Кондор. Дилогия (СИ)

Впервые он так отчетливо увидел их. И это были не те драконы, что живут в пещерах, пожирая незадачливых героев и домашний скот. Теперь он вспомнил! И теперь, впервые за шестьдесят лет, понял, что именно видел в своих кошмарах по ночам: металлоорганические боевые киберплатформы системы «Дракон». Огромные стальные махины, оснащенные импульсными лазерами, плазменными ускорителями и двумя тяжелыми фиблопульсарами, испепелившими четырехтысячную армию, которую он, Кондор Игрей, князь Гритты и рек Зеленой долины, привел под стены замка князя Силдона Фиора Крейда, оказавшегося впоследствии совсем не тем, за кого он себя выдавал…
Вспомнилось все, даже боль от пламени, холодного пламени «фиблоны», разъедающего наносинтетическую плоть. Но это было ничто по сравнению с болью потерь, новой пенистой волной воспоминаний накрывшей сознание Кондора. Арсон, Мартинир, По, Ворг… Имена, знакомые и едва узнаваемые, вихрем закружились в его голове, и он не мог этому противиться. Он хотел остановить поток воспоминаний, захлопнуть приоткрывшуюся дверь, даже просто закричать от отчаяния, но был не в силах это сделать. Кондор попытался закрыть глаза, но от этого образы стали только ярче, а воспоминания еще одним хлестким ударом ожгли его разум. Кондор не знал, что происходит с ним, откуда берется весь этот поток, сминающий сознание и затмевающий рассудок, но понимал, что если сейчас он не закроет приоткрывшуюся дверь, то просто сойдет с ума. Захлебнется в потоке воспоминаний, хлещущем через щель.
Первым неладное заметила Шарот.
– Что это с ним? – спросила она, указывая на Кондора, который, тихо постанывая и обхватив голову руками, медленно оседал на землю.
– Эй! – растерянно крикнул Зоил, подхватывая потерявшего равновесие приятеля и пытаясь удержать его на ногах. – Эй, ты чего, ранен?
Кондор взглянул на него, и Зоилу совершенно не понравился этот безумный взгляд.
– Мертвы! Они все мертвы! – едва слышно прошептал Кондор, роняя из ослабших пальцев свою винтовку. – Я ничего не мог сделать! Все мертвы!
Подбежал Мирт. Вместе с Зоилом они уложили Кондора прямо на дороге. Забывшись, с кем имеет дело, Зоил отвесил Кондору звучную оплеуху, но подобные фокусы срабатывают, если пытаешься привести в чувство человека. На наносинтонов, практически невосприимчивых к боли, это не распространяется.
– Что с ним? Он ранен? – повторил вопрос Зоила Мирт. – Тварь зацепила его?
– Вроде нет, – неуверенно ответил Зоил, осматривая Кондора.
– Закрыть… дверь… Я захлебнусь…
– Это Нохт сделал с ним! – неожиданно сообразил Зоил. – Помните, Кондор ходил в гуальву? Так вот, когда он вышел оттуда, он уже был каким‑то не таким. Я еще пошутил тогда, что он выглядит, словно ему по голове настучали.
– По голове настучали?! – пробормотала Шарот. – У него что, нейростатис, что ли?
– Больше похоже на иртадизацию, – выдвинул свою версию Мирт.
– Да откуда у него «ментальная топь»?! – попыталась возразить Шарот, но, еще раз внимательно взглянув на Кондора, неожиданно поняла, что тот действительно тонет! Захлебывается в воспоминаниях, принадлежавших когда‑то ему, но давно вычеркнутых и забытых! Тех, что никогда не должны были вернуться, но вернулись благодаря сибиту. Если только Нохт не пытался вскрыть его память! Проклятье!
Забыв про собственное оружие, Шарот схватила валявшуюся рядом винтовку Кондора, установила минимальную мощность импульса энергопульсара, ткнула стволом в левое плечо Странника…
– Что ты делаешь?! – испуганно вскрикнул Зоил, пытаясь отвести в сторону направленное на его друга оружие.
– Спасаю его, идиот!
…и нажала на курок.
Выстрел оплавил бронежилет и заставил костюм «Хамелеон» брызнуть волнами сиреневого и золотистого. До тела разряд добрался уже ослабленным, но этого оказалось вполне достаточно. Тело Кондора изогнулось дугой, он глубоко вздохнул и затих.
  
– Если ты убила его, тебе тоже не жить! – прошипел Зоил.
– Если он действительно проваливался в «ментальную топь», я спасла его. А убить наносинтона таким разрядом невозможно, сам знаешь, – спокойно проговорила Шарот, вставая с колен. Она подняла взгляд и замерла…
В сотне шагов от нее стояла еще одна тварь, точная копия напавшей только что. Стояла и пристально смотрела на свою потенциальную жертву, явно готовясь к атаке. И монстр был не одинок. Поодаль за ликвидаторами наблюдал еще один «дракон». А из‑за развалин ближайшего дома к ним торопливо приближался третий.
Медленно, стараясь не делать резких движений, Зоил тоже поднялся с колен, открыл панель посоха, проверяя объем энергии. «Дишмед» был практически полон.
– Берите Кондора и уходите, – тихо, едва шевеля губами, проговорил Странник, делая маленький шажок вперед, навстречу тварям. Из‑за деревьев, быстро перебирая лапами, появился гигантский краб. Похоже, «Хорма» поспешно стягивала силы.
– А ты? – спросила Шарот, хотя прекрасно поняла Зоила.
– Я следом за вами. Всю жизнь мечтал убить дракона. А тут их целая стая. Есть где развернуться. – Странник еще пытался шутить. Он обернулся к девушке и проговорил резко и жестко: – Я сказал, идите! Уничтожьте эту проклятую установку!
– Ты слышала его?! Быстрее! – прошипел Мирт, понимая, что у них совсем нет времени.
В тот же миг твари, словно получив беззвучный приказ, бросились на ликвидаторов.
– Проваливайте! – отчаянно проорал Зоил, раскручивая в руках свой посох. По его телу прошла волна едва заметной дрожи – он ускорял свое тело. Максимально, насколько был способен. Сейчас от него требовались немыслимая скорость, сила и ловкость. Иначе против наступающих солдат «Хормы» выстоять было невозможно.
Подхватив Кондора под руки, Мирт и Шарот рывком подняли его бесчувственное тело и быстро потащили к воротам комбината. Оглянувшись, Шарот увидела, как Зоил вступил в схватку, отступая в сторону, пытаясь таким образом увлечь всех монстров за собой. И едва сама не попала под удар. Неожиданно выскочившая из ворот тварь, чем‑то напоминавшая огромного безволосого пса, клацнула зубами возле ее шеи. Спасла девушку только невероятная реакция, дарованная наносинтетическим телом. Отпрянув в сторону и с трудом удерживая равновесие, Шарот выстрелила, запоздало сообразив, что ее собственное оружие висит за плечом, а в руках она все еще сжимает винтовку Кондора. Разряд минимальной мощности не мог причинить твари существенного вреда. Взвизгнув от неожиданности и боли, пес проскочил мимо потенциальной жертвы, но тут же развернулся, намереваясь повторить бросок. Не давая зверю такой возможности, Шарот еще трижды нажала на курок. Чем ниже была мощность импульса, тем быстрее перезаряжалось оружие, так что Шарот могла палить по твари без остановки в автоматическом режиме. Трех выстрелов подряд оказалось достаточно. Раны, появившиеся на теле пса, выглядели совершенно безобидно, как небольшие ожоги, но сами по себе электроразряды сделали свое дело – организм твари не выдержал подобной встряски. Захрипев и пуская слюни, пес завалился на бок.
Бросив последний взгляд на сражающегося Зоила, Шарот, увлекаемая Миртом, вбежала в ворота комбината. Тот, тут же отпустив тело Странника, подбежал к наполовину распахнутой стальной створке и начал закрывать ее.
– Что ты делаешь?! – крикнула Шарот, поддерживая падающего Кондора. В одиночку, сжимая в правой руке винтовку, это оказалось неожиданно трудно. Странник по‑прежнему был без сознания и висел у нее на руке словно мешок с песком. В какой‑то момент Шарот даже решила, что перестаралась, выстрелив в Кондора, но ничего лучше на тот момент она придумать просто не смогла. По правде говоря, как приводить в норму наносинтонов, попавших в «ментальную топь», Шарот знала лишь теоретически. Мозгу Кондора, перегруженному от избытка воспоминаний, нужна была немедленная встряска, иначе Странник мог действительно «утонуть», то есть попросту потерять рассудок, заблудившись в лабиринте собственной памяти. Выстрел в плечо был чистой воды импровизацией. Что из этого вышло и смогла ли Шарот выдернуть его из пучины безумия, станет известно, только когда Кондор придет в себя.