Забава. Сбежавшая невеста (СИ)

За спиной раздался удивленный возглас: - Огонь, а не девка! Покрасивше бы еще была, точно бы моей стала!
- Ты на себя-то смотрел? Рядом с таким и сидеть страшно, не то, что чего другого выдумывать. – Поднимаясь на крылечко домика, прокричала я.
Войдя внутрь, первым делом кинулась к зеркалу и потрясенно ахнула, передо мной стояло чудовище. Грязные нечесаные волосы были еле собраны в косы, лицо, измазанное в саже, обсыпанное небольшими прыщиками, не вызывало никаких других желаний, кроме одного – держаться подальше. Только глаза – глубокого серого цвета в обрамлении густых, длинных ресниц не сочетались с грязной замухрышкой, в которую превратила меня бабушка.
  
Беспокоило меня и то чувство тревоги, которое вызвал во мне мужчина. Определенно я его не только знала раньше, но и боялась. Кинувшись к настойкам, стоявшим на полке, схватила первую необходимую и выскочила из домика, чтобы поскорее спровадить настырного мужика. Не ровен час, увидит меня кто и выдаст.
- Держи! Этого должно хватить. В кувшин с водой выльешь и всем по глотку дашь выпить! – всучила флакон и захлопнула перед самым его носом дверь.
- Забава! Мы еще недоговорили! – донеслось из-за забора.
- Ну коли недоговорил, никто, тебе не мешает это сделать. А я в дом пошла, некогда мне. – Нарочно хлопая громко дверью, вошла в избу.
- Ты пошто такая грязная?! – воскликнул Домовой, выходя из ниоткуда.
- Сейчас баня готова будет, и мыться пойду, в болоте чуть не утопла. – Снимая грязную обувь у порога, и босиком прошагав на кухню, ответила я. – Пить хочу, просто умираю.
- Не нужно этого делать. Иди выпей своего зелья, на полочке в маленькой бутылочке стоит, а то иначе точно откинешься! – заботливо ворчал дедушка.
Дверь в сенях скрипнула, и в дом вошла баба Поля, в своем истинном обличье.
- Ничего мне рассказать не хочешь?
- Хочу, только вот нужно, чтобы ты сама все вспомнила! – кладя свою прохладную ладонь на мои глаза и начиная снова читать какое-то заклинание, проговорила ведьма.
Вспышка! Воспоминания начали проступать неясными картинками, становясь все четче.
«Я стою посреди большой комнаты, вдоль стен расставлены резные лавки, большой обеденный стол громоздко расположился в самом центре, за ним сидит мужчина, нетерпеливо постукивая пальцами по поверхности одной рукой, другой ковыряя вилкой еду в тарелке. Поднимает на меня тяжелый взгляд и произносит: - Лучше партии не найти. Свадьбе быть! Перечить не смей. Матери скажи, пусть приданное в сундуки складывает. Две недели у вас на сборы.
- Нет! – восклицаю я.
Скрипит дверь, и в палаты входит мужчина, в шароварах, заправленных в красные кожаные сапоги, ярком, искусно вышитом кафтане.
Он поклонился в пол, приветствуя: - Звал, князь, меня?
Я обмерла. На меня смотрел богатырь, который только что стоял у калитки. Светлые волосы прибраны волосок к волоску, зеленые глаза с поволокой, холодно и безразлично взирают на окружающих, пухлые губы были сжаты в презрительной улыбке. Даже серьга в ухе, казалось, брезгливо заледенела в одном положении.
- Звал, Димитрий! Жениться тебе нужно! – довольно проговорил отец, кладя в рот большой ломоть хлеба.
- На ком, князь?
- Да вот, на дочке моей, возьмешь? – вставая из-за стола и направляясь к новоиспеченному жениху, проговорил отец.
Глаза молодца победно сверкнули, и чтобы скрыть их алчный блеск, он снова склонился в поклоне: - Это великая честь для меня!
- Ну и славно! – хлопая его по плечу и поворачиваясь ко мне, продолжал отец. – Свадьба через две недели. Думаю, успеете познакомиться, а на все остальное у вас вся жизнь впереди.
- Он мне не люб! – топнув ногой, в отчаяньи, прокричала я.
- Стерпится, слюбиться! – махнув рукой и направляясь к выходу, поставил точку в разговоре отец.
Дождавшись, когда закроется дверь, жених повернулся ко мне и произнес: - Я же сказал, что ты будешь моей! Никуда ты от меня не денешься!
- Ах так! – вырываясь из скользких объятий Димитрия, выкрикнула я – А вот это мы еще посмотрим!
Он снова поймал меня в кольцо своих железных рук, прижал к себе и потянулся ко мне для поцелуя.
Внезапно дверь отворилась и на пороге появилась женщина, отдаленно похожая на бабу Полю: - Забава, тебя мать зовет. – Окатывая холодным взглядом жениха и протягивая ко мне руку, проговорила она. – Идем!»
- Батюшки! – очнувшись от ведения и тяжело осев на стул, заботливо подставленным Домовым, простонала я. – Тетушка? Что мне делать?
Довольная тетка снова повернулась против часовой стрелки и передо мной стоит женщина, которой по земным меркам дашь около пятидесяти лет.
- Давай поговорим, племянница! Пора уже!
 Глава 22 
Похлопав ладонью по стоящей рядом со мной лавке, я ей предложила: - Присаживайся уже. В ногах правды нет. А разговор долгий предстоит, верно?
- Верно, Забавушка! Время совсем истекает, а мы все по кругу ходим. Баня скоро готова будет. – Присаживаясь на лавку и расправляя складки на сарафане, проговорила баба Поля.
- Первым делом, как тебя звать, тетушка? Не вспомнила я, прости.
Она довольно усмехнулась, теперь уже поправив прядь волос, выбившуюся из прически: - Да, знатно прежняя Забава следы подтирала. Недооценила я ее. Хорошая ведьма бы вышла! Давай пока я тебе кратенько основное поведаю, в баньку свожу, а вечерком уже чай попьем, да разговоры разговаривать будем. – Тревожно глянув в окно, предложила она.
- Как тебя звать? – настойчиво повторила я вопрос.
- Сестра отца твоего, князя Владимира, Анна. Раньше ты меня так и звала. Можешь и дальше продолжать, а на людях я бабушка Аня, но в обличье старухи. Если спросят, куда та старушка делась, скажешь, что поутру очнулась и ушла. А тетка раньше нее приехала да чувствовала себя плохо из дома не выходила. Согласна?
Дождавшись моего утвердительного кивка, женщина продолжила: - Когда отец тебя собрался замуж выдать, недолго думая, в бега ты податься решила, меня себе в сотоварищи взяв. Побег вместе готовили. Когда все случилось, я некоторое время всех за нос водила, что ты болеешь, а потом в ноги к князю кинулась – мол, не уследила, сбежала Забава! На твои поиски была брошена целая дружина, да самых опытных следопытов болезнь скрутила не вовремя. – Тетка заулыбалась.
- Ты помогла?
- Конечно! Хоть времени и много прошло, но перехитрить охотников редко кому удавалось. Так вот, потом погода не заладилась, дождь пошел, все следы окончательно смыл. Тут нам повезло! Не смотри на меня так! Не я это! – заметив мою поднятую бровь, возразила Анна. – Эту деревню мы выбрали, потому что она на окраине княжества находится. Дальше лихие земли начинаются.
В это время во дворе раздались быстрые шаги, и на пороге появилась растрепанная Маша: - Сестрица! С тобой все хорошо?
- Да, солнышко. А ты где была? Воевода обещал тебя найти, да домой отправить.
- Так он и нашел, только по пути к себе завез. Жена его мне пирогов надавала.
Больно кольнуло меня в сердце известие о жене воеводы. Но, так тому и быть. Разводить людей – самое последнее дело. Сама была с той стороны баррикад – знаю.
- Спасибо ей сказать нужно.
- Так передай, вон тарелка мигает, столько сообщений поступило и не отвечено!
Тело начинало чесаться все нестерпимее, болотная жижа застывала, превращаясь в грязную корку.
Я встала, досадливо отмахнувшись от известий о какой-то неведомой тарелке, и предложила Анне: - Давай уже в баню? Потом все остальное!
- Идем!
Войдя во владения Банника, в этот раз все сделала, как положено. Не стала дедушку лишний раз злить. Вода в кадках уже была налита, веники приготовлены, так что, смыв толстую корку засохшей грязи, странного синюшного оттенка, Анна взяла веник и знатно меня им отходила, до темноты в глазах. Еле живая я выползла на улицу, где в лицо мне ударил воздух, наполненный бодрящей вечерней свежестью. Я остановилась, наслаждаясь моментом, довольная собой и миром. Упоительные мгновения разрушил стук в калитку, настойчивый, сильный.