Кондор. Дилогия (СИ)
– Небольшая промывка мозгов. Ничего страшного, – небрежно бросил Кирик.
– Ты же обещал! – выдохнул Кондор. Он пощелкал пальцами перед лицом Сергея, тот никак не реагировал. – Он, вообще, жив?
– Жив, жив. Извини, но мне пришлось солгать. Как я уже говорил, закон суров. Исключений нет. Я сделал для него все возможное. Через час он очнется и будет думать, что последние пять часов проспал безмятежным сном, так как сильно устал на работе. Светлану, нашего прекрасного биллероида модели «суккуб», он отправил домой, когда, вернувшись вместе с ней к себе, не обнаружил тебя. Куда ты исчез, он не знает и не узнает никогда. Чистильщик обработал соседей. Никто ничего не слышал и не видел. Только старичок с первого этажа будет утверждать, что видел, как ты выходил из дома. Я сделал для твоего друга все, что мог. Поверь мне, это самый щадящий метод. Обычно я просто блокирую память. Три секунды, и свидетель забывает все. Он даже читать после этого не умеет. А твой друг будет продолжать жить как раньше, словно ничего не произошло.
– Вот только не будет знать, куда я пропал. – Кондор с сожалением и грустью посмотрел на друга. Вот и все. Теперь он сгинул из этого мира навсегда. Исчез, испарился. Просто: был, и нет. Артема Ливагина больше не существует. Только Кондор.
– Мне нужно оружие, – резко обратился он к Кирику, отгоняя тяжелые мысли.
– У меня только мой «Имп», – ответил наблюдатель.
– А остальное? – удивился Кондор, прекрасно помня, какой арсенал еще совсем недавно был у Кирика.
– Забрал чистильщик.
– Тогда давай. Надеюсь, он не именной и не является семейной реликвией, потому как вернуть я его тебе вряд ли смогу, уж извини.
– Не дам, – заупрямился Кирик.
– Не вынуждай меня на крайние меры, – спокойно проговорил Кондор, подходя к наблюдателю и бесцеремонно отбирая у него пистолет. – Времени пререкаться попросту нет.
– Забирай и проваливай. И чтобы больше никаких неожиданных визитов. В третий раз помогать тебе я не собираюсь, понял? – Казалось, Кирик вот‑вот заплачет.
– Прости, если подставляю тебя. Но, думаю, ты повел бы себя точно так же, будь на моем месте.
– Рад, что я не на твоем месте, – огрызнулся Кирик.
– Я говорю чистую правду, Кирик, – продолжал Кондор. Почему‑то ему казалось крайне важным, чтобы Кирик верил ему. – Я не сошел с ума и обратился к тебе за помощью только потому, что мне больше некому доверять. Тебе я верю. И ты верь мне.
– Что мне с этой веры? Легче‑то не будет, – горько усмехнулся Кирик. – Ладно, черт с тобой. Ты готов?
– Всегда готов, – попытался пошутить Кондор, но Кирик как будто не слышал.
– Я отправлю тебя по маяку наблюдателя в 72296. Это единственная локальная координата, известная мне.
– В 72296 есть наблюдатель?
– До возведения там ризиевой фермы этот вариант не представлял интереса, однако, когда Силдон Крейд прибрал этот мир к рукам, СКОП сочла необходимым послать туда своего человека, дабы наблюдать за его деятельностью. Официально наш наблюдатель не зарегистрирован. Крейд не знает о его существовании.
– Наблюдатель… Где он был, когда меня… – Кондор запнулся. – Когда Кондора Игрея… Когда МЕНЯ и моих людей Крейд приказал расстрелять фиблоно‑выми зарядами с автономных боевых шлюпок «Дракон‑524‑С»? – Кондор сказал это просто так, размышляя вслух, но Кирик прореагировал неожиданно бурно.
– Ты уверен? Ты видел эти шлюпки? – закричал он.
– Память князя Игрея во мне, не забывай. Я могу смело утверждать, что видел это собственными глазами. А знаешь, что случилось после того, как были сожжены несколько тысяч людей? «Демоны» просто зачистили территорию, – добавил Кондор. Нужно было сказать это намного раньше, подумал он про себя. Сэкономил бы кучу времени.
– Демоны, драконы… Я немедленно отправлю доклад о произошедшем в СКОП!
– И что дальше? Как думаешь, куда попадет твой отчет? – Кондор усмехнулся. – Я отвечу: он попадет прямехонько на стол Джаглареда. Возможно, наблюдатель в 72296 тоже посылал отчет, но… В общем, зачем мы переливаем из пустого в порожнее. Так с ними бороться бесполезно. И хватит болтать. Включай трансмеризатор, у меня времени в обрез.
– Удачи тебе. – Кирик нажал кнопку запуска. – Смотри не разочаруй меня, дружище.
– Постараюсь, дружище, – отозвался беглец. Острая, жгучая боль пронзила его поясницу, словно в тело воткнули раскаленную добела стальную спицу. Кондор сжал зубы, удерживая крик. Отреагировав на сверхмощный болевой импульс, нейроны пораженного тепловой волной участка позвоночника и окружающих его тканей незамедлительно отключили передачу сигнала к мозгу, снимая боль. Кондор облегченно вздохнул, ощутив начало трансмеризации. Очевидно, своей последней трансмеризации, ибо как будут развиваться события в логове Крейда, не мог сказать никто. Во всяком случае, сам Кондор был готов ко всему. Главное – успеть опередить «псов», иначе у него не будет даже шанса поквитаться с Силдоном. А этого он допустить не мог.
26
Работа наблюдателя в мире, подобном 72296, была наискучнейшей во всей Вселенной. Дикие нравы, отсутствие технологий, грязные дороги, въевшийся в кожу запах конского навоза, а также многое другое в этом средневековом мире повергало любого цивилизованного человека, привыкшего к водопроводу, канализации и телевидению, в крайнее уныние. Первый наблюдатель, пробыв здесь около трех месяцев, потребовал незамедлительного перевода в другой вариант, и его пожелание было исполнено. Ему на смену пришел второй, ставший случайной жертвой шайки бродячих разбойников в первый же день после своего прибытия. Вся его аппаратура оказалась разбитой, а золото и драгоценности, имевшиеся при нем, – похищены. Третий продержался почти одиннадцать месяцев, после чего бесследно исчез вместе со всем своим оборудованием. Его поиски так и не увенчались успехом. И наконец, четвертому повезло больше предшественников. Вот уже несколько лет он вел наблюдение в этом мире и, похоже, совсем не собирался покидать его. При этом работал он весьма эффективно. Исправно посылая в СКОП ежедневные отчеты о деятельности ризиевой фермы Силдона Крейда, он также снабжал историков НРП ценнейшей и исчерпывающей информацией, изучая нравы и обычаи цивилизации, в которую был внедрен. На свою работу он не жаловался, трижды продлевал годичные контракты, отказываясь от перевода на другой пост. Руководство НРП одобряло его работу и гордилось, что в их штате есть такие сотрудники. До сегодняшнего дня все у наблюдателя складывалось наилучшим образом.
В тот момент, когда в круге прибытия возле дальней стены комнаты начал проявляться туманный силуэт Кондора, наблюдатель как раз работал над конспектами. Заметив непрошеного гостя, он оттолкнул в сторону голографическую клавиатуру, встав из‑за стола, подошел поближе к пришельцу, пристально оглядел его с ног до головы и стал всматриваться в его лицо, все еще призрачное и смутное, словно сотканное из дыма. Затем его губы растянулись в широкой улыбке, и он быстро вышел из комнаты, чем немало удивил Кондора. Однако не успела еще закончиться полная материализация, как он вернулся. На лице его сияла все та же улыбка, а руки были спрятаны за спиной.
Спустя несколько секунд переход завершился, и Кондор, вновь почувствовав вес своего тела, сошел с круглого куска пола, аккуратно «вырезанного» из квартиры Сергея во время трансмеризации. Как Кирик, уже отославший чистильщика, будет объяснять Сергею дыру в полу его квартиры, Кондору было плевать.
– Добро пожаловать, мистер Ару, – весело проговорил наблюдатель. – Вижу, вы захватили с собой не только собственное тело. Разве антиграв не должен был поднять вас над полом?
– Он не сработал, – уклончиво ответил Кондор, решив не вдаваться в подробности своего перемещения. – Приятно, что я столь известен. А вы…
– Фетин Сиквер. Я штатный наблюдатель НРП по направлению СКОП в этой параллели. Приятно познакомиться. Мы вас уже заждались.