Кондор. Дилогия (СИ)

– Господи, они совсем не постарели! – не сводя глаз с экрана, восхищенно и растерянно прошептал Антар, словно боялся, что наносинтоны услышат его.
– Наносинтетический организм не умеет стареть. В нем эта функция просто не предусмотрена. Происходит постоянное обновление клеток, – пояснил директор ИФС, хотя Антар и сам прекрасно знал это.
Председатель совета НЭК еще некоторое время молча смотрел запись, затем повернулся к Легриану Нолли и спросил решительно:
– Кто еще знает об этом?
– Немногие. Информация закрытая. Я посчитал, что на данный момент так будет лучше для всех, – ответил директор ИФС. – Поднимется слишком большая шумиха, если информация вылезет наружу. Думаю, в нашем случае даже СКОП не заинтересована в огласке.
– Очень хорошо. Рад, что ты понимаешь, как важно сохранить произошедшее в тайне.
– Понимаю. Именно поэтому мы сейчас находимся в крайне затруднительном положении. Предположительно наш маркератор все еще жив, хотя от него нет никаких вестей. Мы знаем вектор перехода эллара и в любой момент можем послать команду спасения в Лияр.
– Но вы никого никуда не пошлете. Лияр – собственность НЭК. Я не выдам вам разрешения на его посещение, – жестко, приказным тоном сказал Антар. – В Лияре работают только наши люди.
– Так пошлите туда своих спасателей, – вяло предложил Легриан.
– Все равно НЕТ, – отрубил Антар. Он пристально посмотрел на своего собеседника и пояснил: – Слишком велики шансы, что вместе с вашим маркератором в Лиитанию вернутся Кондор и Зоил. А этого я допустить не могу. Поэтому можешь считать своего человека погибшим.
– Я так и подумал, – спокойно кивнул ему Легриан. В принципе, он был готов к подобному ответу. – Только скажи, Антар. Честно. Тебе не жалко его?
– Маркератора?
– Ты прекрасно понял, о ком я говорю, – скривился Легриан.
Антар улыбнулся неизвестно чему.
– Прошло уже больше семидесяти лет, – сказал он, переводя взгляд на экран. – За такое время рвутся даже самые прочные связи. – К тому же в свое время я заплатил довольно высокую цену, чтобы избавиться от Кондора. И, если честно, не хочу больше встречаться с ним. Он – призрак далекого прошлого. Мусор, который давно должен быть уничтожен. Кстати, хотелось бы все‑таки знать, почему этого не случилось до сих пор.
– Мои люди как раз работают над этим, – проговорил директор ИФС.
Антар встал, подошел вплотную к экрану, еще раз пристально взглянул на Кондора и Зоила, беседующих с навигатором эллара. – Триста двадцать девять баскопов! Невероятно! Может, я все еще сплю, а ты мне снишься?
– Как бы я хотел, чтобы это было всего лишь сном, – мрачно отозвался Легриан Нолли. – Одним большим бессмысленным сном, который однажды закончится.
 ГЛАВА 23 
  
Просто счастье, что обладающий псионическими способностями Нохт в самый последний момент успел остановить Шарот. И хотя ее рефлексы были на высоте, неизвестно, чем бы все закончилось, не предупреди сибит девушку, что к двери приближается именно он и еще три человека, найденные им возле упавшего корабля и не представляющие угрозы.
Шарот снова, уже в который раз взглянула на сидящего неподалеку Кондора. Лицо его было сильно обожжено, покрыто струпьями и волдырями, но почему‑то казалось Шарот знакомым. Она не поняла этого сразу, когда Нохт только привел Странников сюда. Но теперь, спустя некоторое время, на быстро заживающем лице мужчины стали проявляться подозрительно знакомые черты. Сначала она думала, что ей просто показалось. Но шло время, уменьшались в размере уродливые волдыри, сходили отслоившиеся струпья, разглаживалась поврежденная кожа, и лицо Странника становилось все более узнаваемым. Как объяснить происходящее, Шарот не знала, поэтому пока предпочла просто молчать, пообещав себе выяснить все сразу после возвращения в Л питанию. Если, конечно, это случится.
– Судя по всему, выстрел повредил базу данных навигатора, и координаты, заложенные в «возвратник», оказались стерты, – рассуждал тем временем маркератор Тимс Ватар, делая себе укол стимулятора. За последние полчаса он успел опустошить практически весь свой мед‑комплект, приводя потрепанное тело в норму. – К этому моменту эллар уже начал переход и нарушил структуру своей мерности. Пытаясь спасти его от трансмерной аннигиляции, навигационная система выбрала координаты обратной синхронизации сама. Но ее выбор оказался не случаен. Рядом с элларом находился один из разрывов реальности, ведущий в эту параллель. Бинарная язва. Именно с нее, по всей видимости, навигатор и снял информационный слепок координат. И переместил нас сюда. А после синхронизации, пытаясь сориентировать эллар в пространстве, провел горизонтальную корректировку курса. И снова, не имея точных данных, взял за локальную координату поисковый сигнал вашего глоска. К счастью для вас, двигатели нашего эллара были неисправны и до вас мы просто немного недотянули. Иначе, с учетом корректировки, мы рухнули бы прямо на ваши ничего не подозревающие головы.
  
– Если бы двигатели были в порядке, вы бы не рухнули, а спокойно приземлились рядом с домом, – заметила Шарот. – И не раздолбали бы наш единственный шанс выбраться из этой дыры.
– Вы правы, – виновато согласился Тимс. – Но я ничего не мог сделать. Здесь такие полевые смещения, флюктуации мерности материи просто запредельные. Голова кругом идет! Я, как сотрудник Института физики Спектра, этого понять просто не могу! Разрушены все стабилизирующие основы мерности материи, а мир живет! Именно живет, а не существует. Я вообще впервые вижу столь НЕСТАБИЛЬНЫЙ мир в столь СТАБИЛЬНОМ состоянии. Не уверен, что когда‑либо подобное рассматривалось в ИФС даже в теории.
– Ладно, не забивай голову всякой чушыо, – нетерпеливо отмахнулась Шарот. Ее совершенно не интересовала научная сторона. В значительно большей мере ее интересовал вопрос, как можно выбраться отсюда. Над чем она и работала вместе с Тимсом. – Ну как там?
Тимс замолчал, перевел взгляд на экран своего глоска, что‑то нажал, отчего экран поменял цвет, потом снова посмотрел на Шарот и отрицательно покачал головой.
– Ладно, дадим ему еще немного времени, – поняв маркератора без лишних слов, проговорила девушка.
Поняв, что спасать их никто не собирается, иначе команда спасения прибыла бы уже давно, Тимс и Шарот очень быстро нашли общий язык и совместными усилиями принялись искать альтернативные пути выхода из сложившейся ситуации. Трансмеризатор Шарот не работал, эллар маркераторов был разбит, а на вопрос, действуют ли трансмеризаторы у Кондора и Зоила, те лишь растерянно пожали плечами. Похоже, они даже слово это впервые слышали. Их история вообще была полна удивительных тайн, но их разгадкой Шарот решила заняться немного позднее. Поэтому теперь Тимс с Шарот решали другую задачу – как отыскать второй эллар, чей слабый сигнал постоянно фиксировали их глобальные сканеры. Возможно, это был их последний и единственный шанс выбраться из этого мира. Мощности одного глоска не хватало, однако Тимс оказался смышленым парнем – других в группы дальнего поиска и не брали, – предложив синхронизировать работу их сканеров, тем самым на порядок усилив поисковый сигнал. Привыкнув работать в одиночестве, Шарот даже забыла, что такое возможно. Но, как оказалось, хитроумные многофункциональные браслетики глосков были способны на многое. Правда, пока даже их объединенных усилий не хватало для точной локализации сигнала.
Шарот снова, в который уже раз, посмотрела на Кондора. Тот поймал на себе ее взгляд, улыбнулся в ответ коротко и сухо – по‑другому просто не позволяли обожженные губы. Девушка была симпатична ему, хотя обычного для мужчины сексуального влечения он к ней не испытывал. Скорее нечто родственное. Словно она его сестра. Впрочем, ответ был очевиден – она была такая же, как он.
Наносинтон.