Ночной кошмар (СИ)
— Если пойдем так дальше, то доберемся до нужного места минут за десять… Проверить боезапас!
Удостоверившись, что у остатков отряда ещё хватает сил для дальнейших действий, а затем поменяв друг другу баллоны с дыхательной смесью, бойцы продолжили путь. Однако, спустя несколько минут, они ощутили как пол под ногами стал дрожать, периодически сотрясаясь особенно сильно.
— Это ещё что? — задумчиво пробормотал офицер, — Занять оборону!
Решение было верным, поскольку спустя несколько секунд в конце коридора, по которому они шли, появилась громадная туша, похожая на кусок мяса, к которому приставили восьмипалые конечности. Правда, двигалось это нечто исключительно на массивных, гибких, словно бы без костей и суставов, «пальцах».
— Срань космоса, — фыркнул Фирс, оценив размер противника, — Это что за дерьмо?
— Огонь! — раздался короткий приказ Скотта, первым начавшего стрелять.
Потоки плазмы полетели в жуткое существо, напоминающее кошмар шизофреника. Стоило им достигнуть цели, как тварь остановилась, издав рев, а затем рванула к десантникам, видимо, надеясь убить до того, как бойцам удастся нанести ей смертельные раны.
— Не прекращать огонь! Отходит спиной вперед! — распорядился офицер, поняв, что им не успеть расправиться с громадным существом до того, как оно доберется до них.
Прекратив стрелять, лейтенант достал последнюю плазменную гранату и, поставив детонатор на контактное срабатывание, бросил её в несущуюся к ним тварь. Мгновение, и громадина оказалась окутана облаком плазмы, что раскалила добела стены коридора. Ещё Спустя секунду, пол под ногам десантников перестал сотрясаться, а из быстро утихающего пламени никто не торопился бросаться на них.
— Сдохло? — тихо спросил Вейло.
— Сходи проверь, — фыркнул Фирс, — Пульс нащупай…
Из разговор был прерван потоком плазмы из оружия лейтенанта. Остатки твари, лежащие на оплавленных металлических плитах, даже не шелохнулись. Лейтенант же не торопился давать команду двигаться. Чутьё офицера, выросшее на благодатной почве боевого опыта, говорило, что дело не чисто.
— Залп! — приказал офицер, решив таки гарантированно прожарить существо.
Стоило бойцам выполнить команду, как тварь рывком, словно бы ничего не весила, метнулась к десантникам, стараясь добраться до них и растерзать.
Не прекращая стрелять, десантники принялись отступать спиной вперед, стараясь действовать быстро, но не перекрывать друг другу сектора обстрела. Однако, расстояние между ними и их врагом стремительно сокращалось. Объятая пламенем и раскаленной плазмой тварь, шатаясь и петляя, ударяясь тяжелой тушей о стены, приближалась.
— Бегом! — рыкнул Скотт, когда понял, что им не успеть.
Слишком много плоти и массы в этом существе. Слишком плохо и медленно оно разрушается, что раньше показалось бы офицеру невозможным. Однако, здесь и сейчас живая плоть успешно противостояла одному из мощнейших видов оружия, созданных для пехоты Империей. Поточные плазменные излучатели всегда надежно и гарантировано убивали любого противника, даже если он облачен в силовую броню с личными щитами. Вопрос стоял лишь в расходе боеприпасов.
— Быстрее! — рыкнул лейтенант, поняв, что тварь слишком близко.
«Торий! — пришла в голову Скотта ошалелая мысль, — Точно!»
Достав из подсумка ториевую батарею, мужчина кинул её за спину и, оглядевшись, резко развернулся, начиная стрелять по своему импровизированному снаряду. Стоило потоку плазмы коснуться металлического корпуса батареи, как тот мгновенно раскалился, а затем офицера и его бойцов ударной волной взрыва бросило в конец коридора. Металлический пол, стены и потолок со скрежетом и звоном, хрустом ломающихся пластиковых и карбоновых элементов, перекосило. На месте взрыва же остался темный провал, светящийся оплавленными краями.
— Командир… — выдохнул сержант, поднимаясь с пола, — В следующий раз, пожалуйста, сделай так сразу? Хорошо? А то мы хренову кучу боеприпасов извели на заразу эту…
— Договорились, — усмехнулся Скотт, — А теперь…
Раздавшиеся откуда-то из глубин станции рев и грохот, заставили десантников замереть на месте, ища нового врага.
— Что бы это ни было, нам надо найти чертовых СВРовцев, — вздохнул лейтенант, тоже понимаясь с пола и активируя голограмму со схемой станции, — Мы не так уж далеко… Были. Ладно… Вот здесь будем прожигать проход! — махнул он рукой на стену, с другой стороны которой находилось, если верить карте, складское помещение, — Начали!
* * *
Увернувшись от очередного удара, я метнул телекинезом в самую близкую пасть тварьобломок пищевого синтезатора, а затем выстрелил из бластера в глотку другой. Сразу же пришлось отпрыгивать в сторону, уходя от нового замаха. Взмах плазменным клинком отрубил очередную часть «лапы», заливая черной жижей и без того скользкий пол.
«Почему эта дрянь не застывает? При такой температуре, это не возможно!» — билась в сознании неожиданная и несвоевременная мысль.
После того, как я меня едва не достала эта тварь, когда нога заскользила по проклятой слизи, пришлось начать уделять внимание тому, куда я ставлю ноги и где нахожусь. Оказаться между зубов этого чудовища мне не улыбалось в принципе. Уж лучше клинок в лоб себе вставлю, чем умирать именно так.
Что удивительно, но я держался. Не знаю сколько длится этот чертов танец со смертью, но мне становится всё тяжелее. Мышцы горят от дикой боли, каждый вздох отдается кашлем, а из носа, ушей, уголков глаз, и рта течет нечто соленое и горячее и мне совершенно не хочется знать что это. Не сейчас. Ни тогда, когда позади хлипка дверь казармы, за которой спряталась малолетняя девица с винтовкой, шансы на выживание в схватке которой с \этой тварью равны нулю.
«Только бы они успели!» — оставалась в сознании единственная мысль.
На себе, что удивительно, я уже поставил жирный крест. Произошло это в момент повторного использования сил Геены. Такое масштабное действо и для более сильны мистиков может оказаться смертельным, а я же… Можно сказать, что подошел к черте, за которой уже сгорают живьем и сделал шаг за неё. Потом был телекинез, пространственное искажение, снова телекинез… На что-то другое, кроме простейших приемов, не было ни сил, ни времени. Однако, и они высасывали меня досуха.
Фактически, за всё то, что происходит сейчас, я расплачиваюсь своей жизнью. И с каждым мгновением её всё меньше и меньше. Если этот ресурс закончится раньше, чем появятся чистильщики, то их миссия окажется бесполезной. А после того, как пришлось использовать стол с панелями в качестве баррикады, им не удастся ни получить доступ к ангару, ни понять что там происходит.
Неожиданно вздрогнувший пол заставил меня замереть на месте, а затем метнуться вплотную к туше застывшей в неподвижности твари. Рывком сократив расстояние, я успел отрубить сразу три чертовых конечности из восьми, а затем отскочить обратно в глубину помещения, уходя от удара…
Издав громкий, бьющий по ушам рев, тварь вцепилась изуродованной лапой в стену рядом с гермо-шлюзом, пытаясь целиком протащить свою изуродованную тушу внутрь и добраться до меня. Металл вокруг пролома скрежетал, скрипел и стонал, проминаясь под давлением громадного уродливого тела. Казалось, ещё немного, и эта мерзость сможет проникнуть сюда целиком. Вот тогда мне точно наступит конец…
«Ну же! — мысленно взмолился я Бездне, — Где вы шляетесь, десантура хренова?»
Словно бы кто-то услышал мои молитвы и ответил на них самым радикальным способом — пол, стены и потолок словно бы перекосило от ударной волны, а мой противник, издав новый рев, дернулся и рывком исчез в глубине коридора. Вслед за ним пропала и его лапа, оставляя после себя широкие черные полосы не застывающей слизи.
— Что за срань? — хрипло спросил я самого себя.
В то, что эта тварь отступила не верилось. Не тогда, когда ей было понятно — сил на что-то опасное для неё у меня уже нет.
— Неужели, десант? — сквозь треск появившихся помех раздалось из динамика шлема.