Купленная Зверем (СИ)

— У меня были не менее важные дела. И я просто пришла помыться, — не претендуя на их веселый девичник, я прошла в самую глубь бани и села на самую верхнюю полку, облокотившись спиной о горячую стену.
По телу волнами разносилось приятное тепло. Кто-то плеснул воду на камни, и помещение вновь наполнилось паром с ароматом ржаного хлеба. Я чувствовала себя измотанной, как никогда. Борясь со сном, насильно приоткрыла глаза, пытаясь разглядеть в клубах пара то, зачем сюда пришли многие.
Баня была просторной и могла вместить в себя не менее двадцати человек, но сейчас здесь находилось около десяти. Из них две подружки невесты – Миа и Натали.
Лу была счастливой обладательницей полной груди, узкой талии и округлых бедер. Многие мужчины пускали слюни, завидев чуть больше ее обнаженной кожи, что обычно оставалась скрыта под мешковатой одеждой. Она знала, что бесспорно красива, и считала это своим преимуществом и беспроигрышным способом получения желаемого.
И, кстати, никакого намека на беременный животик видно не было.
Луиза мечтательно прикрыла глаза, водя длинными ноготками по бедрам.
— От этой бесконечной нарезки у меня на руках мозоли, — жалобно заскулила Миа, рассматривая свои ладони.
— Не драматизируй, — лениво произнесла невеста, открывая глаза. — Не так много и получилось, — отмахнулась она от подруги, вдыхая полной грудью нагретый воздух.
— Согласна, — поддержала её Натали, пытаясь собрать обратно длинные темные волосы в пучок. — Но это однообразие уже надоело. Интересно, какие блюда на столах Зверей. Наверняка не гречка, как у нас, — она скривилась, словно говорила о чем-то действительно мерзком. Она тяжело вздохнула и продолжила мечтательным голосом. — Украшенные просторные залы, музыканты, тысячи зеркал и люстр, новая посуда, невеста в красивом белоснежном платье...
— Да-а, — протянула Миа, представляя с подругой одну картинку на двоих, — хотелось бы хоть одним глазочком на это посмотреть.
— Тьфу ты! — раздалось злобное шипение бабки Агаты с другого конца бани. — Дурная девчонка! — продолжала причитать она, прожигая бедную Мию, которая от испуга втянула шею в плечи, взглядом. — Хочешь посмотреть, как живут эти твари? Ступай на рынок! Там вас купят по цене домашнего скота и будут использовать так же. Если повезёт. Тьфу на тебя ещё раз!
Уходя, бабка хлопнула за собой дверью, продолжая крепко ругаться в предбаннике.
Повисла тишина, которую каждый не решался нарушить. Остальные женщины тоже вскоре потянулись на выход.
— А кстати, свадебное платье у меня будет, — хвастливо произнесла Луиза, когда мы остались вчетвером. — Алекс нашёл где-то белой ткани. Матушка пожертвовала из своих сокровенных запасов немного лент и кружев. Мы платье шили две недели по журналу мод, который я отыскала на чердаке.
— Ох, Луиза, счастливая ты, —с нотками зависти в голосе произнесла Миа, растягивая губы в улыбке — Слушайте, а вы тоже думаете, что мы стоим не дороже, чем скот?
— Ты уже точно! — воскликнула Натали, бросаю в подругу мочалку. — Вылитая коза.
Удручающая атмосфера после ухода бабки Агаты испарилась с первым звонким смехом девушек, которые начали перебрасываться друг в друга тем, что под руку попадает.
Кроме Луизы. Она была серьезна как никогда и вдруг неожиданно произнесла:
— Рынок не то место, где можно узнать свою стоимость. А вот аукцион - дело другое.
Смех моментально стих. По позвоночнику прокатился холодок, даже в разгоряченной бане. И что-то мне подсказывало, что не у меня одной.
Тела моего хранители TUkLK4z2
  
Глава 7.2
 
Аукцион - страшное место. О нём мы знали мало.
Потому что ещё ни один человек, мужчина или женщина, не возвращался оттуда. Люди пропадали там, а точнее - продавались в обеспеченные дома для выполнения различного рода услуг. Самого разного и извращенного. Что случалось с лотами дальше, никто не знает. А неизвестность всегда пугала.
Вновь заполучив все внимание к себе, Луиза деловито задрала подбородок вверх и продолжила:
 
— Аукцион – место хвастовства и возможность продемонстрировать свои толстые кошельки. Звери готовы выложить все до копейки, но доказать, что могут себе позволить пару-тройку новых рабов. Поэтому есть смысл в том, чтобы попробовать продать себя подороже.
— Но как же…— лепетала Миа слабеньким голоском, растерянно уставившись на подругу. — Ты так об этом спокойной говоришь.
Та подняла на нее взгляд.
— Ты до сих пор ничего не понимаешь?
Миа неуверенно покачала головой.
— Чем больше Зверь денег отдаст за тебя, тем вероятнее, что он будет лучше с тобой обращаться. Уж точно не отправит тебя спать в сарай к свиньям. Ему просто будет жалко своих вложений.
Натали тоже молчала, находясь в полном раздрае от размышлений подруги.
— Да вы сами подумайте, — продолжала Луиза на повышенных тонах, желая, чтобы ее мнение приняли, — что лучше - жить в какой-то хибарке у существа, что отдаст за тебя гроши на рынке, или же поселиться в шикарном особняке у Зверя, что потратит немало рейков за твое тело, сдувая с него пылинки? Чувствуете разницу?
В рассуждениях Луизы отчасти была правда. Только что-то мне подсказывало, что на самом деле все обстояло куда сложнее и страшнее.
Неужели состоятельным Зверям девушки с Аукциона нужны только для ублажений? Но неужели им было недостаточно своих женщин? Может, наши девушки покупались для других целей?
— Ну, а ты, Ариэлла, — неожиданно ко мне обратилась Луиза, переводя на меня пылающий взгляд, — Что ты думаешь об этом? Ты же вся такая у нас за справедливость.
Каждое ее слово звучало как вызов. Если у нее в планах было поругаться и выпустить на меня своих внутренних демонов, боюсь, Луизу ждало разочарование. Сейчас у меня на это совершенно не осталось сил.
— Я думаю, что не смогла бы жить ни в каких условиях. И нашла бы способ, как покончить с этим.
— Ты попыталась бы убить Зверя? — спросила Натали.
— Сомневаюсь, что у меня получилось бы это сделать без оружия, — ответила совершенно спокойно. — Но я обязательно бы что-нибудь придумала.
— А какова твоя цена? — все никак не унимаясь, решительно спросила Лу.
— О чем ты?
— Цена девушек на аукционе индивидуальна. Складывается из возраста, её умений и внешности. Так какова твоя цена?
Я никогда об этом не задумывалась. Желудок зашелся спазмами, и мне стало нехорошо от мысли, что кто-нибудь может оценить меня, словно какую-то вещь.
Луиза продолжала сверлить меня взглядом, немного сузив глаза, ожидая ответ.
— Надеюсь, мы с тобой никогда не узнаем свою стоимость.
***
Через несколько дней после разговора в бане.
Аукцион. За десять минут до выхода на сцену для торгов.
Старик-оценщик двумя пальцами повернул голову Луизы в сторону, рассматривая расцветающий багровый синяк, разбитую нижнюю губу и следы когтей на ее лице.
— Кто? — коротко спросил мужчина хриплым голосом.
Лу гордо подняла подбородок вверх и вздернула курносый нос, прежде чем посмотреть на старика снизу-вверх. 
— Охранник с желтой цепочкой на шее.
Оценщик тут же подозвал к себе жестом двух Зверей. Один из них был одет в серо-синюю форму охраны, а второй – худощавый, но жилистый высокий паренек с завязанными в хвост светлыми волосами. Видимо, он работал на этого старика, или был помощником, так как я уже не впервой видела его таскающимся с планшетом в руках за оценщиком.
— Найти и кинуть в темницу. Позже я лично с ним разберусь, — отдал старик приказ охраннику, и тот коротко кивнув, удалился из зала. — Никому не позволю портить свой товар.
Услышав это, Луиза еле заметно улыбнулась, понимая это как особую значимость на свой счет.
Связанные за спиной руки затекли. Я попыталась пошевелить запястьями, чтобы разогнать неприятные мурашки, чувствуя, как тугая веревка натягивается, впиваясь в кожу до крови. Интересно, а это считается порчей товара?