СССР (СИ)

В дверь постучали. Я дёрнулся, но дед ожёг меня взглядом.
— Сиди, торопыга. Сам открою.
Вернулся он с невысоким плотным мужчиной лет пятидесяти, одетым как британский денди. Одного взгляда хватило, чтобы понять — это не Кузнец. Похоже, я ещё не созрел до «чести» лицезреть главаря банды.
Первым делом он поздоровался с Губаном, а потом как-то резко потерял интерес к раненому бандиту, взял табурет и сел напротив меня. Внимательно всмотрелся в моё лицо, потом запустил руку в карман пиджака, извлёк из него серебряный портсигар, элегантным движением открыл и протянул в мою сторону.
— Курите?
— Не курю, — признался я.
— А я с вашего позволения закурю.
Он достал папироску, зажёг её и с наслаждением затянулся.
— Значит это ты спас Губана?
— Я, — не стал отрицать очевидное я.
— Молодец, — одобрительно кивнул он, не сводя с меня внимательного взгляда. — Губан — человек свой в доску. Жаль было бы потерять.
— Простите, не знаю вашего имени, — осторожно заметил я, тоже переходя на вы.
Мужчина усмехнулся.
— Ах да, я ведь действительно не представился. Зовите меня Аристархом Михайловичем. Если вас интересует мой род деятельности, то, боюсь, ничего конкретного сказать не могу. Занимаюсь, как говорят англичане, бизнесом, причём самого разного вида. А вас, если не ошибаюсь, зовут Георгием.
— Да. Причём можно без отчества, — сказал я.
Решение не называть себя придуманным именем показалось мне самым правильным, чтобы не проколоться.
— Прекрасно, Георгий. Вы, я так понимаю, человек служивый…
— В прошлом служивый. Теперь даже не знаю кто, — подтвердил я.
— Это уже не важно. Главное, у вас есть опыт и вы знаете, с какой стороны брать в руки револьвер.
— По-моему, это не секрет для подавляющего большинства людей моего возраста.
— Всё верно, Георгий. Уж такое выпало нам время. Но далеко не у всех молодых мужчин вашего возраста возникли некоторые э… недоразумения с законом. Я ведь правильно понимаю?
— Так и есть, Аристарх Михайлович. Боюсь, что мне нельзя попадаться в руки властей… Особенно в свете недавних событий.
— Да уж… У ищеек из МУУРа будет к вам масса вопросов, Георгий. И ваши ответы им точно не понравятся. Как понимаете, спасённый вами Губан проходит у них по разряду опасных преступников, хотя лично мне он кажется достойным человеком. Просто наше неспокойное время наложило на него свой отпечаток. Впрочем, как и на вас, Георгий, — продолжил философствовать мужчина.
Я грустно улыбнулся.
— Почему-то мне кажется, что ваши доводы не убедят уголовный розыск.
— Верно, не убедят. И поэтому вам надо держаться от него как можно дальше, — согласился собеседник.
— Предлагаете мне уехать?
— Что вы! Эти ищейки рыщут повсюду и спрятаться от них не так уж и просто. Разве что где-то в сибирской тайге. Не вижу смысла дёргаться, паниковать и тем более бежать из Москвы, — в голосе собеседника послышались нотки хэдхантера, и я понял, что сейчас меня будут вербовать.
— Аристарх Михайлович, право слово, вы меня совершенно запутали… — смущённо покачал головой я.
— Вы просто не дослушали меня, — одарил меня обаятельнейшей улыбкой этот джентльмен. — В свете ваших заслуг у меня появилось к вам деловое предложение. Люди вроде вас… умеющие обращаться с оружием, показавшие чего они стоят, сейчас на вес золота.
— Что за предложение, Аристарх Михайлович?
— Вам знаком лозунг «Грабь награбленное»?
Я усмехнулся.
— Доводилось встречать.
— Ульянов Ленин, которому он принадлежит, на редкость удачно сформулировал мысль. Так вот, Георгий, пришла пора восстановить справедливость и хорошенько растрясти мошну тех, кто занимается этим самым грабежом.
Я вскинул голову.
— Вы не ослышались, Георгий! Кто-то может назвать нас грабителями или бандитами, хотя в действительности мы — Робин Гуды России. Мы не обижаем бедных, не разоряем их дома. Наша цель — богатенькие толстосумы, которые, благодаря всё той же ленинской новой экономической политике, продолжают сосать кровь из трудового народа.
— То есть вы — идейные?
 
Аристарх Михайлович благосклонно опустил подбородок.
— Да, мы — идейные. И влечёт нас отнюдь не жажда наживы.
Я невольно восхитился собеседнику. Тот был хорошим психологом и знал, как подобрать к человеку ключик. Вчерашнего чоновца, которого я изображал, проще всего было обработать под соусом восстановления социальной справедливости. НЭП не нравился многим, кто прошёл горнило гражданской войны.
На банальный налёт уломать было бы труднее. А тут вроде как на хорошее дело подписываешься.
Я сделал вид, что задумался, а потом произнёс:
— Я принимаю ваше предложение. Что надо делать?
— Пройти проверку боевым крещением, чтобы доказать, что вы достойны, — елейным тоном произнёс Аристарх Михайлович.
— Когда?
Мои губы пересохли от волнения. Похоже, меня собирались подписать на что-то нехорошее, чтобы повязать по рукам и ногам кровью. Это, конечно, не входило в мои планы, но было ожидаемо.
Осталось только понять как я буду выпутываться из этого дерьма.
— Уже сегодня, Георгий. Собирайтесь, — поднялся с табурета Аристарх Михайлович. — Вас ждут великие дела.
 Глава 11 
 
Глава 11
Я показал на накрытый стол.
— Экий вы нетерпеливый. Может сначала перекусим. Аристарх Михайлович? Всех дел всё равно не переделаешь, а на пустое брюхо и подавно. Ну как — отведаете, что бог послал?
— Уломал-таки, велеречивый! — засмеялся гость, хотя его веселье явно было показушным.
— Тогда прошу за стол трапезничать!
Покончив с картошкой и опрокинув пару стопок «для храбрости», мы вдвоём вышли на улицу. Дед остался ухаживать за раненым Губаном.
Оказывается, нас ждали открытые санки, которыми правил кучер в долгополом тулупе.
— С ветерком прокатимся? — посмотрел я на него.
— Обязательно с ветерком. Какой русский не любит быстрой езды! — продемонстрировал знание отечественной классики «бизнесмен».
Я ожидал чего угодно, но только не того, что санки остановятся неподалёку от ресторана с ярко освещёнными окнами. Внутри громко играл оркестр, музыка была слышна даже на улице.
— Нам сюда? — удивился я.
Попутчик покачал головой.
— Что вы, Жора! В этом вертепе нам делать нечего. Просто надо подождать ещё одного человека. Уверен, вам он понравится.
— Раз вы так говорите, значит, понравится.
Аристарх Михайлович вытащил из внутреннего кармана луковицу часов и, щелкнув крышкой, посмотрел на циферблат.
— Он скоро появится.
Минут через пять двери ресторана распахнулись, на крыльце показался мужчина в шубе и меховой шапке. На его плечах висел обычный солдатский вещевой мешок, с каким сейчас ходила уйма народа.
Мужчина заметил нас и решительно двинулся в нашу сторону. Судя по уверенной походке, пить он умел.
Забравшись в сани, бросил на меня подозрительный взгляд.
— Пришла пора вас познакомить, — заговорил Аристарх Михайлович. — Позвольте, я представлю вас друг другу. Это Георгий…
— Можно проще — Жора, — сказал я. протягивая руку.
Тип в шубе фыркнул и отвернулся. Меня окатило запахом дешёвого алкоголя и селёдки.
— А это Алтын, прошу любить и жаловать, — продолжил как ни в чём ни бывало «бизнесмен».
Он добавил, склонившись:
— Не обращайте внимания… Жора. Алтын — надёжный товарищ, но его доверие ещё необходимо завоевать. Уверен, вы обязательно подружитесь.
— Как скажете, Аристарх Михайлович.
С кучером мы расстались возле Столешникова переулка. Аристарх Михайлович рассчитался с ним и отпустил.
Я огляделся.
Мы находились на совершенно пустой и тёмной улице. Город словно вымер. Фонари не горели, а тусклого света из окон редких квартир, где хозяева ещё не спали, хватало лишь на то, чтобы мы с огромным трудом могли разглядеть друг друга и не налететь на столб.