"Фантастика 2025-106" Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

— Женщина, выходи же уже, я знаю, что ты здесь. Даже фон для твоего появления организовал.
Некоторое время ничего не происходило. По всей видимости, ему таки удалось застать её врасплох, а всего через несколько секунд, длинная тень отделилась от арки телепорта, а следом на свет вышла и она.
— Знала, что ты умеешь играть, но не знала, что так…, - тихо сказала она, подходя к нему ближе.
  
— Умею почти на всем…
— Кроме арфы, я помню, — усмехнулась она, вызвав своим замечанием у него некоторую толику замешательства. Неужели он рассказывал ей?
— Если кому-то расскажешь, то мне придется тебя убить, — серьезно сказал он, наслаждаясь тем, как округляются её губки, а на лице возникает озадаченное выражение.
— Если расскажу про то, что ты не умеешь играть на арфе? — поинтересовалась она, не скрывая смешинок во взгляде.
— Нет, если расскажешь, что я в принципе умею это делать и вместо брутальных маршей развлекаюсь сопливо-печальными этюдами, — усмехнулся он. — Давно сидим? — кивнул он в сторону укрытия Мары.
— Давненько, — покаянно вздохнула она.
— И, как? Познавательно?
— Ну… ничего так, интересно было, — кивнула она, явно начиная нервничать.
— Жаль конечно, но придется заняться Пэм, а я так надеялся, что она не доставит мне хлопот в ближайшее время.
— Извини, на самом деле…
— Да, ладно, любопытство не порок, но в следующий раз сделай так, чтобы я не засек тебя так быстро.
— И, как ты это сделал в этот раз?
Лео усмехнулся с видом былого искусителя и сказал:
— У каждой женщины есть свой незабываемый аромат, — почти промурлыкал он. — Твоим моя гостиная пропиталась так, что у меня у самого ощущения такие, будто бы мы вместе живем…
Он едва не рассмеялся увидев, как мило начинает сереть её кожа, наливаясь тяжелым оттенком ртути.
Неловко откашлявшись, она всё же заговорила вновь:
— Стоит ли мне это понимать так, что ты разрешаешь мне пошпионить за тобой вновь?
— Ну, если ты сможешь это сделать так, что я не замечу, то почему бы и нет? — вопросительно изогнув бровь, поинтересовался он. — Кстати, что привело тебя в мои пенаты?
— Ну, — начала было она, положив ладонь на крышку рояля и нервно забарабанив по ней пальцами. По всей видимости, девушка сильно нервничала, и ногти её несколько удлинились, удары о лакированное покрытие стали сильнее. Такого надругательства над инструментом Лео уже вынести просто не мог. Перехватив запястье девушки, а заодно и её пальчики, он встал из-за рояля и заговорил:
— Аккуратнее, поцарапаешь же малыша! — возмутился было он, но тут его будто молнией ударило. Он держал её за запястье, и не мог найти в себе сил отпустить. Словно его кожа соединилась с её в этом самом месте. Небывалой силы притяжение, невозможность разжать руку. Он держал её не сильно, даже нежно, но ощущения были такими, словно в него вливается поток энергии, и точно такой же вытекает обратно. Странное, ни с чем несравнимое, ощущение единения, целостности, несущее в себе силу и нежелание её терять. Это было ново и страшно, захватывающе и ни с чем несравнимо. Никогда в жизни он не испытывал ничего подобного от простого прикосновения к женщине. Тугой горячий шар острого желания разлился внизу живота, это было притяжение, против которого невозможно пойти. В голове возникали образы один откровеннее другого. Очень живо ему представилось, как серебро её волос водопадом растекается на глянцево-черной поверхности рояля. Каковы будут её алые губы на вкус, а белоснежная кожа будет такой же нежной под его ладонями как ему кажется? Что если её плотная куртка, а следом и теплый свитер окажутся сейчас на полу у его ног, каково будет исследовать её тело сантиметр за сантиметром, покрывая его поцелуями? Лаская шею, теряясь в ложбинке меж её грудей, спускаясь ниже по атласной коже аккуратного животика и с особым трепетом приникая ниже…
Не в силах отвести взгляд от её хищных серых глаз, он тонул в них, делая один решительный шаг по направлению к ней и не без удовольствия отмечая, что и она ждет, когда же расстояние между ними исчезнет. Его ладонь накрыла её запястье и неспешно заскользила выше по шероховатой коже куртки, чтобы почувствовать раскаленную огнем страсти разницу, соприкоснувшись с нежной и такой горячей кожей её шеи. Кончиками пальцев пройтись по линии скулы и утонуть ладонью в густых серебряных волосах, чтобы почувствовать жар её дыхания, опаляющий его губы. Наваждение или затмение закрыло собой сознание… и невозможно отвести взгляд, нет сил отстраниться или отпустить. То, что он испытывал сейчас, сминало под собой все доводы разума. Было ли причиной этого то, что он продолжал удерживать её руку. Или всё это время он был столь слеп, что не понимал, как на самом деле относится к своей Владыке. Он не знал и, если уж быть до конца откровенным, не хотел этого знать сейчас. Один судорожный вздох на двоих, и он склоняется к её губам, чтобы вместо их шелка почувствовать пальцы её руки, что легли на его губы. Ещё какое-то время он непонимающе смотрел в её глаза, чтобы наконец осознать, что только что едва не произошло, и ощутить острое чувство потери, стоило ей одернуть руку, что он до этого момента сжимал. Мара тяжело вздохнула и одним решительным шагом отступила от него. Должно быть в первые в жизни, Лео почувствовал себя нерадивым учеником нелепо мнущимся у доски под цепким взглядом учителя. Всего мгновение неловкости, странное замешательство от произошедшего, и вспышка неистовой ярости, что у него в руке больше нет её запястья. Что она отстранилась, не позволила ему коснуться себя, чтобы с трудом втянуть воздух, а с ним и аромат её возбуждения, говоривший куда красноречивее любых её слов или действий.
— А, — замявшись, начала было она, — может поедим? — выпалила она, явно стараясь сделать вид, будто ничего только что не произошло.
Да, что с ней такое?!
— Можно и поесть, — сквозь зубы процедил он, думая, что что-то ему все это напоминает…
В кои-то веки еда волновала меня меньше всего! У меня дрожали колени, мое сердце сжималось и тут же ускорялось. Даже легкие и те начинали отказывать, потому как дышать удавалось через раз.
Когда я была ребенком, то размышляя о любви между мужчиной и женщиной, я полагала так: раз двое любят и хотят быть вместе, то значит, они идут в храм и сочетаются узами брака пред ликом Пресветлой Богини. Будучи подростком, и фантазируя о своем первом поцелуе, я наивно полагала, что целуются, когда любят и хотят этого… Всё было просто и линейно. Могла ли я представить себе тогда, что мой любимый мужчина, будет желать поцеловать меня после того, как ещё несколько минут тому назад обговаривал условия своего бракосочетания и увы не со мной? Или, что такое желание у него возникнет, после того, как он цапнет меня за источник собственной жизненной силы, что с удобством расположился у меня на запястье? Или, что меня саму едва не замкнуло от таких его прикосновений? Стоило нашим рукам соприкоснуться, как что-то изменилось внутри меня. Словно две отдельные энергии, что питают наши тела, вдруг замкнули друг друга. Каждая клеточка тела пропиталась этой силой, что теперь вибрирует и звенит внутри. От такого подъема энергетического фона, ощущения, словно ещё немного и я сама начну быстро подпрыгивать на одном месте. Ни сидеть, ни есть, ни тем более говорить — не хотелось совершенно! Было одно дикое и неподвластное разуму желание — скинуть с себя одежду и упасть в его объятия, что бы ещё хоть раз почувствовать, как дикая сила бежит по венам кружа голову и взрывая сознание.
  
Но… Как всегда это глупое и вездесущее 'но' встало между нами. Именно сейчас это казалось 'подделкой'. Не того я хочу и не о том мечтаю. Я не хочу, чтобы он начал целовать меня, а я бы не устояла, а потом, он сказал бы всего одно слово, которое навсегда перечеркнуло бы такое понятие, как 'мы'. Он бы сказал:
'Прости, но это была ошибка'.
На этом всё бы закончилось, так и не начавшись, потому что его бы привлек во мне именно 'источник', а не я.