Многоликий. Восхождение (СИ)
Газета «Имперский вестник» озарила красочными заголовками. Так, сейчас я узнаю последние новости из жизни местной аристократии.
«Корреспондент А.В. Панарин сообщает, что в Иркутской области резко упал уровень преступности. Ходят слухи, что началась война между группировками. Вместе с этим в городах стали пропадать нищие. Связаны ли эти события, и кто за ними стоит, ещё предстоит разобраться.»
«Репортёр Андрей Третьяков сообщает, что в самом центре Москвы случился локальный прорыв с изнанки. Десятки жертв! Ценой невероятных усилий всего трёх гражданских, прорыв удалось локализовать и закрыть. Подоспевшие власти по достоинству оценили подвиг и оказали помощь раненым.»
«Корреспондент Богдан Булатов сообщает о тревожной тенденции в Санкт-Петербурге: число прорывов возросло. Местные силовые структуры оказались неготовыми к быстрой нейтрализации множественных порталов одновременно. Полуразумные твари изнанки, носящие грозное название “Зверолюды”, стали частыми непрошенными гостями на набережных города. Жертвами зверолюдов пали сотни мирных простолюдинов, в их числе женщины и дети.
Император Пётр Алексеевич Кречет объявил о предоставлении государственной премии, утверждённой в размере десяти тысяч рублей, за участие в операциях по локализации прорывов, организованных добровольными отрядами, а также назначил награду в сто тысяч рублей за взятого живым мага-предводителя зверолюдов. Обращаться в администрацию города Санкт-Петербурга к начальнику департамента по борьбе с прорывами князю Мышкину Константину Николаевичу».
Десять тысяч рублей — сумма действительно заманчивая. Столько разных книг смогу прикупить… И Екатерину вкусно накормлю… И Степану новый камзол… Решено: вступлю в добровольный отряд. Подзаработаю немного деньжат и расширю круг знакомств. Звучит вполне оптимистично. Там гляди настрою ментальную связь с Угольком и охота на мага-предводителя превратится в ребячьи игры.
Да и Мышкин мне покоя не даёт… Не тот ли это самый, что фигурировал в рассказе Катерины… Ну вот заодно и проверим.
– Любезный, не подскажешь как побыстрее добраться до центра? – обратился я к прохожему мужчине с придурковатой улыбкой.
– Атож, как не подсказать? Конечно, же подскажу. В наше время, кишащее алчными аристократами, каждый простолюдин должен помогать себе подобным. Ты из каких будешь то? – ответил вопросом на вопрос мужичок, жадно пожирая мой крестьянский прикид. А я же ещё и без перстня! Удачно снял и забыл в кармане.
– Я? Атож, брат холоп, – подыграл ему, – лапти плету барчёнку Волчегорскому. Слыхал о таком, братишка? – прохожий сквасил удивленное лицо.
– Ремесленник значе-с, приятно познакомиться!– тот расплылся в беззубой улыбке. – Про Волчегорских слыхал. Ещё б не слыхать. До смерти барона род был велик, а потом всё резко пошло по пиз… на дно, на дно пошло. Война за войной, пожар за пожаром и ни заводов, ни фабрик у вас ни ху… не осталось. Удивляюсь как вы вообще живёте в полуразё… вернее полуразрушенном имении. Хотя кому я рассказываю? Сам всё знаешь лучше меня. А ну признайся, сукин сын! Поспособствовал смерти старого барона? Поспособствовал? По глазам вижу, что сам яд ему подмешивал! – дурные глаза мужичка рассыпались в смешке.
– Ах-ха, буду тебя бояться, страшный ты, ремесленник. А я Тимофей Прокабанов – младший конюх, не последний человек в имении. Да и у барона на особом счету, без моего совета ничего в баронстве не делается. Важные решения, да что важные! Все решения барон со мной согласует, ни шага сам. Завод продать, завод купить! Всё, сука, я решаю. Вот что скажу тебе, братан, большая удача, что ты встретил меня! Я на колесах, таксую тут иногда чисто для души, отдыхаю. Не всё же время госуд… дела баронства двигать. – закончив свой содержательный монолог, мужик махнул в сторону ржавой развалюхи. – Прыгай на заднее, как барон поедешь, мать твою! Дверь тебе открою!
– Будь добр, подкинь до администрации, – вежливо обратился к извозчику, усаживаясь на пыльное кресло автомобиля.
– Ах-ха. Тебя в администрацию? Простолюдинам вход запрещен! Давай до городских конюшен лучше подброшу. Лапти свои мужикам предложишь.
– Задание от барона, – подыгрываю шутнику, – срочное и не терпящее отлагательств. На конюшнях ты сам отлично руки мозолишь, сомневаюсь, что в этом деле тебе помощники нужны! Или как ты там правой рукой барону помогаешь? – хихикнул я.
– Пошути мне ещё тут! – рыкнул простолюдин, – а какие задания может раздавать труп то? Может ты не в курсе, что он того? Подо-о-о-ох! Ах-ха! Кинжал в печень – никто не вечен! Ах-ха!
– Да ты что? Беда-то какая… А откуда информация? – сквасив удивленное лицо, выдал я.
– Ты не забывай с кем разговариваешь! Правая рука барона, мне всё известно. Каждый пук, каждый чих, мне всё докладывают, везде уши! О смерти вашего сопляка барон мне сообщил лично, повторюсь, лично барон Кабанов сегодня-с утром! В письменной форме между прочим! С гербовой печатью и золотыми чернилами, как полагается у аристократов! – оторвавшись от руля, пустил самодовольный взгляд.
– Да ты что… Большой начальник конюшен и какашек прям! – смеясь, поглядываю на водителя.
Резкая остановка.
– Приехали! Выметайся! А то быстро отправлю тебя к барончику! Вздумал смеяться над правой рукой! Да Кабанов без меня никто, чтоб ты знал, паскуда! – от былого добродушия на лице конюха не осталось и следа. – Сейчас я тебе, шутнику, покажу! Посмеёмся от души! – трясущимися руками достал ржавый, сделанный из ножовки нож. – Видал? Фамильная вещь! Родовая! Хочешь уколю?
Тот предпринял попытку пырнуть меня своей игрушкой. Потрясающее гостеприимство! Вот садись после такого к незнакомым в автомобиль!
Сколько конюх не старался, но попасть было не суждено. Посмеиваясь, я ловко ушёл от всех его нападок. Ну и помножил все его потуги на ноль, одним ловким движением перехватив фамильную ценность и отправив прямиком в ногу противника
– Хороший нож, ржавый такой, с привкусом газовой гангрены, сразу видно, фамильная ценность. – заключил я.
– А теперь поговорим. Кто и когда тебе сообщил о покушении? Кто причастен, а главное какие мотивы! Или у шестерки нет информации и ей доверяли только правой рукой наяривать? – приставил открывашку Клеща к горлу полудурка. Пожалуй, самый нудный допрос из всех, что мне приходилось видеть.
– Ааа, нож Клеща…. – протянул конюх.
– Ого, вы знакомы… Да, всё верно, ты угадал! А это что значит? – не дождавшись ответа, ответил на свой вопрос: – Правильно, значит, что Клещ того… и я думаю, ты догадываешься, кто перед тобой и куда ты отправишься, если будешь молчать.
– Батюшка Николай Александрович, не признал. Не вели казнить, я раб твой преданный… Каждый день вспоминаю о покойном бароне, о вас маленьком. Молюсь о здравии… Ты же как сын мне! – начал нести тот какой-то бред.
– Помнишь пили с тобой, совсем маленьким ты был. А охоту, охоту помнишь? Зарубили медведя. Неделю не просыхали. После смерти папеньки носился с тобой, воспитывал. Тебя даже Тимофеевичем кликали! А я здесь совершенно случайно оказался, это всё барон Кабанов. Нехороший человек, вздумал нашего барона на тот свет извести. Не выйдет! – где-то я уже это слышал. Ну точно Розов что-то подобное заливал. Подозреваю, что передо мной распространённая болезнь — смесь тупости и трусости.
– По существу, дорогой Тимофей. Про Волчегорскорго старшего поподробнее, про Кабанова. Не надо мне тут сопли разводить! – придавил самодельный ножик, пуская металл глубже в мышцы противника.
– Б-батюшка ваш был замечательным человеком. Скорая болезнь сгубила его, такое горе… Барон быстро умер, отравили его. Кабанов пошёл земли отжимать, вот мы с Митрофаном под шумок прихватили сбережения барона и бежать. Не для меня шпагой махать – крови боюсь. А Барон, дай бог ему здоровья, приказал окопы копать, а затем уже за отличную службу в конюхи определил, машину доверил, корм возить… Простите, не убивайте…
Предатель, ненавижу предателей. А ещё и вор! Я не палач, чтобы торжественно вершить судьбу. Однако, Кодекс гласил: предательство требует воздаяния — неминуемого и неотвратимого… Ну кто я такой, чтобы Кодексу перечить?