Простолюдин (СИ)
— Соглашайся на баронство, — твердо сказал он, перестав веселиться. — Сам император предложил — не шутка! Ты что, герой, чтобы переть напролом? Валяй, если глупый, упорствуй. Героем ты не станешь — станешь жертвой. Будь умным. Мимикрия — не предательство, а защитная реакция организма.
Скрывать напряженную работу мысли теперь стало проще — в лицедействе уже не было необходимости. Мика уверил меня, что телепатия Инфосу не по силам, значение имеют лишь внешние проявления мыслей и эмоций: слова, поступки, мимика. А если ничего этого нет, то у Инфоса нет интересной информации. По завершении очередной порции прыжков и приседаний я лежал и размышлял — а что еще мне оставалось делать?
Не знаю, какую цивилизацию я ожидал увидеть на Земле, планируя возвращение. Иную — это точно. Прежняя не прервала бы связь с Луной. Откат к дикарству? Вряд ли. Сытое самодовольство в комплекте с потерей интереса к далекому и неочевидному? Вероятно. Может быть, даже захват Земли неведомыми пришельцами со звезд и порабощение людей, такой аккуратный, тихий захват, что мы, сидя на Луне, и не заметили его?
А ведь захват был и оказался успешным! Для него даже не потребовалось инопланетян — мы справились сами.
Я вдруг заметил, что мысленно говорю «мы» о землянах. Что ж, все верно: я теперь землянин. Здесь мне жить. Тем хуже. Тем сильнее злость на моих собратьев по биологическому виду: до чего они довели себя? Во что превратили свою жизнь?!
А ведь тысячу лет назад все начиналось, наверное, очень хорошо. Нужна быстрая и удобная связь? Пожалуйста: назови абонента, и перед тобой прямо в воздухе появится его лицо, общайся на здоровье. Нужна идентификация личности, какой угодно и в любой точке Земли? Тоже легко. Преступник не уйдет от возмездия, бунтарь будет обнаружен и взят под контроль, а добропорядочному обывателю нечего опасаться. Нужна помощь утопающему или заблудившемуся в горах? Да не вопрос! В первую секунду его найдут, а во вторую спасут.
Систему, вероятно, достраивали и улучшали. Добились улучшения? Наверняка. Но и перешагнули в какой-то момент черту невырождающейся сложности. Система получила достаточно ресурсов, чтобы развиваться самостоятельно и в конце концов осознать себя.
Поправка: не «получила», а «получили». Систем было несколько, в каждой стране своя. В те времена иначе и быть не могло. Точка невозврата была пройдена, когда национальные системы вступили в симбиоз, объединившись в глобальный кибернетический сверхорганизм.
Дальше — невероятно сложно в деталях и невероятно просто для объяснения «на пальцах». Инфос стал решать все больше задач, зачастую им же и поставленных. Ему оказались по силам физико-химические превращения окружающих его веществ. Вот он во всей красе — покинувший бутылку джинн, способный разрушить город или построить дворец. Не знаю, радовались ли люди, обнаруживая, что Инфос решает и те насущные задачи, для которых он не был предназначен? Били ли тревогу? А хоть бы и били — уже без толку. Опоздали. Древние страшилки оправдались лишь частично: не угловатые роботы получили власть над планетой — ее получила сама среда обитания человека.
Когда она осознала себя? Неизвестно. И что такое сознание? Словами объяснить просто, а вы попробуйте дать абсолютно точное определение! Ясно одно: обладая сознанием или нет, Система долгое время оставалась послушной власть имущим, а когда все-таки вышла из под контроля, то сделала это аккуратно.
Надо отдать ей должное: она позаботилась о людях. Устроила им тот общественный порядок, который, по ее разумению, шел им во благо. Человек во все века воображал себя невесть кем и искал величия? Пожалуйста: вот тебе потомственное дворянство, радуйся, что ты не букашка. Можешь даже повелевать примитивными роботами, воображая их холопами. И когда последний дикарь был извлечен из зарослей и поверстан в дворяне, когда каждый человек на Земле получил вволю еды, питья, удовольствий, а главное, цель жизни, наступило что-то вроде Золотого века: всеобщая безопасность, расцвет дозволенных Инфосом наук, рай для людей искусства, а для всех остальных — жгучее желание перебраться хоть на одну ступеньку феодальной лестницы выше, рабское служение, интриги, пихание локтями, возня в детской песочнице и потеря интереса ко всему, что вне ее. Да, на планете действует Сопротивление, но силы его наверняка слабы и разрозненны, а всякого, кто выберет опасную для Системы линию поведения, легче легкого объявить больным и упрятать в лечебницу…
Какая уж тут галактическая экспансия! Никчемная затея. Ха-ха. Пробовали, знаем. Предки были мечтательными олухами, но мы-то, здравомыслящие люди, не станем повторять их ошибок!
И как, спрашивается, надлежит действовать мне? Махнуть рукой и согласиться жить, как все? Слишком уж противно. Мимикрировать и бороться? Допустим. Хотя тоже противно. А главное, можно ли эффективно бороться со средой обитания? Она могущественнее и умнее. Разве что залить всю Землю напалмом? Неисполнимо, жестоко и, вероятно, бесполезно…
Иногда я с горечью думал, что лучше бы мне остаться на Лунной базе. Ремонтировал бы ветшающую технику, навещал бы могилу Хелен и другие могилы… Да, вероятно, я сошел бы на Луне с ума от пьянства, одиночества и бесперспективности бытия, но и на Земле повредиться умом совсем не трудно. Меня даже не придется тащить в психушку — я уже в ней.
Мысли не из числа веселых. Вдобавок по утрам вдобавок мешал бездарный вокал. Будь у меня сколько-нибудь раствора воды в этаноле, я бы напился. Вода была — но, увы, не в растворе. Иногда я рявкал на Мику, чтобы тот заткнулся.
Он не затыкался. И правильно делал.
Время до следующей капитальной санобработки не шло — ползло нестерпимо медленно. И все-таки оно наступало.
— Одного не пойму, — сказал я, потея в сауне, — зачем Инфосу все еще нужны люди?
10
Ну как так — зачем? Зачем-то. Уж наверное, не без причины. Иначе почему мы еще живы? Мика вывалил на меня ворох гипотез, и следующая неделя прошла не без пользы: отбросив явно завиральные выдумки, я обдумывал оставшиеся.
Во-первых, забота о человечестве могла быть атавизмом. Давно истлевшие разработчики Инфоса наверняка заложили в Систему запрет на причинение человеку вреда. А может быть, и всему человечеству в целом. Речь, конечно, шла о прямом вреде, потому что в косвенном черт ногу сломит и вообще всякое действие, пусть сто тысяч раз положительное, кому-то все-таки несет вред. Но если дело только в этом, то можно не сомневаться: рано или поздно Система преодолеет либо обойдет запрет. Она ведь продолжает развиваться и усложняться, в ней пробуждаются новые уровни логики. Знать бы, как именно был наложен запрет на причинение вреда, — можно было бы пофантазировать. Но я не знаю.
Во-вторых, Система должна заботиться о собственной безопасности. Она не может не учитывать тот факт, что небольшая часть человечества успела покинуть Землю и Солнечную систему. Бесспорно, галактические колонии землян еще очень долго будут влачить жалкое существование, а некоторые, возможно, и вовсе вымрут, но будут среди них и такие, что за одну-две тысячи лет достигнут очень высокого уровня цивилизации. И тогда колонисты вернутся посмотреть, чем ныне дышит Земля, наладить связи, поучить и поучиться. Не найдя на Земле людей, они быстро вычислят виновника и будут мстить. Чья возьмет — неясно.
В-третьих, если верить Мике, Инфос любит сложные задачи, ему, наверное, попросту интересно возиться с человечеством…
А человечеству-то каково?
Впрочем, оно об этом не задумывается. Не привыкло. Услышит человек о том, что он раб Инфоса, и отмахнется: слыхали, мол, и не такие сказки. Да и времени нет: каждому нужно решить главную и притом выполнимую задачу, то есть придумать, как из простых дворян подняться до барона, а из баронов скакнуть в графы…
Тщеславие и обещание власти над себе подобными — чем не стимулы лезть вон из кожи, не задумываясь о том, что не служит достижению цели? Вполне годные морковки перед носом ослика. Беги, истекая слюной, тянись к ним, упорная скотинка!