Что скрывает темнота... (СИ)

Я даже слегка испугалась, не поторопилась ли я с согласием. Но жалеть было поздно. Не уверена, что даже мой отказ мог бы на что-либо повлиять. Меня практически смело к стене стремительным вихрем по имени Реорхард, сжав в стальных тисках объятий. На пальце вмиг появилось кольцо, ощутимо оттянувшее руку. Придется привыкать. Эй… А как же… Мы же еще не… Ну да ладно…
Он держал мое лицо ладонями и смотрел в глаза со счастливой улыбкой, потом с тяжелым вздохом прижал мою голову к своей груди, и стал легонько укачивать, поглаживая по волосам. Мои губы сами растянулись в улыбку, а руки потянулись обнять в ответ. Во время этих таких теплых объятий из души улетучилась вся оставшаяся тревога, и я расслабилась, наслаждаясь моментом. Я буду его женой. От осознания сего факта что-то радостно заискрилось внутри, и захотелось тихо засмеяться, обняв весь мир. Но я лишь крепче сжала в объятиях своего будущего мужа. Он теперь весь мой мир.
Мы простояли так некоторое время, потом я почувствовала, как он легонько отстраняется и по моему плечу пролегает дорожка из невесомых поцелуев. Влажные волосы рассыпались по спине, освобожденные из слабого узла. Теплая рука скользнула вдоль позвоночника, и от ощущения его острых когтей, осторожно скользящих по обнаженной коже, по всему телу разбежались колючие мурашки. Под моими пальцами ощущалась бархатистая плотность ткани, с силой смяв ее, я вскинула голову, отстраняясь. Рео поймал мой взгляд, и рывком приблизился так, что наши губы почти соприкоснулись.
— Я люблю тебя, мое счастье, — прошептал он. И от этого хриплого шепота невыносимо закружилась голова, и сердце возжелало побить все мыслимые рекорды по прыжкам из груди… Меня начал медленно, но верно затягивать водоворот неведомых доселе ощущений, хотя нет, примерно так же я чувствовала себя тогда после мятного персика, но сейчас странного фрукта не было и в помине. Мое сознание пьянил ОН.
Мужчина жадно сминал мои губы, объятия становились все крепче, и глаза уже непроизвольно закрывались, а пояс халата спешил смущенно ускользнуть с места преступления, когда в дверь громко и требовательно постучали. Рео замер, не желая выпускать из объятий, а меня словно окатило холодной водой. Я судорожно высвободилась, быстро подтянув сползший с плеч халат, и отступив на шаг, дрожащим голосом пискнула:
— Войдите.
— Напомни мне поскорее сосватать эту вездесущую вредину. Благо появился кандидат. — Негромко и зло прошипел мой будущий муж, глядя исподлобья на вошедшую Кири. А меня пробило на нервный смех.
— Простите, если помешала, — обворожительно улыбнулась та, отметив мою нервозность. — Но Тиали пора в регенератор… О! — Она заметила наряд брата. — О! — Заметила кольцо.
Девушка медленно перевела ошарашенный взгляд с меня на Рео, и бросилась обниматься. Третьих подобных объятий за день я уже не вынесу. Хотя, если только после регенератора. Затем меня под звуки восторженного щебетания подруги под руки увлекли в сторону гардеробной…
Кири ушла, и вот сейчас, стоя в одиночестве перед зеркалом в прекрасном свадебном платье, могла ли я подумать, что все будет именно так? Тогда, не по своей воле оказавшись на Каменном острове, могла ли я представить, что стану женой местного повелителя? Да никогда. Я могла нафантазировать любую неприятность, но то, что буду стоять вот так, рядом с этим невероятным мужчиной, эрсиорхом в торжественном наряде, на небольшом возвышении посреди улыбающихся мне друзей и радостной толпы, и над нами будут кружиться белые лепестки, что бросали эти добрые люди… Могла ли я представить масштабное народное гуляние в нашу честь? Искренние, чистые и такие счастливые улыбки, обращенные ко мне, улицы, украшенные разноцветными лентами и цветами только для меня. Даже воздух пропитался светлым ощущением чего-то особенного и грандиозного.
Мы шли вдвоем, рука об руку под сияющим солнцем, и мое сознание тонуло в сладком тумане запомнившихся на всю жизнь ощущений: щекотные лучи солнца на коже, похрустывание гравия под нашими ногами, торжественная тишина, блеск его торжествующих глаз, теплые пальцы, мягко и уверенно сжимающие мои…Я никогда не мечтала и не просила об этом небо. Но, казалось, оно знало наверняка, что это именно то, что мне нужно. Думала ли я, что когда-либо встречусь с отцом в реальной жизни? Нет. Но вот он стоит рядом, не пытаясь скрыть счастливых слез в родных глазах и тоже улыбается мне. Я приближаюсь, и, встав на цыпочки, целую его в щеку, чувствуя себя бесконечно счастливой. Это ли не главное?
 
— Кто женится?! — Интересуется в толпе громким шёпотом кто-то из новоприбывших.
— Правитель берет в жены дочь пекаря, — ответили ему.
Мы с Рео переглянулись и рассмеялись, не сговариваясь. Я больше не опасалась властности своего будущего мужа, не боялась того, что он будет давить авторитетом, не прислушиваясь к моим желаниям. После подземелья в нем что-то неуловимо изменилось. Я чувствовала, что теперь, когда едва не потерял, он будет гораздо мягче и снисходительней, в общении со мной наступая на горло своему внутреннему тирану. И сейчас я как никогда была уверена, не будет таких проблем, каких мы не сможем решить. Не только я становилась его, но и он теперь принадлежал мне целиком и полностью, весь в моей власти.
За всей той суматохой, что последовала после объяснения Рео, молниеносной подготовки, и скорой свадьбы, я так и не успела спросить про Кирана. Все закружилось вокруг каким-то суетливым вихрем, что просто не было возможности думать о чём-то ином. Но вопрос так и висел в воздухе, добавляя событиям некую тревожную недосказанность. Лишь позже, когда праздник подходил к концу, и мы оставили гостей, чтобы уединиться на нашей поляне с палиатрисами, я поинтересовалась, что с ним стало.
— Я ждал, что ты спросишь, — натянуто улыбнулся он, чуть прищурившись. — Я позволил ему уйти в портал. — И, судя по выражению холодных глаз, он был не особо доволен своим поступком. В отличие от меня.
Мои глаза изумленно распахнулись. Я хватала воздух ртом, не зная, как выразить свою радость по этому поводу.
— Не захотел бросать тень на наше с тобой будущее, — продолжил он, беря в ладони мое лицо. — Ведь его смерть тебя бы расстроила, правда?
Да не то слово. Я улыбнулась, положив свои руки поверх его.
— Спасибо тебе.
Но он нахмурился.
— Прости меня. — Казалось, по его лицу скользнула неуловимая тень, а в моих глазах возник немой вопрос. — Я чуть было не стал причиной твоей гибели.
— Ты не виноват, — тут же отреагировала я. — Ты не контролируешь себя в боевой ипостаси, я помню. Забудь об этом… Ведь ты сам спас меня. Ты мой спаситель, мой герой, и мой муж. И я люблю тебя.
Он вздрогнул, его глаза чуть расширились, а губы тронула недоверчивая улыбка. Я едва сдерживала смех, наблюдая за его выражением. Но потом мне стало не до смеха. Ой, как не до смеха…
Эта ночь стала первой в череде тысяч общих ночей, но она стала особенной и памятной для нас обоих.
В предрассветных сумерках он отнес меня в замок на руках. Я осталась в своей комнате, чтобы переодеться и привести себя в порядок, пока мой муж добывал нам еду. Но вот, уловив какое-то движение за окном, я подошла ближе и с изумлением увидела, как по парапету со стороны улицы ползет маленький бескрылый мотылек. Я тут же поспешно отодвинула створку, и подхватила насекомое, спрятав его у себя в ладонях. Сидя на коленях у распахнутого окна, и недоверчиво вглядываясь в предрассветный сумрак, я обеспокоенно прошептала:
— Киран?
И воздух отозвался тихим смехом, и звуком еле слышного ответного шепота, невесомо коснувшегося моего слуха:
— Будь счастлива, светлячок… — И тут же растаял в темноте, которую я больше никогда не боялась.
В следующую секунду я вздрогнула от звука шагов, за спиной хлопнула дверь, тяжелый поднос стукнул о прикроватный столик.
— Не замерзла? — Поинтересовался Рео, целуя меня в затылок и мягко обнимая за плечи.
— Я принес еду. Что это?