Злата. Жизнь на "Отлично!" 4 (СИ)

Он поблагодарил бабулю, поставившую перед ним тарелку с яичницей.
— Да нет, мама права, семейный завтрак — не самое удачное время для того, чтобы выбирать себе новый ноут. — ответил я, кивнув на свой телефон, а затем взял чашку с чаем.
— Новый ноутбук? — удивленно поинтересовалась маман, проглотив овсянку, после чего продолжила. — А… Ну да, точно, наш же сломался… Ты в ремонт его относила?
— Относила. — ответил ей, принимаясь за свою порцию овсянки. — Там сказали, что дешевле его выкинуть и купить новый.
— Ясно. — произнесла маман. — Я скоро по делам уеду, и как освобожусь — позвоню. Это будет где-то в районе четырех, наверное, будь готова. Встретимся в Крюково, зайдем в «DMS», там я видела приличный выбор подобной техники. Купим, какой захочешь.
Я было хотел сказать, что совсем необязательно тратить на ноутбук деньги из семейного бюджета, ибо могу прикупить его и сам. Но как объяснить родным наличие денежных средств на покупку столь недешевой техники у нигде не подрабатывающей (за деньги, по крайней мере) пятнадцатилетней Златы? Да папашей же! Это он «типа профинансировал» покупку мной ноута! Папашей теперь возможно будет объяснить любую мою обновку. И это очень удобно, ведь маман, конечно же, ничем и никогда не станет у него интересоваться. Но…
Я поглядел на маман.
…здесь и сейчас я, разумеется, на тему своего «родителя номер два» говорить не стану, ибо это табу в присутствии Елисея.
Маман… Она сегодня с какой-то радости необычайно довольная. Чересчур, я бы сказал. Даже для такого хорошего утра. И бабушка тоже. Вон, аж светится вся. С чего бы это? Я чего-то не знаю?
Из памяти всплыло то, как этой ночью мне приспичило в туалет (слава богу, был тогда в своей панда–пижаме!) и как раз, бредя к фаянсовому другу, застал возвращение домой родительницы и «ого-го директора». Мама, помнится, была в своем новом выходном платье, да и Елисей ее тоже выглядел так, будто бы со светского раута явился. В ресторане каком-то были, наверное, но…
Ночью, спросонья, я на это внимания не обратил, однако сегодня четверг, а посещать рестик на ночь глядя посреди недели, тем более, когда с утра пораньше на работу…
Взгляд мой упал на мамину правую руку, на ее безымянный палец. Оп-па! Кольцо! Очень красивое и наверняка дорогущее! Однако главное в нем совсем не красота и цена, а то, что оно, кольцо это, без сомнения, помолвочное! И в этот момент из памяти всплыл приватный диалог с «ого-го директором»…
— Я считаю, что нужно весьма короткое время на то, чтобы понять, подходит ли понравившийся человек или же нет. И значительно больше на выяснение всех прочих обстоятельств…
— То есть прямо сейчас вы и хотите выяснить эти «все прочие обстоятельства»?
— Точно!
…а значит, он, диалог тот, стал последней «тростинкой», «сломавшей хребет» «прочим обстоятельствам», после которого Елисей и принял окончательное решение насчет маман. Тогда все понятно. Тогда можно и в ресторан идти, невзирая на завтрашний будень.
— Поздравляю, мам! — встав из-за стола, произнес я, а затем, сделав шаг к родительнице, чмокнул ту в щеку.
— Между прочим, могла бы и раньше заметить! — пробурчала маман, но выглядела при этом довольной-предовольной.
Не обращая внимания на счастливое бурчание маман, я обернулся к не менее довольному «ого-го директору».
— Значит, вы сделали предложение, и маман согласилась, а из этого следует, что в нашем мире одиноких людей таковых станет на парочку меньше. Поздравляю! — поздравил я и его, правда, «ого-го директору» пришлось обойтись без моего чмока в щеку, но ничего, это он как-нибудь переживет, думаю.
Так как я теперь — живой (снова!) организм женского пола, то подобные темы, особенно касающиеся близких мне людей, находят самый живой отклик в моем девичьем сердце, вследствие чего физиономия моя грозит сейчас треснуть от неподдельно радостной улыбки в нескольких местах сразу.
 
— Спасибо, Злат! — помешав кофе, ответил он, причем судя по его взгляду, спасибо это было не только и не столько за мое теперешнее поздравление.
Это спасибо было за тот наш разговор. За то, что тогда я согласился принять его как главу семьи, когда и если он решился бы сделать маман предложение.
— Уже определились с датой свадьбы? — поинтересовался я, усаживаясь рядом с бабушкой, которая, как казалось, от счастья находится уже где-то в районе седьмого неба, ибо удачно сбагрить замуж свою дочь — это одна из главнейших ее мечт.
— Определились, да. — ответил Елисей, поглядев на мою маман настолько влюбленным взглядом, что мне с трудом удалось сдержаться и не закатить глаза.
Похоже, Злата в моем исполнении не слишком-то и романтичный «персонаж».
— Если успеем все организовать, то хотим расписаться первого декабря… — уточнила маман, глядя на любимого мужчину столь же влюбленным взглядом.
Довольно скоро!
— И обвенчаться! — требовательно заявила бабуля, перебивая свою дочь.
Венчание — это, конечно, правильно, но… — подумал я и молча перевел взгляд на свою старушку, и мне вдруг вспомнилась наша с ней веселая поездочка в Троице-Сергиеву лавру.
Бабуля же, заметив мой взгляд и поняв ход моих мыслей, грозно насупила брови — молчи, мол! Ни слова о той поездке!
— Да, и обвенчаться тоже. — улыбнувшись, произнес «ого-го директор», а затем уже обратился ко мне. — Злат, я планирую на следующей неделе перевезти вас обеих домой…
Он, сделав особенный акцент на слове домой, очень выразительно посмотрел на меня.
— … ты же, надеюсь, не будешь против того, чтобы переехать в свой новый дом вместе с Ирой?
Это было не слишком-то похоже на вопрос. Да нет, точно не вопрос! Это утверждение, сформулированное в виде вопроса. Вернее, прямое распоряжение мне, основанное на том факте, что тогда я сам согласился и принял «правила игры», в которых Елисей — глава семьи. Сам. За язык меня никто не тянул.
Взгляды всех присутствующих на кухне сошлись на мне.
Я же…
— У Елисея очень красивый большой дом, так что у тебя будет своя отдельная комната. Тебе там точно понравится! — улыбнувшись мне, сообщила благую весть маман, а затем добавила для будущего супруга, будто бы извиняясь за мое длительное молчание. — Златка всю жизнь здесь прожила.
…внезапно понял, что категорически не желаю жить в доме будущего мужа маман.
Просто нет, и все тут!
И дело совсем не в том, что «ого-го директор» мне не нравится. Наоборот, я очень рад, что маман решила связать себя узами брака конкретно с этим типчиком, но…
Эта «двушка» — мой дом. Мой! И я в нем главный! Хотя, конечно, обе мои старшие родственницы считают иначе.
А вот в доме Елисея главным будет он, разумеется. И проживая в доме «ого-го директора», я буду обязан подчиняться его, как хозяина в доме, требованиям и правилам. Иначе мамин новый брак даст такую трещину (причем довольно скоро), которую уже ничем не замазать, в этом я уверен наверняка.
А та часть моегоя́, что пришла со мной в этот мир оттуда, привыкшая к моему главенству в доме, и пока еще остающаяся неизменной несмотря на действие гормонов женского тела, яростно сопротивляется, требуя того, чтобы Злата жила в своем собственном доме и была в нем хозяйкой.