Великий диктатор. Книга третья (СИ)

— Это, ты про Людвига фон Баттенберга? Сына старшего брата моей бабушки?
— Да. Наш общий родственник. Муж нашей кузины Виктории, а заодно и адмирал Первого флота. Ха! — неожиданно воскликнул принц Уэльский и расплылся в улыбке. — Его старший отпрыск Джерри недавно был с матерью в Ницце, где по уши втрескался в юную графиню Наду де Торби. И теперь засыпает её письмами, отправляя по два письма ежедневно. И, судя по всему, его тактика работает. Как мне доложили, де Торби хотят выкупить усадьбу Кенвуд в Хэмпстеде. Видимо, собираются переезжать в Лондон.
  
— Надежда Де Торби? Дочка Михаила Михайловича? Занятно. Надо будет рассказать Аликс. Так что там по поводу проверки?
— А? Проверка? Фон Баттенберг после прочтения этого рассказа самолично заявился в Адмиралтейство и вынудил провести проверку, которая показала, что наш флот полностью беззащитен перед угрозой подводной войны.
— И как они проверяли? — заинтересовался Николай II.
— Наш принц-адмирал отдал приказ отряду подводных лодок, проникнуть на базу в Портсмуте. А силам, сосредоточенным там, помешать этому. Все десять подлодок спокойно пробрались прямо в центр бухты и всплыли между первым и вторым отрядом наших линкоров. Когда отец узнал об итогах этой проверки, он решил перенести главную базу в Шотландию, куда и выехал срочно. Но это секрет. Но мы же союзники, не так ли?
— Спасибо, брат! Я сохраню эту информацию в секрете, — очень серьёзным голосом пообещал император всероссийский своему кузену.
— Это только по поводу переноса базы. Да и то, ненадолго. Перевод линейных сил не останется незамеченным и это сразу же попадёт в прессу. Уже и так много чего газетчики разнюхали.
— Ты про что?
— Параллельно с проверкой флота бригадный генерал Чарльз Отли инициировал и проверку складов провианта, и общих запасов продовольствия на острове после запроса из палаты лордов.
— Чарльз Отли — это начальник вашей новой разведки? — проявил свою осведомлённость Николай II. — И насколько мой Хухта опять оказался прав?
— Да, он. А твой юный финн оказался прав почти на все сто процентов.
— Это как? — удивился царь, услышав необычное определение.
— Запасов продовольствия, имеющихся на острове, хватит только на месяц блокады, — невесело усмехнулся Георг. — Проведённые проверки выявили жуткую недостачу провианта даже на складах гвардии, а на флоте не смогли найти запас галет в спасательных шлюпках «Дредноута». Генерал Отли отправил две копии отчета. Одну отцу, а вторую в палату лордов. И именно из палаты лордов отчёт попал в руки журналистов, что вызвало панику в обществе и взлёт цен на продукты после публикаций его в некоторых изданиях. Мы сейчас проверяем как такое могло произойти.
— Надеюсь, дядя Эдуард не собирается наказать моего подданного? Я не хочу терять столь одарённого юношу.
— Твоего подданного награждать впору. Правда, премьер-министр Герберт Аксвит не советует этого делать чтобы не вызвать ещё одну волну роста цен и паники. А вот к предыдущему премьеру есть много вопросов. Этого же мальчика, Мэтью, по ходатайству графа Гренфелла отец решил наградить специальной золотой медалью, за развитие олимпийского движения. Я слышал, что новые игры — зимние, пройдут у тебя в империи. Пригласишь?
— Конечно, брат, — расплылся в довольной улыбке Николай Романов.
……
После переноса части соревнований, у меня образовалось свободное время. Что было, как нельзя кстати. Я как раз нашёл представительство «The Churchill Machine Tool Co Ltd» и сделал заказ на две дюжины самых современных станков.
Сначала меня и на порог не хотели пускать. Пришлось прибегнуть к помощи Карла Стольберга. Но, разобравшись во всём, даже сделали скидку. А главное, я обнаружил прямо напротив конторы станкостроительной фирмы представительство оружейной компании «Birmingham Small Arms Company». Оказалось, что эта фирма последний раз производила оружие в прошлом веке для Османской империи, а сейчас, несмотря на название, производит велосипеды, в том числе и многоскоростные. Из армейского снаряжения на фабрике в Бирмингеме продолжают выпускать кордит для других оружейных компаний и несколько видов патронов.
Велосипеды меня не заинтересовали, как и кордит. Тем более, что он выпускался по лицензии Хайрема Максима. Меня привлекла возможность приобрести полуавтоматическую линию по выпуску трехлинейных патронов русского стандарта. Но всё упиралось в несколько проблем.
— Мистер Хухта, я тоже очень хочу избавиться от этого железа, — с легкой усмешкой заявил мне глава конторы Фрэнк Дадли Доккер. — Но на продажу и вывоз оборудования для выпуска боеприпасов в Российскую империю казначейством введены ограничения. Хотя наши инженеры и создавали эту линию под выпуск только трехлинейных патронов, но всё равно, оборудование произведено в Соединенном королевстве, и я ничем не могу вам помочь.
Когда началась русско-японская война, военное министерство Российской империи заказало за границей пятьсот миллионов трехлинейных патронов. И компания из Бирмингема была одной из многочисленных зарубежных фирм, которые решили подзаработать на этом. Инженеры компании за три месяца смогли построить линию, которая производила семьдесят тысяч патронов в сутки. В погоне за прибылью линию создавали исключительно под выпуск патронов калибра 3/10 дюйма или три линии по русскому стандарту. Но после окончания войны эти патроны стали никому не нужны, а перекалибровка линии под патрон «.303 British» обошлась бы в целое состояние.
Я же, помня из истории своего предыдущего мира о жутком дефиците патронов во время первой мировой войны, загорелся идей помочь русской армии. Ну, и подзаработать, конечно.
— Мистер Доккер, сэр. А если я получу разрешение на приобретение этой линии? — ведь, попытка не пытка, и я могу попробовать запросить разрешение у Уинстона Черчелля.
— Если вы получите такую бумагу, то я вам всё равно ничего не продам. Из-за уважения, как один оружейник, пусть и бывший, к другому. Ведь вы просто выкинете свои деньги на ветер. Вы, юный мистер, несовершеннолетний. А по законам моей страны вывозить подобное оборудование можно только с двадцати одного года. Вам ведь шестнадцать. За пять лет на складе, без должного ухода, эти станки просто сгниют.
Моя биография, в том числе и с перечислением моих изобретений, была опубликована в одной из статей «Дейли Телеграф» почти сразу после окончания публикации рассказа «Опасность!». Не иначе как Ээро Эркко постарался. Но претензий я ему не предъявлял, так как это сделало меня временно знаменитым и из-за этого в оружейной компании общались со мной почти как с равным, несмотря на возраст. И, даже проявили своеобразную солидарность.
Действия местной прессы разительно отличались от родной финской. Если в Финляндии все приходящие на моё имя в редакции газет письма пересылали мне, то в Лондоне они их перлюстрировали и наиболее скандальные или дельные печатали с комментариями редакторов. Мой рассказ вызвал разную реакцию у англичан. От враждебной до восхищенной. А хозяин газеты «Дейли Телеграф» лорд Эдвард Леви-Лоусон инициировал запрос от верхней палаты парламента Великобритании — палаты лордов, в правительство о проверке запасов продовольствия на острове.
И когда через две недели после начала этой проверки в газете «Правда» (Truth) появилась копия отчёта о плачевном состоянии дел с запасами продовольствия, это вызвало кратковременные беспорядки на улицах Лондона, скачок цен на некоторые продукты и повышенное внимание ко мне со стороны прессы. Следом за скандальной газетой этот же отчёт опубликовало и ещё несколько газет и журналов.
Английская «Правда» уже наделала в 1890 году немало шума своей резонансной статьёй «Сон Кайзера». В которой неназванный профессор гипноза рассказал о событиях, что должны произойти через тридцать лет. И якобы он это видел в гипнотическом сне кайзера Вильгельма. В этом сне кайзер вступает в войну с Россией, Англией и Францией, что приводит к исчезновению всех монархий в Европе, а Россия, погрязшая в тяжелой гражданской войне, превращается в пустыню (desert).