Злата. Жизнь на "Отлично!" 4 (СИ)

…а затем, вышел из кабинета.
В туалете.
Пропустив выходящую школьницу, зашел в сортир и, убедившись в том, что внутри более никого нет, прошел к умывальникам.
— Та-а-ак. — произнес я, зайдя на сайт школы и нажав на ссылку: «педагогический состав». — Социальные педагоги, педагоги-психологи, учителя-логопеды, учителя-дефектологи. Мне сюда!
Нажал на очередную ссылку, и с дисплея телефона на меня уставились обе мои нынешние собеседницы. Однако мне нужна лишь одна из них.
Вербицкая Илона Васильевна. Социальный педагог. Нажал на фото, и дисплей продемонстрировал информацию по этому школьному работнику. Ну а затем я «набрал» маман.
— Да, Злат, что-то случилось? Я сейчас на работе. — через несколько секунд из динамика раздался голос родительницы.
— Мам, извиняй, что поднимаю…э-э-э…неприятную тему, но помнишь, ты мне рассказывала про свою одноклассницу, в которую… — я скосил взгляд на дверь, а затем закончил. — В общем, уверена, помнишь.
— Злат, что случилось? — вновь спросила маман таким голосом, словно перед ее глазами сейчас разверзается катастрофа.
— Я тебе отправила ссылку… — произнес я, отправляя маман эту самую ссылку. — Посмотри, пожалуйста, это, случаем, не…
Я замолк на мгновение, вдохнув полной грудью, а затем произнес.
— … не родная мать той твоей одноклассницы?
На «другой стороне» наступило длительное молчание, а это значит…
Бляха-муха! — вновь ругнулся про себя я, воздев очи к потолку. — Бляха-муха!
Тот старик меня надул, говоря, что на божественных кубиках выпали условные шестерки! По единице там выпало! Иначе как еще объяснить такое вот невезение⁈
Мне даже как-то неловко сетовать на то, что эта пожилая женщина, прямо скажем, терпеть меня не может. Ну а, что бы я сам чувствовал, окажись вдруг на ее месте?
— Злат… — услышал я хриплый голос родительницы, перед глазами у которой наверняка пронесся калейдоскоп из событий давно минувших лет. — Я…да…это…ее…мама…
Она замолчала вновь.
— Что происходит? Я сейчас же приеду в школу… — произнесла она немного погодя и более-менее придя в себя.
Мне же на ум пришли слова Насти, одноклассницы, встреченной в супермаркете (ее, кстати, я до сих пор в школе не видел) тем же вечером: «Я слышала, Алисова что-то задумала против тебя. Не знаю, что именно, но… Она намылилась любой ценой выжить тебя из нашего класса».
Еще и эта Алисова, блин…
— Злат, ты меня слышишь? — в реальность меня вернул окрик маман.
— Нет, мам. — ответил ей. — В смысле, слышу, но в школу, пожалуйста, не приезжай, а то все еще хуже сделаешь. Старушка вообще с катушек слетит. Я тут со всем сама разберусь, тем более главная проблема в том, что школьному персоналу из-за меня на мозги капает «соцслужба». Слушай…
Я на несколько секунд замолк.
— … а ты знала, что ее мать работает в нашей школе?
— Нет! — довольно резко ответила маман. — Если бы знала, ты бы там не училась!
Возможно, это последние мои денечки в этой школе, ибо если выбирать между школой и спокойствием маман, то…никакого вопроса: «что выбрать?» быть не может. Жаль только, что наговорил я с три короба, а в итоге попросту «сольюсь», переведясь в другую школу.
Я ощутил то, насколько в психологическом плане еще слабо и неустойчиво мое теперешнее тело, ибо к глазам начали подступать слезы.
— Секунду, мам! — положив телефон в карман юбки, сполоснул лицо холодной водой, а затем растер бумажным полотенцем. — Все, мам, мне пора! Я сейчас сама со всем разберусь.
 
— Ты что делать собралась? — поинтересовалась родительница, пробурчав затем. — Сама она со всем разберется…
Мне вспомнились слова директора:
«Никто тебя не выгонит! Это я тебе обещаю, Злат! И не позволю никому травить тебя! А всех недовольных можешь смело направлять ко мне!».
А ведь, и правда…
Если бы там, будучи «прекрасным юношей», оказался в подобной ситуации, я бы обращаться за помощью к директору не стал (с раннего детства воспитывался отцом как человек повышенной самостоятельности, равно как и ответственности за деяния рук своих), ибо любимым изречением и главным жизненным принципом отца было: «мужчина, помоги себе сам!». Этот же принцип он успешно привил и мне. За что был искренне благодарен своему родителю каждый раз, когда, попав в очередную сложную жизненную ситуацию, успешно из нее выбирался, не на кого при этом не надеясь, а значит, ни в ком и не разочаровываясь.
Но то была мужская доля, когда ожидать помощи от других было не просто глупо, но даже и вредно.
Я взглянул в зеркало, которое незамедлительно продемонстрировало весьма милую картинку.
Однако я уже некоторое время не там, да и «прекрасным юношей» быть перестал. Умение самостоятельно преодолевать сложные жизненные обстоятельства — важно и для лица женского пола, но только за это самое лицо (т.е. за меня теперь) играет сама биология. А значит, раз уж имеется в наличии «отважный рыцарь», в лице директора школы, самолично вызвавшийся прикрывать мою персону (никто за язык его не тянул!) от всяческого школьного зла, то мчаться в гордом одиночестве навстречу «ветряным мельницам», роль которых исполняют отдельные школьные работники, не только нецелесообразно, но даже и откровенно глупо.
Может, тот старик и не обманул вовсе. В конце концов, жизненный путь даже счастливейшего на свете человека не может быть устелен одними лишь лепестками роз. Главное — смотреть, куда ступаешь, идя по дороге своей жизни.
— Я сейчас пойду к директору. Если «разрулим» с ним ситуацию — хорошо, а нет — тогда будем думать, что мне делать дальше. И это, мам, если ты вдруг решила, что вся катавасия завертелась исключительно из-за тебя…забудь! Эта старушенция уже много лет работает в нашей школе…
Я снова открыл браузер в телефоне. И правда, работает она тут с двенадцатого года, то есть восемь лет.
— … и до сих пор палок мне в колеса не вставляла, да и вообще никак не контактировала. Думаешь, она не знала, что твоя дочь учится в этой школе? Знала, конечно! Это все дело «заботливых» рук «соцзащиты» и «опеки», они все никак не уймутся!
В этот момент в сортир зашли две ученицы.
— Все, мам! Не могу сейчас говорить, я к директору! Потом тебе позвоню! — произнес я и, завершив звонок, вышел из туалета.
В «предбаннике» директорского кабинета.
— Здравствуйте, Маргарита Семеновна. — зайдя в директорский «предбанник», я поздоровался с секретарем, которая до моего прихода пила чай и разглядывала некий журнал. — Мне бы к Юрию Николаевичу.
— А, привет, Злат! — подняв глаза от журнальных страниц, ответила та. — Там…
Она кивнула на директорский кабинет.
— … сейчас посетители. Ожидай.
— Хорошо. — ответил ей, усаживаясь на диванчик.
— Злат, тебя к директору не вызывали…натворила чего? — поинтересовалась она.
— Не совсем… — я отрицательно помотал головой. — Вернее, совсем ничего не натворила.
— Опять какие-то проблемы в классе? — поинтересовалась она вновь.
— Ну да, есть немножечко такое. — ответил я, не уточняя того, что проблемы эти у меня, в основном, с педсоставом.