Особенная для меня (СИ)
Машина сорвалась с места так резко, что мужчина не успел сгруппироваться. Ударившись затылком, он выругался:
– Спятила, Троцкая?!
– Да! – рассмеялась я. – Совершенно слетела с катушек! В чём тебе придётся убедиться.
Зря для возвращения он выбрал четырнадцатое февраля.
Мы расстались ровно пять лет назад, и сегодня во мне что-то переключилось.
***
Утром, глядя в глаза Руслана, я пыталась вспомнить вчерашний день, но в памяти будто кто-то аккуратно вырезал всё, что было после аэропорта…
Мы попали в аварию? Нет, тогда бы очнулись в палате. У меня было потемнение рассудка? Вряд ли, мой дом не похож на психиатрическую лечебницу, а рубашка, в которой я спала, на смирительную.
«Это его рубашка!» – догадалась я.
Руки так и чесались проверить, было ли что-то под ней, но я не шевельнулась. Даже дышать боялась, чтобы не нарушить ту звенящую тишину, которая бывает перед бурей.
Как и прежде, Бариев сам сделал первый ход.
Привстав, он положил ладонь на мой затылок и притянул к себе так, что мы соприкоснулись лбами. Не мигая смотрел в мои глаза, отчего сердце начало вытанцовывать джигу. В мыслях промелькнуло обжигающей молнией:
«Поцелует?»
_______________Друзья, в нашем флешмобе новинка! Встречайте историю Елизаветы Соболянскойhttps:// /books/read/16063Глава 5
Руслан
Проснулся рядом с ней. Дыхание перехватило оттого, какая Люда красивая. Свежая, как цветок розы, сияющая, будто утреннее солнышко. От её полуулыбки, робко прячущейся в уголках сладких губ, становилось тепло на сердце.
Поддавшись порыву, потянулся, чтобы поцеловать своё сокровище, как Троцкая сухо заявила:
– Вы не забыли о совещании, Руслан Замирович? Если не ошибаюсь, оно начинается через четырнадцать минут.
– Совещание? – нахмурился мужчина. – Разве мы вчера не решили все вопросы?
Её брови сошлись на переносице, голос показался озадаченным:
– А решили?
В груди Бариева будто образовался клубок колючей проволоки. Губы сжались в твёрдую линию. Неужели он вновь попался на ту же удочку? Как мог забыть о событиях пятилетней давности?
– Видимо, нет, – рыкнул он и, откинув одеяло, поднялся.
Людмила резко отвернулась, будто видеть его обнажённым для неё противно. Сжав челюсти так, что в суставе неприятно хрустнуло, Руслан двинулся в сторону выхода.
– Стой! – она подорвалась с постели и, расставив руки, преградила ему путь. – Не выходи!
Её хрупкая фигурка в тонком батисте, обрисовывающем все соблазнительные изгибы, выглядела изящнее всем статуй греческих богинь вместе взятых. В груди заныло.
– Там… – Людмила отвела взгляд от его груди. – Мама. Увидит. Неправильно поймёт.
Каждое её слово будто вбивало раскалённый клинок в его грудь.
– Оденься, пожалуйста, – как-то обречённо попросила Троцкая.
Он вернулся и, собирая разбросанные по полу вещи, принялся молча натягивать их. Пока не пришло время надеть рубашку. Приподняв бровь, многозначительно посмотрел на девушку, и та вспыхнула, будто спичка. Покраснев, сжала ворот рубашки.
Руслан криво усмехнулся и натянул пиджак на голое тело.
– Дарю, – бросил ей прежде, чем покинуть двухкомнатную квартиру.
К слову сказать, дверь в комнату матери Людмилы оставалась закрытой. Но Бариеву было плевать. Он хлопнул входной так, что со старых стен посыпалась штукатурка. На улице мужчина замер, втягивая морозный воздух. Он и не подумал застегнуть пальто, желая остудить жар, пылающий в груди.
Троцкая снова сделала это.
Но если в прошлый раз он сбежал, то в этот раз готов сражаться. Избалованный юнец, зависимый от отца, каким Руслан был в прошлом, канул в небытие. Теперь Бариев самостоятельный обеспеченный мужчина, который сумеет добиться благосклонности желанной женщины несмотря ни на что.
Даже если Троцкая его не любит.
– Она будет моей, – поклялся себе Бариев.
***
Людмила
Стоило двери захлопнуться, проснулась мама.
– Людочка, – услышала я её слабый голос и метнулась к выходу.
Осознав, что едва не пошла в мужской рубашке на голое тело, ругнулась и поспешно переоделась в домашний халат. Вошла в пропахшую лекарствами комнату и, поздоровавшись, поправила подушку. У меня в груди всё переворачивалось от мысли, что мама что-то слышала ночью. А оттого, что я не помнила ничего, становилось ещё хуже.
– От тебя пахнет алкоголем, – заметила мама.
– Прости, я не успела почистить зубы, – подавая воду, повинилась я.
– Ты почему ещё дома? – заволновалась она. – Разве тебе не пора на работу?
«Если она у меня ещё есть».
Как же ужасно, что я ничего не помню!
Но вслух ничего не сказала. Улыбнулась:
– Вчера задержалась, поэтому сегодня можно прийти попозже. Я уже собираюсь. Кстати, раз так получилось, дождусь сиделку. Я давно хотела встретиться с ней.
– Давай я передам, что нужно, – заволновалась мама. – Ты наверное уже опаздываешь. Ты всегда торопишься.
Я с подозрением прищурилась:
– Она не придёт?
– Отпросилась погостить к дочери, – сдалась мама.
– Но от денег не отказалась, – скривилась я и решительно села. – Сегодня я побуду с тобой.
«Подожду. Либо вернётся память, либо мне расскажут, что было».
– Нет-нет, – ещё сильнее забеспокоилась она. – Не стоит нервировать Устиновых. Ты же знаешь, какая у Сергея дочка… Я справлюсь сама. Собирайся!
В конце концов она настояла на своём, и я неохотно отправилась в душ. Как ни хотелось спрятаться в раковине, мама права. Устиновы будут в ярости. Асида так точно. Ведь встреча с Бариевым в отеле явно не состоялась. И, если моя начальница знает, с кем Руслан провёл эту ночь…
Тут моя фантазия положила на стол заявление об уходе.
Что выкинет дважды брошенная женщина, представить было трудно. А я не могла себе позволить смену работы. Лишь здесь я получала достаточно, чтобы поддерживать маму.
– И почему он оказался именно у меня? – Я возвела глаза к полотку лифта, в котором ехала одна. – Как вообще это случилось?
Взгляд остановился на зрачке камеры.
«Точно».______________Друзья, приглашаю вас в новинку нашего праздничного флешмобаот Ирины Тигиевой https:// /books/read/16133
Глава 6
Руслан
Таксист подвёз Бариева к ресторану, в котором была назначена встреча с Устиновым. Если Макар Яковлевич и удивился внешнему виду Руслана, то вида не подал. При приближении гостя, поднялся с места и с улыбкой пожал руку будущему партнёру.
Когда они сели за столик, пожилой мужчина провёл ладонью по седым волосам и проговорил:
– В этом году у меня юбилей. Шестьдесят пять… А кажется, что я ещё вчера основал фирму, которую вырастил заботливо, как дитя. Увы, моих сил уже не достаточно, чтобы и дальше вкладывать в неё своё время. Хочется отдохнуть на свежем воздухе, вдали от городской суеты.
– Я вас понимаю, – осторожно ответил Руслан. – Но вынужден отказаться от партнёрства. Это не мой профиль, и вы это знаете.
Макар Яковлевич усмехнулся в белую бороду и потянулся за стаканом. Отпив воды, хитро глянул на Бариева:
– И ты проделал весь этот путь, чтобы сказать мне об этом лично?
Руслан молча откинулся на спинку стула и упрямо поджал губы. Он не собирался никому объяснять, почему вцепился возможность вернуться в родной город именно в этот день.
– Не важно, – смирился Устинов и отставил стакан. – Уверен, ты пересмотришь своё решение, когда познакомишься со штатом нашей компании.
– Да я уже, – скривился Бариев, – познакомился…
Людмила
Я замерла у двери в наш офис и прислушалась. Тихо. Приоткрыв дверь, проскользнула внутрь и тихонько добралась до своего места. Дина глянула на меня, но ничего не сказала. Лишь через несколько секунд пиликнул телефон.