Ночной кошмар (СИ)

Перед десантниками появилось изображение, судя по плазменному мечу, Варнера. Только броня была целой и являлась Б-ИБКП. Мужчина несколько мгновений стоял перед группой здешних тварей, что раньше являлись людьми, а затем, каким-то образом исказив пространство бросился вперед, размахивая плазменным клинком. Движения офицера, как и он сам, были размазанными и едва заметными. Однако, на фоне всего этого выделялся высокий массивный темный силуэт, что в конце записи превратился в плотный черный туман и исчез в вентиляционной шахте.
— О-ё… — выдал Фирс, — Это что за дерьмо?
— Судя по тому, что вы не видели галлюцинаций и до сих пор не мутировали, на вас пси-защита? — поинтересовалась лейтенант, повернувшись к Скотту.
— Да, но она барахлит постоянно, — кивнул офицер, — Постоянно создает какие то искажения на сканерах…
— То, что вы видели, пытается добраться до вас, — вздохнула Берроуз.
— А Варнер? И вы? — прищурился Скотт, понявший, что дело не чисто.
Кем бы ни был этот капитан, сохранить разум под постоянным пси-давлением весьма сложно. Как правило, такое вообще не возможно. Особенно, на протяжении многих часов, если не дней.
— Капитан — мистик. Он умеет справляться с подобным, а я… особый случай. У меня есть способы защиты. Кроме того, до недавнего времени это помещение имело серьезное экранирование против пси-излучений.
— В жопу такие пьянки, — вдруг подал голос Варнер, начав шевелиться, постоянно кашляя и хрипя.
— Наш человек, — хмыкнул Вейло, — Эй, капитан? Вы как? Я сержант Вайло. Группа зачистки и спасатели ваших задниц.
— Сержант, — всё тем же хриплым голосом произнёс Варнер, — В медпанель белки и углеводы. Запусти как экстренная инъекция.
— Есть, сэр, — усмехнулся Вайло, выполнив приказ, — Полагаю, что встать вам будет проблематично? Мы постараемся организовать…
— В яйца арахнида тебя, — фыркнул мистики, поворачиваясь на бок и пытаясь встать.
Скотт же, глядя на него, хмыкнул. То ли этот Варнер клинический идиот со стальными яйцами, то ли всё дело в бабе, а мистики от обычных кобелей не отличаются… Учитывая, что лейтенант находилась в соседнем помещении, а капитан оборонял проход в него… Скорее всего, второе.
— Я помогу, — произнесла Берроуз, подходя к Варнеру, — Вейло, возьмите, — протянула она сержанту винтовку, — Я связист, а не боевой офицер. Из пистолета стреляю лучше, чем из винтовки, а вы сможете ею воспользоваться с большей эффективностью… Да и капитану кто-то должен помогать. Не вам же отвлекаться…
«Неплохо нашла мотив быть поближе… — отметил про себя Скотт, — Но… В прочем, не моё дело. В СВР с этими идиотами разберутся сами.»
Офицеру было невдомек, что девушка действительно плохо стреляла из винтовки, а в бою от неё пользу не на много больше, чем от трусов в сеточку на морозе. Однако, скажи она об этом прямо, нарушая прямой приказ Разумовского, их могли бы и убить на месте, не забыв выяснить причины этой странности.
— Ладно… Что нам делать с этим дымом? Что его вообще может удавить? — поинтересовался Фирс, нарушая наступившее было молчание.
— Ионизированные газы. Например, любые разновидности плазмы. На некоторое время они нарушают его функциональные возможности, — ответила девушка, — Во всяком случае. Мы так считаем. К тому же… Есть подозрение, что это нанотехнология, а не живое существо. Возможно, какое-то оружие.
— Чудесно, — не скрывая сарказма ответил Скотт.
Лейтенант мгновенно понял чем им грозит данный факт. Карантин. В лучшем случае. И то — не факт. Могут запереть в лаборатории пожизненно, чтобы точно удостовериться, а если не выйдет удостовериться, то вскрыть и докопаться.
— Значит… Надо вдать по твари плазмой? Я правильно понял? — вновь подал голос Фирс, — Просто исжарить скотину?
— Считайте, что да, — кивнула Берроуз, помогая Варнеру подняться на ноги и вешая ему на пояс рукоять плазменного меча.
— А где нам искать эту скотину? — спросил Скотт, понимая, что без точных данных, они будут блуждать по многокилометровой станции бесконечно.
— В складской зоне, рядом с ангаром, — ответила лейтенант, — Судя по тому, что нам удалось найти, эта тварь там. Точнее, её ядро, которое управляет нанитами, создающими всё это, — махнула рукой Берроуз, намекая на происходящее.
 
— Мда… — вздохнул Скотт.
Проблема заключалась в том, что прямой путь к ангару и складам рядом с ним был уничтожен взрывом ториевой батареи. А параллельные коридоры, скорее всего, превратились в столь перекрученное и оплавленное месиво, что соваться туда бесполезно. Вывод напрашивается сам — нужен обходной путь. А это, скорее всего, встречи с очередными местными тварями, некоторые из которых, весьма проблематично убить.
— Что-то не так? — вернулась Берроуз к Скотту, заметив его реакцию.
— Можно сказать, лейтенант, — вздохнул десантник, — У нас есть проблема.
  
Глава 11
 
«Ненавижу подобные игры, — мысленно вздохнул я, — Чертовы разведки…»
Пока мы ждали команду спасения, успели договориться о поведении Натальи и о том, как ей отвечать на вопросы, что говорить и как действовать в целом… Правда, во всём этом не было ни слова о моей вероятной смерти или отключке, но… Берроуз молодец — быстро сориентировалась и смогла поставить себя правильно, хоть и коряво. Ещё большая ей хвала за то, что сдержала себя и начала задавать вопросы по делу, а не кинулась ко мне с требованиями немедленно помочь. Впрочем, как мне кажется, она не тот человек, что закатит классическую женскую истерику. Тем более, что я для неё — только очень полезный и важный знакомый, а не родной отец, мать или брат, по которым девушка действительно рыдала.
Десантник же, молодцы в другом смысле — лишних вопросов не задают, хотя в их эмоциональном фоне они ощущаются. Профессионалы, которые выполнят приказ и забудут, не засовывая любопытный нос туда, где его могут и оторвать.
На том поводы для хорошего настроения закончились и начались причины для омерзительного.
Во-первых, я истощил свои ресурсы почти полностью. Восстанавливаться придется долго, если до таковой возможности вообще доживу. Ведь, по большому счету, как боевая единица я теперь меньше нуля — даже самостоятельно передвигаться не в состоянии. Про использование мистических способностей и речи быть не может, а стрелять из бластерного пистолета по тем махинам, которые нас совсем недавно едва не угробили — смешно. Это что из рогатки по тяжелому линейному крейсеру Империи палить и думать, что от этого появится какой-то прок.
Во-вторых, боезапас у наших новых товарищей по несчастью далеко не бесконечен и уже скоро он покажет своё дно. Во всяком случае, плазменные гранаты уже закончились, а надеяться на прием с ториевой батареей, который использовал Скотт, чтобы расправиться со второй тварью, мало что опасен для нас. Так ещё и может повредить корабли, стоящие в ангаре. Потому на роль такого самодельного взрывного устройства решили пустить баллоны для бластерной винтовки. Не ядерный взрыв, конечно, но тоже неплохо. Во всяком случае, они могут существенно ранить здешних «мастодонтов».
В-третьих, лейтенант Скотт предположил, что всё происходящее — рукотворно и виновник не просто жив и здоров, а находится в ЦПУ станции. И коли так…
— Ты предлагаешь двигаться туда, а не в ангар? — поинтересовался я офицера.
Как-то само собой вышло, что мы перешли на «ты» и оба в этом проблемы не видели. Правда, совсем уж включать панибратство и хлопать по плечу никто не собирался — рамки приличия тоже надо соблюдать.
— Понимаешь… Если эта скотина ещё раз врубит гравитационные лучи, то кораблю конец, — покачал головой Скотт, — А что там в складской зоне — вилами по воде писано. Лучше уж рискнуть и добраться до ЦПУ, всё там зачистить и уже после этого идти к ангарам. Тем более, что прямой дороги у нас нет. Взрыв ториейвой батареи серьёзно повредил конструкции станции и…
— Я понял, не продолжай.
Это было «в-четвёртых», совмещенное с «в-третьих». Помимо того, что офицер хотел найти виновника гибели своего отряда, существовала угроза повторного применения систем станции против нас. Причем, теперь этому помешать не выйдет уже точно — резервный центр управления уничтожен.