно дрогнуло, а я, потянув дверь на себя и делая шаг навстречу любимому, оказалась на оживленной площади Кайруса. Налетел теплый пряный ветер, обрушивая тысячи ароматов цветов и свежей выпечки. Пространство вокруг наполнилось сотнями оживленных голосов, радостным щебетанием молоденьких девушек и басовитым мужским хохотом. Вокруг сновали десятки демонов, а я, не зная, что сказать или сделать, раскрыв рот, смотрела на тот самый фонтан перед Архивом дэйургов, который так сильно поразил меня когда-то.
Широкие мужские ладони сомкнулись на моем животе, в то время как кто-то притянул меня к себе.
— Я соскучился, — чуть хриплый шепот раздался над ухом.
Резко обернувшись, я в очередной раз пораженно замерла. Передо мной был кто угодно, но только не Глава Золотого Дома, скорее уж он бы сошел за его племянника. Длинные золотые волосы, призванные показывать силу и статус, превратились в рваную стрижку с едва доходившей до плеч длиной. Одет он был по подростковой, можно сказать неформальной, моде Кайруса. Несколько небрежно и в то же время стильно. Черты лица также неуловимо изменились, открывая совершенно юношеское очарование. И лишь глаза остались прежними. Невероятные, золотые, проникающие в самую глубину моей души.
— Идем, — подмигнул он мне, хватая меня за руку и уводя дальше от огромного фонтана. Пересекая площадь довольно быстрым шагом, мы в скором времени оказались у зеркальной витрины небольшого кафе.
— Нравится? — поинтересовался он, давая возможность увидеть мое отражение.
Глубокой синевы глаза, иссиня-черные волосы, заплетенные в сотни тоненьких косичек и собранные по бокам, прекрасно сочетались с оставшимися неизменными моими чертами лица и фигурой. От моего сарафана не осталось и следа, теперь я была одета под стать Лео. Вместе мы смотрелись, как два взбалмошных подростка второй ступени в круге силы.
— Что это? — с интересом разглядывая свое отражение, спросила я.
— Ну, скажем так, способ устроить свидание тем, кому вроде бы не положено по статусу. То есть нам, — улыбнулся он, беря меня за руку. — Идем со мной, пора рушить стереотипы.
— Какие? — послушно идя следом за Лео, спросила я.
— Например, что вся жизнь в Кайрусе — это приемы и светские мероприятия. Все это вынужденное занудство. Мы умеем и отдыхать. К тому же все меньше времени остается до того момента, как мы оба можем вот так просто выскользнуть из собственных резиденций.
Шагая, смешавшись с окружающей нас толпой, по освещенным улицам вечернего Кайруса, держа за руку мужчину, с которым так сильно хотела быть, я чувствовала странную беззаботность и пьянящее разум счастье. Мне было все равно, куда мы пойдем, лишь бы вместе… рядом.
За время нашей такой вот прогулки я с удовольствием смотрела на город, о чем завистливо вздыхала с неимоверной высоты своей резиденции и желала оказаться тут, в месте, где кипит недоступная для меня жизнь. Теперь и я стала ее частью. Влюбленная, беззаботная, такая же, как все. Конечно, это была иллюзия. Но такая желанная.
Как-то незаметно из научной части города мы перешли в ту, где вечерами собиралась молодежь. Здания тут были ниже, вдоль улиц росли высокие деревья с необъятными вековыми стволами, а сама дорога была вымощена странным розоватым камнем.
— Гасит лишние всполохи силы, — прокомментировал Лео, заметив, как я с интересом рассматриваю камни, испещренные тончайшими сияющими голубыми прожилками. — Здесь собирается поколение Творцов, — сказал он, указывая на парней и девушек, снующих вдоль улицы и то и дело замирающих напротив той или иной группы демонов.
— Как это?
— Ну, — притягивая меня к себе ближе так, что я оказалась теперь в его объятиях, сказал он. — В определенном возрасте, обычно подростковом, всем нам хочется творить, будь то музыка, живопись или что-то ещё. Так мы выражаем себя. И вот тут, можно сказать, официальное место сборищ такой молодежи. Посмотреть на других, себя показать.
  
— А ты?
— Что?
— Ты мне себя покажешь?
— Не говори так, малыш. У меня, и правда, возникает желание это сделать… — от двусмысленности его слов, произнесенных таким хриплым шепотом мне на ухо, по спине побежали мурашки, и, кажется, я зарделась. — Хотя, почему нет? — фыркнул он задорно рассмеявшись. — Прошу, — взяв меня за руку и подведя к небольшой скамейке из черного дерева, сказал он. — Присядь, — предложил он, озорно подмигнув, и выуживая из внутреннего кармана куртки небольшой планшет, к которому крепилось несколько белоснежных листочков бумаги и кусочек черного уголька.