Рысюхин, это можно пить?! (СИ)

— Интересная постановка вопроса! А я тебе для чего, и вообще, и здесь в частности⁈
Из дальнейшего разговора выяснилось, что Мария Васильевна с Варварой Матвеевной устроили тут бурную деятельность. Они согласовали всё, то есть вот вообще ВСЁ. Время визитов наших и к нам, количество и состав гостей, определили праздничное меню. Даже договорились о найме дополнительных кухарок, более того — привели их в имение и дали возможность ознакомиться и освоиться с нашим кухонным оборудованием, чтобы накладок не было! Но это ладно, они совершили вообще невероятное чудо: заставили Шпиннермана Якова Наумовича не просто «построить» мне костюм по последним меркам, но и сделать это в срок! Завтра едем на ОКОНЧАТЕЛЬНУЮ примерку, которая для меня будет первой!
Я просто ушам своим не поверил и переспрашивал трижды — ну, небывалое же дело, я бы его под дулом пистолета не заставил, наверное, так шевелиться!
— Вы его пытали? Как⁈ Нет, иголки под ногти — отпадает, он бы после этого шить не смог. Пятки жгли? Или… Нет, это бы вы не смогли, просто исходя из правил приличия. Что-то из навыков полевого допроса?
Маша только хохотала на все мои версии.
— Всё просто — полтора ценника…
— Он и за три отказывался сделать не так, как считает единственно верным!
— А ещё Варвара Матвеевна подружилась с его женой и дочкой. И Роза Рувимовна, вместе с Тиквой Яковлевной, таки немножечко нам помогли в том, чтобы, цитирую, «поставить этому старому барану голову на то место, которое богами назначено, из оттуда, где она сейчас, чтобы он таки не делал мозг приличным людям», конец цитаты.
— Да уж, зашли с тыла, так сказать. Выполнили глубокий охват сил противника на всю глубину тактических построений.
— И никаких грубостей с пошлостями. Ну, и Розе Рувимовне пришлось подарить корзинку с этими волосатыми сливами, или как их там, из стазиса достали, ты не против?
— За такое чудо — и вдвое больше не жалко!
— Не стоит обесценивать уникальный ресурс! А вот продать с её помощью хотя бы часть оставшегося запаса — совсем другое дело, которое только укрепит как деловые, так и личные связи.
«Умная у тебя жена, дело говорит! Слушай, слушай, и мотай на ус!»
«Умная — не то слово! Кроме этого она тут ещё и минимум два подвига совершила!»
— Ты у меня просто поразительная умница! А ещё я не сказал тебе «спасибо» за организацию всей этой светской жизни! Я даже не знаю, как именно тебя благодарить, я сюда ехал, как на каторгу, в ожидании того, что придётся со всем этим разгребаться! В ужасе был, даже конечности немели!
— И я тебя от этого ужаса избавила! Давай, хвали меня! А как именно отблагодарить — я тебе потом расскажу, когда буду нашу спальню новую показывать!
— Так вы весь дом обустроить успели⁈
— Почти. Кабинет твой не трогали. Почти. Только шторы повесили, а то вообще жуть была.
«Ага, а потом окажется, что старая мебель не подходит под шторы — и понеслась. Причём вариант поменять шторы так, чтобы они подходили под обстановку даже не то, что рассматриваться — подниматься не будет! Они же новые!»
«Дед, не нагнетай! И не преувеличивай».
«Смотри, потом поздно будет!»
А ещё я подумал, что опять придётся отложить неприятный разговор о принципах отбора и фильтрации новостей. Просто потому, что там, боюсь, придётся ругаться, а делать это после того, как Маша такие горы свернула будет с любой точки зрения абсолютно неправильно.
— Так что там с гостями?
— Нам придётся ко всем съездить, это без вариантов, расписание тебе чуть позже покажу. Мы могли бы отделаться и одним приёмом, если бы не парочка деталей.
В этот момент в голосе моей радости появилась явно слышимая язвительность.
— И что же это за детали?
— Ну, во-первых, кое-кто при проектировании дома в принципе забыл заложить такое помещение, как бальный зал. Или зал для приёмов, или что угодно ещё, что можно было бы использовать в таком качестве.
«Ой. А вот об этом я на самом деле вообще не подумал».
«И я тоже. Как-то мой жизненный опыт страшно далёк от балов и приёмов».
  
«Надо будет на будущее что-то придумывать».
«А что тут придумаешь⁈ Не сносить же дом, чтобы построить уже с залом?»
«Можно пристройку сделать. Или два симметричных крыла, в одном — бальный зал, а во втором — или зимний сад, или тренировочный зал».
«Я тут, внучек, подумал — вроде бы в форте на изнанке есть большое помещение…»
«Столовая разве что».
«Но площадь приличная, и выход на кухню тоже лишним не будет».
— А другие детали? Кстати, приём можно на изнанке провести, если из столовой мебель вынести…
— Там потолки низкие, через полтора часа уже дышать нечем будет. Нет места для музыкантов, да и акустика — такая, что лучше бы никакой вообще не было. Другие же детали — как раз в отсутствии музыкантов и официантов.
— В том же «Дунае» нанять?
— Только в те дни, когда сам ресторан не работает.
— Засада. Но и свой штат держать из расчёта, что может быть раз в году понадобится…
— Вот-вот. Так что придётся устраивать два «семейных» приёма, в таком случае в нашей гостиной поместимся.
— Два, не три?
— С графом не тот уровень отношений, там мы поедем свидетельствовать почтение, не более того. Причём из вежливости, поскольку по росписи дворянских родов уже к Смолевичскому району не относимся, но раз уж имение на его территории…
— И отнёсся он ко мне по-человечески.
— Тем более, Юра, тем более.
— Так я же и не против, что ты меня уговариваешь⁈
— По привычке. Тебя куда-нибудь из дома вытащить — целую операцию нужно задумывать и проводить. И неделю уговаривать. Ладно, беги уже к своим дружинникам и железякам, и они извелись все в ожидании, и тебе, думаю, это интересно.
— Вот не надо делать вид, будто ты мне не интересна!
Мы опасно близко подошли к той теме, которую я старательно избегал, но и просто уйти было нельзя.
— Расскажи лучше, что там за расписание. Если тебе так будет проще — считай, что мне это нужно для выстраивания производственных планов.
— Завтра к трём часам дня едем к графу Сосновичу. По плану мы там долго не задержимся, но планы в таких случаях дело неблагодарное, так что в ателье мы заедем до приёма, думаю, к часу. Потом заедем домой, привести себя в порядок. Да, к графу пойдёшь в том костюме, что был у Императора.
— А разве он ещё не «израсходован»?
— Нет, конечно! Более того, на районном уровне, да ещё и не на официальном приёме, это будет не просто приемлемо, а, пожалуй, даже и знаком особого уважения. Оно же есть, я правильно понимаю твои отношения с местным хозяином района?
— Совершенно правильно!
— В воскресенье с самого утра надо будет забрать в ателье готовый костюм, но этим Варвара Матвеевна займётся и пришлёт сюда с мужем. Вечером двадцать пятого едем в гости к барону Клёнову. Он первый, поскольку когда-то твой предок вышел из его дружины — не то, чтобы это кого-то к чему-то обязывало, но со вторым соседом и такой связи нет, для выбора очерёдности поездок вполне достаточно.
Я выразил своё согласие, и Мурка моя продолжила, быстро рассказав все визиты наши и к нам, которые заканчивались двадцать девятого. После всего у меня оставалось на свои дела полтора дня, даже меньше — тридцатое и начало тридцать первого, отъезд в Могилёв запланирован ближе к обеду, чтобы быть там вечером. Правда, были ещё и перерывы между гостями, но личные дела придётся делать чуть ли не на бегу, грустно. И, раз уж доступное время ограничено — придётся и в самом деле сейчас бежать к Старокомельскому, но уже обосновано, и не сбегать, а идти решать проблему.
Высказав комплименты за организацию службы, что немного удивило, но и обрадовало командира дружины, спросил, как обстоят дела с будущими броневиками?
— Все полученные грузовики разобраны, детали рассортированы и разложены по номенклатуре. Недостающие детали силового набора по чертежам в Смолевичах заказаны и по большей части получены, остаток — в понедельник. Поругаться, конечно, с ними пришлось, и немало — они, насколько я знаю, и вам пытались брак подсунуть, но потом перестали, ну, и я на них управу нашёл. Материалы для брони тоже получены, рассортированы и складированы.