Многоликий. Восхождение (СИ)

– Эддард, просто Нэд! А не… отставить Нэда, лучше Коля! Ни к чему эти все любезности. Собирайтесь, в усадьбу едем!
Блондинка кивнула. Какая же она всё-таки понятливая. Лишних вопросов не задаёт и со всем соглашается.
За полчаса, пока хозяйка собирала вещи, гости не нагрянули, видать не обманул Розов и не сдал меня. Молодец!
Ну а я время зря не терял, полистал местную литература. Особенно меня захватила энциклопедия с многообещающим названием «Познаём мир с домовёнком Кузей».
– Такси ожидает нас у подъезда, надо поторопиться. – отвлекла меня от увлекательного чтения девушка. Ещё посмотрела как-то странно.
– Да, конечно, – отозвался я, прихватив с собой умную книжку.
По городу передвигались на автомобиле. Эта такая железная самоходная коробка с колёсиками и на дизельной тяге. Дикари… Даже гномы Бранвелла отказались от дизельных двигателей в пользу электромагнитно-магических век назад.
До усадьбы добрались быстро.
Баронство Волчегорских представляло из себя небольшой ухоженный особняк и клочок земли, обнесенной захудалой оградой.
Прихватив Екатерину одной рукой, а Машеньку другой, на барских щах, без какой-либо застенчивости, запёрся прямиком в усадьбу. Собак, кажется, нет, да и никакая сигнализация не оповестила о проникновении компании.
Внутреннее убранство особняка весьма минималистично, хотя что-то мне подсказывает, что скромная обстановка никак не связана с любовью владельца к минимализму. Скорее, нужна заставила распродать половину вещей с молотка. Но судить рано, может, тут сокровищница есть... В чём я очень сомневаюсь.
Не успел осмотреться, как к нам прибежал запыхавшийся старичок. На вид лет так восемьдесят. Явно маг и довольно сильный.
– Николай Александрович? – с непониманием тот уставился на меня, поглядывая на родовой перстень и на компанию. – Вы как будто другим человеком стали. От Николая Александровича у вас только перстень! Такой взгляд! Властный и волевой! – Дед расплылся в счастливой улыбке. – А кто это с тобой такой маленький?
– Мария и Екатерина, – представил я девушек.
– Распопоры…– добавила блондинка.
– Простолюдиночка значит. Ну ничего, усадьба Волчегорских всегда была открыта для гостей! Ну…. Пока был жив ваш отец… – на вдохе добавил старик. – Я Степан! Будем дружить? – старик протянул морщинистую руку девочки.
Та немного испугалась, но старику взаимностью ответила.
– Будь добр размести гостей. Они поживут у нас какое-то время. – изображая аристократа, произнёс я.
– Будет сделано, Николай Александрович, – Степан показушно отдал честь и увел девушек в гостевую комнату.
Ну а я остался осмотреть свой новый дом. И не просто дом, а полноценную аристократскую усадьбу!
Старенький диван, видевший смерть ни одного Волчегорского, камин, а над ним картина. Ну и журнальный столик ещё с ополовиненной бутылкой чего-то горячительного.
Мда, жить в таком унылой усадьбе и не запить – надо постараться. Как-то уж очень скудненько для аристократического замка. Комнатки для прихожан Ордена и те выглядели побогаче.
Поваляться на диване и подумать о вечном мне не дали. Степан, аки горный козлик, ловко сбежал по лестнице, наделав шума.
– Барин, где вы их взяли? Ну просто милейшие создания.
– Ой, будь потише, я немного задремал… Долго объяснять…
– Так я никуда и не тороплюсь, – дед плюхнулся рядом и приготовился слушать.
– Не сегодня, – продемонстрировал ранение, – штык в печень – никто не вечен! Организм настолько от жизни орхенер, что к чертям собачьим подтёр память подчистую, так что увы. Рассказчик из меня сейчас максимально хреновый.
– Как же так? – встревожился Степан. – Неужто совсем ничего не помните? Я Степан Андреевич Проволчегорский. Верный слуга и друг рода. Помните?
– Увы и ах… Абсолютнейший провал. – развёл я руками. – Человек, как человек. Такой же абсолютно незнакомый, как сотни тысяч других человеков. Ты мне лучше про семью расскажи, – указал на портрет, – это, к примеру, кто? Рассказываешь, а там гляди у меня и прояснится!
Старик смутился, было заметно, что чувствует подвод. Но перечить не стал, принялся рассказывать.
 
– Так папенька ваш покойный Александр Евгеньевич Волчегорский. Даже папеньку не помните?
Молча мотаю головой.
– Ты продолжай-продолжай. Про семью и про дела. И про Волчару, – вспомнил, что Розов что-то про него упоминал.
– Про семью… – тот задумался. – Ну, как вы уже догадались папенька ваш отошёл в лучший мир, оставив на вас матушку и младшую сестру. Сейчас баронесса с дочерью по делам уехали, Настенькины документы в академию повезли.
– Не уж то и я в академию числюсь?
– Ну да, – отозвался тот, повторно округлив в непонимании глаза. – Девятнадцать лет, второй курс первой магической академии Санкт-Петербурга.
Это я что ещё и студент магической академии? Какой позор… Мастеровитейший Многоликий тысячелетия снова сядет за школьную парту и конспекты учить будет? Прикол!
– Понятно. А кто такой Волчара не вкурсе?
– К сожалению, в курсе, – потрепав седину и взглянув на портрет отца, тот продолжил свой рассказ. – Два младших брата у вашего папеньки было. Средний – Пётр, в Европе он живёт и нашими делами не интересуется, давно о нём вестей не слышно. И младший непутёвый – Кирилл. – Тот заозирался по сторонам, убеждаясь, что за ним никто не подслушивает. – После смерти вашего отца раскрылась связь Кирилла с преступным миром. Незаконная торговля оружием, разбой, что только на нём не числилось… До сих пор удивляюсь, почему его на каторгу не упекли. Вот это он под кличкой Волчара и ходит... – Старик вздохнул и добавил. – Не дай бог такой сволочью родиться... Алкоголик, картёжник, бандит, одним словом, язва на теле нашего рода. Вот-вот нас всех по миру пустит... Ещё матушке вашей жизнь подпортил. Не знаю, какими правдами и неправдами, но женил её на себе! Как она плакала... Просто кошмар.
– А сейчас где он? И почему по миру-то пустить должен? Если я правильно понял, то по всем законам наследия прямым наследником рода являюсь я! А он так, хрен с горы, без права голоса! Нет?
– Так-то оно так… Просто до сих пор вы особо не тяготели заниматься делами рода, вас всё больше занимали книги и эксперименты с вашим даром. Я и сейчас бесконечно удивляюсь сложившемуся между нами диалогу, до этого вы таким общительным не были.
– Заново мир познаю. Может, наконец распробую все прелести жизни управленца. Кстати, а что за эксперименты, над которыми я всё свободное время провтыкал? Ты не поверишь, я даже дар свой напрочь и тот забыл... – с ноткой трагизма в голосе произнёс я.
– Так вам лучше знать, вы же всё в строжайшем секрете держали. Мне было только известно, что упражняетесь вы днями напролёт со своим даром Тьмы. Может, вам ваши записи что-то подскажут. – Тот ткнул в сторону лестницы, ведущей на второй этаж. – Если что, они в вашей комнате, только вчера с них пыль сдувал.
– Хорошо, поизучаю, может тогда сознание проясняться начнёт. А где Волчара обитает, я бы переговорил с ним с глазу на глаз.
– Так в Волчанке портал открылся, вот он прихватил своего сынка и помогать крестьянам поехал. Закрывать портал скорее надо, а то всех сожрут к чертям собачьим. – Степан показательно закатил глаза и добавил: – Хотя помощи от него, как от козла молока. Теневик третьего ранга, позорище.
– Интересно, оказывается у меня и брат есть.
– Нет у вас брата, вашей матери он чужой. Родила ему какая-то шлюха из борделя двадцать лет назад. Притащила отродье в дом да и бросила, – пояснил Степан. – Две капли воды папенька. Такой же кретин, тупица и будущий каторжник!
Вот потихоньку и стала проясняться личность Николая Волчегорского. Какой-то выдающейся личностью он не являлся, и до меня, прошлого, ему как до Китая раком, но и ладно. Тем интереснее будет пройти весь путь с самого дна ещё раз.
– А не подскажешь, куда конкретно родстреннички уехали-то? Подсобил бы, чем мог, да и общение со знакомыми, глядишь, положительно скажется на возвращении памяти.