Королева отступает последней (СИ)
— Не успели приехать, а мне уже хочется отсюда убраться, — мрачно высказался Бриан.
— Не обращай на идиотов внимания. Они из-за Стейрода злятся. Но сделать нам ничего не сделают. Побоятся.
— Достали, — ещё тише буркнул приятель.
Пока поднимались наверх, я не переставала осматриваться. До рези в глазах вглядывалась в полумрак, вслушивалась в малейший звук, надеясь, что вот сейчас замечу генерала. Узнаю его твёрдую, уверенную походку, поймаю взгляд внимательных серых глаз. Увижу его улыбку и сама захочу в ответ улыбнуться. Выдохну облегчённо и втайне порадуюсь, что с ним всё в порядке.
Увы, коридоры Кальдерока были такими же, какими мы их покидали: тёмными, холодными, а главное — пустыми. Чуда не случилось, я так и не увидела Вейнанда. Да и в принципе знакомые лица не мелькали.
Ребят в комнатах тоже не оказалось.
— Может, они ещё в городе? — предположила, стаскивая с себя холодный, влажный от дождя плащ. — Не торчать же им в воскресенье вечером в академии.
Бриан неуверенно пожал плечами и заметил:
— В столовую идти ещё рано.
— Тогда предлагаю в библиотеку. Мне срочно нужно большое мягкое кресло возле большого камина.
— Я бы тоже с удовольствием погрелся, — согласился Бриан.
Оставив верхнюю одежду в его комнате, отправились в библиотеку, встретившую нас, как и весь замок, сонной тишиной и полумраком. Лишь за дальним, мягко освещённым столом, обнаружилась возбуждённо переговаривающаяся компания: Лоунард, Нейл, Ронан и, как ни удивительно, мой брат. Что самое странное, болтали они не о девицах из борделя, а спорили, какой из способов погружения в транс наиболее действенный. На столе перед кадетами лежали раскрытые учебники и — о чудо! — конспекты.
— Сегодня точно воскресенье? — пробормотал Бриан и ринулся к новоиспечённым зубрилам. — Вы, часом, не заболели? — добавил он уже громко, и ребята одновременно подняли головы.
Подняли и застыли, глядя на нас с таким видом, словно мы были по меньшей мере призраками или того хлеще — восставшими из могил мертвецами.
— Лайра? — Брат хлопнул глазами и неловко поднялся.
Я кивнула, улыбнулась, а в следующую секунду он подскочил ко мне и... крепко обнял. Так, как, наверное, не обнимал никогда. Словно желая задушить, а может, удостовериться, что я действительно его сестра, девушка из плоти и крови, а не то самое привидение из могилы.
— Где ты пропадала? — выдохнул он мне на ухо и ещё тише добавил: — Я... волновался.
Чуть слышное признание разлилось по сердцу живительным бальзамом.
Отстранившись, мягко проговорила:
— Со мной случилось то же самое, что и с Брианом.
Брат хмуро кивнул:
— Знаю. Вот только выяснил не сразу... Эшвар, пернатая зараза, поначалу вообще на зов не откликался. Думал, ты вернёшься через несколько дней, максимум — неделю, но ты не возвращалась. А это чудовище...
Кажется, Рифер выругался в мыслях. Ну или в сердцах проклял нашего фамильяра.
— Только когда тебя привезли во дворец, он изволил явиться, но и то толком ничего не объяснил. Сказал, что жива, и снова пропал. Негодяй!
— Лишь получив письмо от Бриана, мы смогли немного выдохнуть, — подал голос Ронан.
Друзья обступили нас и стали расспрашивать о последних днях, а ещё оглядывали так, словно проверяли, не пропустили ли придворные животворцы какую-нибудь царапину или рану. Только минут через десять, когда мы в сотый раз повторили, что чувствуем себя превосходно, а чаровика, пытавшегося нас уничтожить, уже нет в живых, они немного успокоились. Но до самого вечера не отходили от нас ни на шаг, меня даже провожали всем скопом до комнаты, и что-то мне подсказывало, что завтра утром я обязательно встречу кого-нибудь из этой четвёрки в коридоре.
Безнадёжные.
Улучив момент, когда ребята были увлечены рассказом Бриана о вероломной императрице, осторожно спросила у Рифера:
— А что с генералом? Он в академии... не появлялся?
Брат, помрачнев, покачал головой:
— Как вы уехали, его начал замещать полковник Клерт. Ну и... до сих пор замещает.
Наверное, в тот момент выражение лица у меня было ну очень говорящим, потому что Рифер напряжённо выронил:
— Он не вернулся с вами?
Я неуверенно пожала плечами:
— Он был с нами в плавании, это я точно помню. В те моменты, когда приходила в себя, Вейнанд... генерал... всегда был рядом. Но после того как очнулась во дворце, больше его не видела.
Рифер беззвучно выругался, а я... А мне вдруг захотелось зарыдать. Ну или по крайней мере заскулить так тихонечко, отчаянно и безнадёжно.
Куда он пропал? Что вообще происходит?!
К сожалению, никто из друзей не мог ответить на этот вопрос. Но неожиданно успокоил фамильяр. Он явился ко мне, уже когда ложилась спать. Точнее, укладывалась в кровать, готовясь к бессонной ночи, полной тревог и пугающих вопросов.
— Эскорн дома! — заявил он с порога. Иными словами, показавшись из-под кровати. — Вот буквально сегодня вернулся. Немного помятый, если честно. И тако-о-ой мрачный... Где пропадал — неизвестно. Я надолго не задержался. Появился его хранитель — тип не самый, должен сказать, общительный. Ну я и ушёл, чтобы меня не приняли за незваного гостя, — закончил в своей излюбленной ворчливой манере Эшви.
Я вдруг поняла, что никогда не видела фамильяра Эскорнов, а Вейнанд, скорее всего, не видел моего. Да и с его животной ипостасью я знакома не была... Эти мысли мелькнули в голове, лишь на мгновение, и тут же растворились в радостном волнении. Предвкушении!
— Он... собирается в академию?
— Собирается, — сверля меня тёмными бусинами-глазами, ответил пернатый. И тут же набросился: — А чего это мы так улыбаемся? С чего такая радость? Лайрочка... Тебе же нельзя!
— Нельзя радоваться, что с моим наставником и другом всё в порядке?
— Нельзя в него влюбляться!
— Я... не влюблена.
Ответ прозвучал с запинкой, да и не слишком убедительно. Эшви явно мне не поверил. Да и как мог поверить, когда я сама себе уже давно не верю! Влюбилась я. Безнадёжно и бесповоротно. Где там моё безумие? Можно уже начинать бить тревогу?
Всю ночь я вертелась в постели как уж на раскалённых углях. Тревога сменилась нетерпением, лихорадочным ожиданием скорой встречи. Так и промаялась до самого рассвета, а когда тусклый утренний свет стал проникать в комнату, подскочила, словно кукла-неваляшка.
В то утро я собиралась с особой тщательностью, будто готовилась ни больше ни меньше к приёму у императора. Долго возилась с волосами, зачем-то натирала латунные пуговицы мундира и ещё дольше полировала обувь. Еле дотерпела до поверки и одной из первых бросилась в зал, где наставники собирали свои отряды. Если ребятам вдруг вздумается караулить меня возле комнаты, потратят впустую время. Меня в комнате уже давно не было.
Как и ожидала, прибежала в зал первой. Вернее, второй. Опередил меня лишь генерал Эскорн.
— Привет, — ляпнула, не подумав, совершенно забыв, как надлежит приветствовать наставника в военной академии. А спохватившись, постаралась исправиться: — Светлого дня, генерал! — и приложила ладонь к сердцу, отдавая военному честь.
— Я надеялся, что тебя уже отпустили. — Он подарил мне улыбку, правда, глаза при этом оставались серьёзными, и серой мглы в них как будто за минувшие недели стало больше.
— Я полностью выздоровела. Держать меня во дворце больше не было смысла.
Вейнанд тихо усмехнулся, словно имел на этот счёт другое мнение.
— Где ты был? — осмелилась на вопрос.
Он сделал ко мне несколько шагов, ступив из полумрака в пятно света, отбрасываемого настенным светильником. За окнами зала наливалось блёклыми оттенками тусклое утро. Возможно, в ближайшее время весна и вспомнит о своих обязанностях, о том, что пора бы добавить городу красок, но пока что Леонсия была холодной, серой и неопрятной, с голыми деревьями и редкими проплешинами грязного, недотаявшего снега.
— В вынужденном отпуске, — улыбка снова мелькнула на губах оборотника.