"Фантастика 2025-106" Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

Местные жители отнеслись к нам спокойно, даже безразлично. Их не заинтересовало, откуда мы взялись и кто такие. А вот продать нам продукты, свежее молоко, мясо, хлеб, виноград они соглашались с удовольствием.
С Крупой мы уже дошли до террасы рядом с двухэтажным белым домом. Столики пустовали, видно, все наши ребята уже поели. Но стоило пройти к одному из столиков, как в проеме возникла точеная фигурка в открытом синем коротком платье, что открывало гораздо больше, чем скрывало.
  
— О, Зои, — воскликнул Крупа. — Нам поесть надо с Лазером. Осталось там что-нибудь? Не все наши орлы сожрали?
Девушка лукаво улыбнулась, понимая, что парень шутит. Исчезла в проеме, и буквально через пару минут наш столик ломился от еды. Огромное блюдо с бараньими ребрами источало такой аромат, что я не выдержал, схватил кусок, вонзил зубы.
— Вкусно? — поинтересовался Крупа, ухмыльнувшись, и обратился к Зои: — Принеси нам вина. Знаешь, Лазер, местные жители делают неплохой мускат.
— Я не буду, — пробормотал я с набитым ртом.
— Почему? — Крупа удивлено приподнял брови. — Хорошее вино. Не французское бордо, конечно, но очень неплохое.
— Я не пью алкоголь.
— Во как. И почему ты такой трезвенник?
Я не знал, что означает странное слово «трезвенник», обидная кличка или что-то еще, но объяснил, как делаю всегда:
— Алкоголь убивает клетки мозга. А мне мой мозг нужен для пилотирования.
Крупа коротко хохотнул, шлепнул меня по плечу:
— Ну ты даешь. Чисто монах. Не пьешь, не куришь. И баб не трахаешь? Ну, ладно, ладно, молчу. Зои, мне принеси вина.
— Зои, а ты сама уже обедала? — поинтересовался я.
— Я перекусила.
— А, ну это не считается. Давай присоединяйся к нам.
Глаза девушки засветились такой радостью, будто она ждала только этих слов. Убежала в дом и через пару минут вернулась с подносом, где стояла тарелка, два бокала, бутылка из темного стекла. Присела к нам за стол. Крупа лихо сорвал пробку, разлил по бокалам золотистую жидкость. Вылил в себя весь бокал, девушка только пригубила. Положив на тарелку пару ребрышек, аккуратно отрезала кусочки мяса, положила в рот. А я пытался не смотреть на глубокую ложбинку между двумя нежными округлостями, выступающими из очень открытого платья на тонких бретельках.
Крупа довольно быстро расправился с мясом, гарниром. Докончив бутылку вина, потянулся.
— Ну ладно, я пошел. Надо выспаться перед операцией. Зои, не забудь нашему монаху предоставить десерт, — он подмигнул.
Со скрипом отодвинул стул, направился танцующей походкой, что-то напевая себе под нос, в дом.
Мы остались вдвоем с девушкой, она незаметно придвинулась ко мне, я и ощутил её крепкое молодое тело так близко, что пробрала дрожь.
— Да! Я забыла принести!
Она вскочила, убежала в дом, и вернулась с металлическим подносом, где стояли две фарфоровые чашечки с кофе, булочки и на тарелочке лежало нечто, смахивающее на мягкий дырчатый конверт.
— Я испекла тебе блинчики с творогом, — объяснила Зои. — Крупа сказал, что это фирменное блюдо вашей расы.
Я не стал разочаровывать девушку, что впервые слышу о том, что придумал Крупа. Просто взял конвертик и откусил кусочек.
— Вкусно. Ты так хорошо готовишь.
— Нет, я не все готовлю. Я только десерт умею. Мясо у нас Хряк готовит. Он мастер.
— Понятно. Но мне все понравилось.
Но сидеть спокойно рядом с девушкой, которая так откровенно демонстрировала свои прелести, оказалось невыносимо, пропало желание что-либо есть. Я прожевал с трудом эти конвертики-блинчики, ощущая, как пожирает внутренний жар, желание совсем другого рода. И выступивший яркий румянец на лице Зои, её призывный взгляд кружил мне голову, заставлял сердце грохотать все громче и громче.
Аромат кофе сливался с феромонами ее тела — нечто сладкое, терпкое, от чего кружилась голова. Манящий взгляд, лукавая улыбка призывали к действию. Пожар в паху разгорался все сильнее. Она машинально мешала ложечкой в чашечке, и я перехватил ее руку, притянул. Наклонился, мои губы будто случайно коснулись ее шеи, ладонь скользнула, задев цепочку, длинный цилиндрический камень на ней словно указывал на глубокую ложбинку между упругими округлостями, как мою главную цель.
Я не выдержал, забыв напрочь, что за нами могут наблюдать из окон, прижал девушку, обнял, ощущая, как ее тело чуть выгнулось. И мы едва не задохнулись в поцелуе. В каком-то бреду, безумии я начал покрывать поцелуями ее шею, лицо, плечи.
Но, тяжело дыша, я с трудом прервался, решив, что все-таки продолжить лучше в другом месте. Ее глаза светились таким счастьем, которого я никогда не видел у других женщин, с которыми у меня возникали отношения.
И тут она бросила мимолетный взгляд куда-то через мое плечо, глаза округлились, лицо вытянулось, его выражение изменилось настолько внезапно, что я машинально обернулся.
Над морской гладью завис странный аппарат, смахивающий на огромный сплющенный волчок из серебристо-белого металла, весь утыканный раструбами-дюзами, которые вспыхивали каждый раз, когда аппарат резко перемещался.
Я вскочил на ноги, уронив стул. Чего стоило мне вновь отказаться от утоления, бушующего внутри, желания?
— Извини, Зои, — я взял ее за руку, приложил к своим губами. — Разобраться нужно, что это за хрень.
И помчался со всех ног к площадке, где в подземном бункере спрятал своего «черного лебедя». Через пару минут, спустившись на лифте, я уже устроился в кресле пилота, пристегнулся.
Надо мной разверзлись с глухим грохотом створки массивного щита. Вертикальный взлет. Включились турбореактивные движки. И мой «жеребец» рванул вперед в таком бешеном аллюре, что я тут же осознал, какой я идиот, что забыл надеть скафандр, а рубашка и шорты не защита от дикой перегрузки. Тело мгновенно напомнило о себе острой болью в груди, во рту растекся соленый привкус крови.
Там, в этом странном аппарате, видно, заметили погоню. «Волчок» бешено раскрутился вокруг своей оси и понесся вперед с нереально сумасшедшей скоростью.
«Если это шпион», — пронеслась в голове мысль. — «Он мог уже передать данные в центр и сюда прибудут войска спецназа. Если не успел, то я должен его уничтожить.»
Быстро поймав цель, нажал рычаг для запуска ракет. Но аппарат так ловко начал маневрировать, перескакивая с одной высоты на другую, что ракеты пронеслись рядом, поднявшись выше, столкнулись. Взрыв потряс окрестности, не причинив никакого вреда этой штуковине.
Тогда я попытался оглушить врага электромагнитной пушкой, вывести из строя его электронику. Вновь захватил цель, вычислительный блок рассчитал траекторию. Но опять промазал.
«Волчок» раскрутился и быстро ушел вверх. Я ринулся за ним. Перегрузка едва не раздавила меня, слезы брызнули из глаз от боли. Космолёт послушно рванул вверх, не щадя тела пилота, буквально размазывая меня по поверхности кресла. Мгновенно прошил слои атмосферы всех оттенков синего — от нежно-голубого до глубокого индиго, выскочил в бездонную тьму, которую не в силах были разогнать ослепительные лучи солнца.
Я быстро нагонял врага. Здесь, в космосе, движки моего «черного лебедя» на твердотопливной плазме могли развить невероятную скорость, лишь бы моё сердце выдержало такого напряжения и нагрузки.
В голове все сильнее нарастала мысль, что эта штука заманивает в ловушку, но остановиться уже не мог, нестерпимое желание нагнать врага, уничтожить его, поглотило меня целиком.
  
«Волчок» мчался по орбите вокруг Земли, как вдруг оторвался и понесся куда-то в сторону, исчез из поля зрения, я мог наблюдать его силуэт лишь на экране панели управления. Но расстояние, между нами, быстро сокращалось. Система управления, наконец, разблокировала ядерное оружие. Теперь я мог без проблем его использовать. Планете это не повредит. Настроился на цель. Ракеты с ядерными боеголовками выскочили из люков, понеслись к аппарату.