Ночной кошмар (СИ)
— Что значит — пропала связь? — возмущенно произнёс Разумовский, — Кого вы отправили туда?
— Группа «Тень-17», — ответил штабист, скосив глаза на дисплей своего планшета, — Командир группы — лейтенант Скотт.
— Так, — вздохнул майор, — Вы хотите сказать, что…
— Последнее сообщение бортового ИскИна содержало сигнал тревоги. Их корабль захватили грави-лучами, а затем расстреляли. Экипаж и десантная группа были на обшивке и должны были успеть десантироваться до взрыва.
Некоторое время майор размышлял, анализируя услышанное.
— Ваши дальнейшие действия? — поинтересовался он после паузы.
— Если группа не выйдет на связь в течении двадцати четырех часов, то штаб направит туда патрульную группу. Станцию уничтожат залпом крейсера.
«Только этого не хватало, — вздохнул Разумовский, — Чертовы вояки… Им лишь бы всё расстрелять…»
Лишаться Варнера, который уже успел принести майору серьёзные дивиденды, совершенно не хотелось. Чертов мистик, умудряющийся создавать как проблемы, так и доставлять серьёзнейшую информацию, был ценен своей живучестью, нечеловеческой логикой и невероятной удачливостью, свойственной всем его собратьям. Взять в качестве примера его уход с флота… Корабль, на котором служил Варнер, в конечном итоге попал в засаду и был уничтожен превосходящими силами кнорри, что уже начали бои с Родией, а теперь и с Человечеством. Из экипажа не выжил никто. Спасательные капсулы расстреливались инсектоидами.
Уж что творится в Ордене Мистиков Разумовский не знал, но были в душе офицера подозрения на счет того, что и там не всё хорошо. Да и сама история с тем, как в действительности выгнали Варнера, выглядит… странной. За расстрел инфицированного лайнера не устраивают трибунал ни на флоте, ни в Ордене. Ни до, ни после истории с капитаном подобного не было. В уставе ВКС предусмотрен специальный пункт по поводу действий в отношении инфицированных вирусами, бактериями и тварями гипера космических аппаратов любого типа. Варнер действовал строго по нему. Но нет же…
Впрочем, копнув, Разумовский понял в чем дело. Войцех Темирязев. Сын Гнелия Темирязева, членам Имперского Сената от сектора Посполитого. Он был в спасательной капсуле вместе с любовницей и охраной. Однако, погиб из-за того, что спас-бот пострадал при взрыве лайнера. Разгерметизация корпуса привела к тому, что до судна долетели лишь промороженные трупы. Влиятельный папочка решил найти виновного в смерти своего старшего сына, а орден и флот дружно ткнули пальцем даже не в тех, кто действительно ответственен за состояние корабельной гипер-защиты, а в капитана Варнера. Ведь, объяснять все технические нюансы — сложно. А вот сказать, что конкретный офицер просто расстрелял судно, не став отправлять группу зачистки на спасение сыночка сенатора — легко и просто. Даже не надо изворачиваться — все записи имеются, включая разговор с командиром эскадры.
— Делайте что угодно, но мои люди должны выжить, — вздохнув, произнёс Разумовский, — Даже если вам придется угробить секторальный флот в полном составе. У них очень важная информацию, которую необходимо доставить в управление. Любой ценой. И поверьте, если вы и ваши подчиненные не справятся… Я сделаю всё, чтобы ваш штаб, командующий флотом и остальные офицеры оказались лишены дипломов и уволены из ВКС с волчьим билетом.
— Я вас понял, майор, — фыркнул собеседник Разумовского, — Очень надеюсь, что всё именно так, иначе вам придется объясняться с УСБ вашей службы.
— Они уже в курсе ситуации, — ответил мужчина, прерывая связь.
Последние события выбила офицера из колеи. Ему и без того пришлось пересматривать свои планы. Первоначальная задумка оказалась нереализуема из-за обострения отношений с Родией, а затем и разразившейся войны. Затем гибель Лейпфа и взрыв «Ночного полета» на который у Разумовского имелись долгосрочные планы. Стоило же рассчитать возможное использования появившейся Берроуз, как очередной удар — возможная гибель группы зачистки.
Впрочем, позволять тупорылым воякам окончательно рушить продуманные планы майор не собирался. Если же они решат поступить по своей вечной привычке… Что ж, он умеет мстить. А смерть Варнера для майора — болезненный щелчок по носу и потеря удобного и полезного агента. Да, большую часть данных собирал Лейпф, ломая на станциях хранилища данных служб ДРО и диспетчерских и копируя их, да именно он умудрялся во всех попутных кабаках собрать слухи, отфильтровать и собрать из них целостную картину. И, в конце-то концов, именно Винсент, успешно сопоставляя сведения о движении грузов, мог успешно предоставлять сведения о состоянии промышленности и экономики Республики. Талант. Ему бы аналитиком служить, а не инженером. Но нет… Запихнули мистики парня не в ту сферу, да профукали по итогу.
Внезапно появившаяся из небытия Наталья Берроуз оказалась настоящим подарком судьбы для Разумовского. Причем, со всех сторон. И если изначально майор просто хотел таким образом посадить на крючок Варнера, а потом приставить к нему нормального аналитика, то разобравшись в подоплеке ситуации, был готов расцеловать девицу в любое место, куда она ткнет пальцем.
Семья девушки — достаточно серьёзные люди. Потомственные военные — флотские и пехотные. Они планировали отправить своих детей на военную службу. Сына выучить на офицера флота, а дочь — в военную разведку. Её специальность в Академии Связи называлась — «Системы управления, контроля доступа, цифровой безопасности, связи и перехвата». Вот уж кладезь…
После несчастного случая девочку, формально, мертвой не объявляли. По документам она числилась находящейся в коме на длительном лечении. На Нова-Терра ей оформили долгосрочный академический отпуск. Состояние же девушки…
Найденная медицинская карта говорит сама за себя. Остановка сердца, поражение дыхательных путей, обморожения… Некоторое время девушка находилась на системе поддержания жизни, но спустя неделю её поместили в крио-сон, в котором держали
По сути, всё, что оставалось сделать — скрыть факт наличия у неё нейро-сети и подключенных к ней имплантов. С одной стороны, они запрещены законом, но в нём же есть ряд исключений — по медицинским показаниям. Например, для лиц с повреждениями спинного мозга, которые не удалось вылечить медикаментозно или оперативным вмешательством. Тогда имплантация нейросети и соответствующих дополнительных имплантов — оправданы и разрешены. В случае с Берроуз — она под эти дополнения к закону попадает… Вот только возникает ещё одна проблема. Что именно ей было установлено? Если стандартный медицинский комплекс — это один разговор, а если нечто подобное «унисолу» — уже другой.
Майор решил подстраховаться и действовать исходя из того, что родня Берроуз решилась нарушить закон. Потому, Разумовский приготовил для девушки, сделанные задним числом, документы о разрешении на использование комплекса «унисол». Понятно, что не сам, а через свои личные связи «в верхах». Стало это всё в очень круглую сумму, потому Варнеру, который, по большому счету, заварил кашу, придется покупать новый корабль за свой счет, а средства, которые майор выбил в качестве компенсации за гибель «Ночного полета» уйдут ему в карман. И то, эта сумма покроет только половину личных расходов офицера.
Впрочем, Разумовский не слишком расстраивался. Одни только сведения по Родии, принесенные Варнером, дали майору не только пометку в личном деле и орден, но и премию, раза в четыре большую, чем нынешние траты.
Однако, смерть капитана и Берроуз, если таковая произойдет, не просто ударит по майору как по куратору мистика и его будущей напарницы, но и пустит в трубу все вложения в эту парочку, включая выбивания из МВД и СИБ лицензий, патентов и дипломов для Алекса.
Хмыкнув, Разумовский набрал номер своего друга из УСБ, с которым знаком почти двадцать лет.
— Здравствуй, — появилась голограмма мужчины в штатской одежде.
Собеседник майора сидел на диване, в рубашке с расстегнутой верхней пуговицей и большой кружкой, из которой шел пар.