Епископ ада и другие истории

Тщательно расспросили соседей, но безрезультатно. Никто не видел никаких иностранцев, никто не слышал в доме никакого шума; и все сочли бы, что мистер Прауди стал жертвой разыгравшегося воображения, если бы не одно обстоятельство: Фрэнсис Валлеторт так и не вернулся!
Тут скрывалась какая-то тайна, но разгадать ее казалось безнадежным; никакие поиски и расспросы не привели к обнаружению местонахождения молодого доктора, а поскольку практика у него была небольшой, и он не имел иных друзей, кроме старого аптекаря, о его исчезновении скоро забыли.
Но мистер Прауди, после той ноябрьской ночи казавшийся очень постаревшим и немного странным, не желал опускать руки. День и ночь размышлял он над этой загадкой; у него постоянно возникала перед глазами фигура молодого доктора, в его поношенной одежде, со странным выражением обреченности ни лице, когда он стоял, откинув с лица волосы, и смотрел на маленькое белое колечко на старом полированном прилавке.
Со временем, комнаты над аптекой заняли другие жильцы, и мистеру Прауди отошло скудное имущество Фрэнсиса Валлеторта: кое-что из одежды и несколько потрепанных книг; ничего ценного или интересного. Но для аптекаря эти предметы обладали сильным, хотя и ужасным, очарованием.
Он запер их в своем шкафу, а когда оставался один, доставал и принимался перелистывать. Между толстыми пожелтевшими листами латинского учебника по медицине он нашел тоненькие листки того, что казалось фрагментами дневника, — обрывки, грубо вырванные из обложки, большей частью полустертые, а один был разорван поперек и испачкан чернилами.
Имени обозначено не было, но мистер Прауди узнал почерк Фрэнсиса Валлеторта. С превеликим трудом, до боли напрягая глаза, старый аптекарь прочитал следующие записи:
15 июля 1687 года. Я видел ее сегодня в церкви Санта Мария Маджоре. Он — ее муж, Калабрер. — Далее несколько строк были зачеркнуты, затем можно было различить слова: «человек большой силы; какая-то тайна… его сводный брат — негр… дети рабыни… это такая женщина…»
27 июля. — Не знаю, чем это все закончится; ее сестра замужем за братом; ее имя — Елена делла К…
3 августа. — Сегодня она показала мне кольцо. Думаю, она носила его с самого детства; оно подходит только к ее мизинцу.
Далее шло нечто неразборчивое; затем — зачеркнутые слова, которые можно было прочитать.
«Чтобы я не приходил к ней, не получив этот знак! Она боится. Он способен на все, — они, я имею в виду; его брат — это его тень. Думаю, она доверяет своей сестре. Любимая!»
Следующие записи, на другой странице.
10 октября. — Она сказала, что если он узнает, то убьет ее… нас. Он сказал ей, что убьет ее, если она его разозлит; показал ей мартингал и пообещал задушить ее. Господи, почему я его не убью? Карло Ф… предупредил меня сегодня.
29 октября. — Я должен покинуть Падую. Ради нее, пока она в безопасности; если у нее возникнут неприятности, она пришлет мне кольцо. Не знаю, как мы будем жить… Все кончено, прощай.
Мистер Прауди больше не смог ничего разобрать и с содроганием убрал остатки дневника. Какую темную и тайную историю страсти они описывали? Возможно, в них заключался ключ к разгадке событий той ужасной ночи?
Мистер Прауди полагал, что видел мужа и деверя некоей женщины, которую любил Фрэнсис Валлеторт, по прошествии многих лет последовавшей за ним в Англию; вырвав у несчастной жены тайну белого кольца, муж воспользовался им, чтобы заманить любовника в ловушку; в своей посетительнице аптекарь предполагал ее сестру, которая каким-то образом сбежала и попыталась получить помощь в доме, где, как она знала, жил Фрэнсис Валлеторт; но ее муж заставил ее замолчать. А что стало с другой женщиной?
— Я видел и ее, — пробормотал мистер Прауди, дрожа от холода у камина. — Но что они сделали с Фрэнсисом?
Он так ничего и не узнал и умер очень старым человеком, не раскрыв тайны до конца; обрывки дневника кто-то сжег по неосторожности, — они ни для кого не представляли никакого интереса; приключение мистера Прауди забылось, и некому было рассказать о нем, когда, столетие спустя, во время ремонта фундамента старого дома на Дин-стрит, были обнаружены два скелета, погребенные глубоко под кирпичами. Один из них принадлежал мужчине, другой — женщине, на чьих костях еще сохранились несколько кусочков парчи шафранового цвета; здесь же нашли маленькое кольцо из белой эмали, украшенное драгоценными камнями.