Эскиз брака

Одри хотелось огрызнуться, но она понимала, что это не в ее интересах. Вместо этого ей пришлось улыбнуться.
— Не могли бы вы пристать вон к тому маленькому островку?
— Вы имеете в виду Змеиный остров?
Глаза Одри расширились. Она посмотрела на видневшийся вдали клочок суши и перевела взгляд на Джолли.
— Змеиный остров?
Он заглушил мотор и кивнул.
— Угу. Вообще-то название у него другое. Это я так его называю. Потому что каждый раз, когда я высаживался там летом, на берегу лежала куча змей, гревшихся на солнце. И хотя сейчас холодновато, думаю, они все равно где-то поблизости.
  
Мысль о встрече со свернувшейся в кольцо змеей заставила Одри вздрогнуть. Спасибо, не надо. Уж лучше она потерпит. Не очень долго. До следующего острова.
— Неважно. Я подожду, — ответила она.
Джолли ткнул пальцем вперед.
— Я знаю местечко получше. Вон за той излучиной. Дотерпите?
— Да! — крикнула Одри, хотя вовсе не была в этом уверена.
Она отвернулась от Добсона и посмотрела вперед. Сильный мотор гнал маленькую лодку вперед, оставляя за собой пенный след.
Еще до того как они добрались до излучины, Одри посмотрела направо и увидела старую деревянную лодку, которая плыла к берегу. В ней стоял крепко сколоченный мужчина с длинной замшелой бородой. На нем были поношенные полотняные штаны, измазанные грязью от колен до самого низа. Одри, до сих пор не видевшая в плавнях никого, кроме нескольких длинноногих птиц, которых Джолли назвал цаплями, и маленького аллигатора, обрадовалась живой душе, встреченной вдали от цивилизации. Она выпрямилась и помахала ему рукой.
Джолли наклонился к ней и крикнул:
— Траппер!
— Что это значит? — спросила Одри, не сводя глаз с берега.
— Он ставит ловушки на пушных зверей.
Одри повернулась и скорчила гримасу.
— А разве это не запрещено?
— Запрет распространяется только на некоторые виды. И действует только в определенные сезоны. Наверное, семья этого человека всегда жила в болотах. Скорее всего, его отец тоже был траппером. И дед, и прадед. Ничего другого этот человек не умеет.
Одри только кивнула в ответ. Похоже, теперь она хорошо понимала, что значит хранить наследие предков. В чем бы это наследие ни заключалось и как бы ни относились к нему остальные. И хотя занятие траппера было ей не по душе, она знала, что именно движет этим человеком. Он унаследовал образ жизни, который обеспечивает ему пропитание.
Вскоре они миновали поворот, и Джолли направил лодку к узкой песчаной косе. Запретив Одри выходить без его разрешения, Добсон выключил мотор, перелез через ящики с инвентарем, встал на носу, дождался, когда лодка подойдет вплотную к берегу, и прыгнул. Едва его ноги коснулись песка, как он скомандовал:
— Отдать швартовы!
Одри быстро бросила ему канат. Добсон поймал его и вытащил нос лодки на берег. Потом привязал веревку к стоявшему неподалеку ивовому пню.
— Вставайте, — сказал он, протянул руку и помог Одри выйти из лодки.
На этот раз все прошло без сучка и задоринки.
— Спасибо, — сказала Одри.
Ее рука всё еще лежала в руке Джолли, и казалось, что Добсон не намерен ее выпускать.
— Давайте проверим местность, — буркнул он и повел Одри за собой.
Ей понравилось то, как он это сказал. Как будто они были равноправными партнерами. Хотя всего лишь искали место, где она могла бы уединиться.
Джолли тщательно осмотрел заросли и притоптал ногой высокую траву. Через несколько секунд он расчистил для нее небольшую полянку, закрытую от посторонних глаз.
— Если я вам понадоблюсь, зовите. Я буду неподалеку. О'кей?
— О'кей, — ответила Одри, заставив себя улыбнуться.
Она знала — вернее, чувствовала, — что опасность ей не грозит, и все же ее сердце билось быстрее обычного. Она надеялась, что Джолли далеко не уйдет, и даже попросила бы его об этом, если бы не решила заранее, что это будет ребячеством.
Закончив свои дела и выйдя наружу, она услышала в отдалении какой-то звук. Кажется, это был человеческий голос. Через секунду звук повторился. Да, чей-то слабый голос звал на помощь! Она остановилась и прислушалась. Зов раздался снова. От страха у нее похолодело внутри, в висках застучала кровь.
— Джолли! — крикнула она и сломя голову бросилась вперед.
Внезапно он вырос словно из-под земли, и Одри угодила прямо в его объятия.
— О Боже, — выдохнула она, — я думала, что с вами что-то случилось!
— Я тоже, — ответил Джолли, прижимая ее к себе и с трудом переводя дыхание. О Господи, если бы с ней что-нибудь случилось, он умер бы от разрыва сердца… — Вы целы? Мне показалось, что вы зовете на помощь.
— Это не я. Но я кого-то слышала.
— И я, — кивнул Джолли и разжал объятия.
Они остановились и прислушались.
Секунду спустя Одри встрепенулась.
— Джолли, вы слышали?
— Да. Тсс… помолчите. — Он прижал палец к ее губам.
Оба окаменели и обратились в слух. Когда снова раздался чей-то слабый голос, звавший на помощь, их глаза встретились.
У Джолли напряглись плечи.
— Это траппер! Идемте! — Он схватил ее за руку и потащил вперед.
Одри забралась в лодку и попыталась не мешать Добсону, который прошел на корму и включил мотор. Через несколько секунд они вновь обогнули излучину.
Когда они добрались до траппера, тот лежал на земле. Его кожа покрылась испариной, дыхание было затрудненным. И все же он сумел закатать штанину.
— Меня укусила змея! — крикнул он.
Одри посмотрела на его голую ногу и увидела два маленьких отверстия в десяти сантиметрах над лодыжкой. При мысли о змее у нее похолодело в животе и закружилась голова.
— Это был мокасин! — прохрипел траппер.
— Он ядовитый? — услышала Одри собственный голос.
— Очень, — лаконично ответил Джолли.
Ни минуты не мешкая, он кинулся к лодке и вскоре вернулся обратно с аптечкой в руках.
— Сядь, если можешь, — сказал он трапперу, затем уперся рукой ему в спину и помог подняться. — Сердце должно быть выше укуса. Это помешает быстрому распространению яда.
Одри сделала глубокий вдох и почувствовала себя лучше. Она опустилась на колени и решительно сказала:
— Я могу помочь.
Джолли тут же взялся за дело. Он перетянул ногу траппера жгутом и велел Одри распускать повязку через определенные промежутки времени. Затем вынул из аптечки стерильное лезвие и сделал два небольших параллельных разреза по бокам каждой отметины. Достав пластмассовую трубочку, он начал отсасывать из раны яд. Это продолжалось несколько минут.
— Ох, парень, — простонал траппер, — нога горит огнем!
Взгляды Джолли и Одри встретились.
— Придется доставить его в больницу.
— У меня сложности с мотором, — еле слышно сказал траппер. — Нельзя пользоваться… — Его голос пресекся.
Джолли оглянулся на их лодку и промолвил:
— Продолжайте делать со жгутом то, что я сказал, о'кей?
Одри так разволновалась, что ей и в голову не пришло попросить каких-нибудь дополнительных инструкций. Кроме того, она не знала, что нужно делать, чтобы спасти жизнь этому человеку. Слава Богу, что это знал Джолли.
— О'кей. — Секундомера Одри не требовалось; она могла отсчитывать время по собственному пульсу, отдававшемуся в ушах.
Джолли устремился обратно к лодке и через минуту вернулся. Вместе они принялись тащить траппера к лодке. Основную тяжесть принял на себя Добсон, но Одри тоже делала все, что могла. Когда они наконец добрались до лодки, Одри увидела, что Джолли выгрузил их инвентарь на берег.
Надежды на то, что им удастся найти клад до захода солнца, растаяли, уступив место горячему стремлению спасти жизнь незнакомому человеку.
Наконец Джолли включил подвесной мотор и тронулся в обратный путь. Заверив их ослабевшего, испуганного пациента, что теперь все будет хорошо, Одри подняла глаза, увидела взволнованное лицо Джолли и впервые серьезно усомнилась в том, что правильно определила сущность этого человека.