Отпуск. Развлечения в комплекте (СИ)

Охвайс тяжело вздохнул, но спорить не стал. Прелесть моя экзотичная.
Естественно обратно мы выбрались на неправильную дорогу.
- Хм, - наг задумчиво осмотрел остатки чьего-то лагеря. Черное давно остывшее кострище. Место под палатку. И мусор из банок и оберток. – Неожиданно.
- Может это те, кто зарывал клад?
Наг покачал головой:
- Два человека, которые на острове провели пару часов, так намусорить не могут. Надо охране сказать. Пускай оборотни на запахи проверят.
- Ну ты и садист, - восхитилась я. – Заставлять людей мусор нюхать!
Охрана тщательно прочесала весь остров, но незаконного туриста так и не нашла. В результате решили, что это один из проныр-журналистов шпионил по кустам в надежде заснять нечто пикантное, но прибывшие сотрудник агентства его спугнули.
Звонок видеофона поздним вечером застиг меня в момент приготовления ко сну.
- Мама, - выдохнула я приветствие обреченным голосом.
- Бегония, - холодно улыбнулись мне в ответ. – Ты одна? – Показушно-равнодушно спросила она и попыталась взглядом вылезти за пределы аппарата.
- Конечно, - тоном послушницы монастыря, обвиненной в организации оргии, возмутилась я.
- Да? Странно. Но это ваше дело. Я вот о чем хотела с тобой поговорить. Наша семья не против новостных листков и охотно дает интервью. Тем более спрос на твоих сестер резко возрос и из женихов появился даже выбор. Но вчерашний тип… Он представился «Новостями сегодня», но отец проверил – такого издания нет. Остальные были или вежливые или наглые, а это – злой, агрессивный. У Астры голова в его присутствии разболелась, а ты знаешь, как она чутко реагирует на отрицательную энергетику. Вопросы он задавал какие-то странные. Например: есть ли у тебя страхи. А когда Жасмин в лоб спросила, почему мужчина такой дерганный (честность сестрички часто граничит с грубостью, но называется эксцентричностью), он разозлился и чуть не бросился на нее с кулаками. Кошмар!
Откровенно говоря, Жасмин регулярно пытаются побить. А она никаких выводов не делает и продолжает сыпать правду налево и направо.
- А как он выглядел? – нужно, прежде чем бежать жаловаться Генри, хоть что-то разузнать.
- Да никак, - передернула плечами матушка. – Обычный человек. Разве что рыжина в волосах была. Свет интересно падал.
Мда. Вот если бы он был эстетически красивым или наоборот безобразным, мама бы точно смогла нарисовать портрет журналиста. Но, увы, он оказался среднестатистическим и неинтересным.
- Хорошо, я попробую разобраться, - неуверенно пообещала и была удостоена скептического взгляда. Пришлось сдаться: - Генри скажу.
- Вот так бы сразу. Дочь, я, наверное, что-то упустила в твоем воспитании, - ага, все, - но мужчина и нужен для решения проблем. – Скажи это папе. – Излишне сильные девицы никому не нравятся. Тем более ты же фея, а не тролль.
На этом утверждении важно поучение было остановлено. Сочтя родительский долг выполненным, мама закончила разговор.
Открытое настежь окно не приносило прохлады. В воздухе отчетливо повис запах надвигающейся грозы. Вдалеке были слышны басовитые раскаты грома.
Говорят, всегда есть предчувствие беды. Но меня, к сожалению, в тот день мучила только изжога.
Жером накануне отбыл на очередные бои, пообещав разбить в мою честь парочку морд. Я отнекивалась, но все равно было приятно. Тоору посетила муза, сначала он, не разгибаясь, строчил что-то, потом покидал вещи в водолет и, помахав издали рукой (Генри все еще нервно относился к его телодвижениям в мою сторону), укатил на студию. Лаил напугав нас с Генри официальным интервью, был срочно вызван в офис. Эйт и Фуэтель вчера по видеофону сообщили, что уже практически вышли на след Абрахама Грэма, бывшего помощника Генри.
Охвайс, пользуясь наши уединением, отодвинул в сторону все дела и в наглую оккупировал мое пространство. Он, даже играя в шахматы, умудрялся приобнять меня за плечи, чего уж говорить о прогулках, кустах и темных углах. Он, как настоящий маньяк, точно отыскивал самые укромные уголки.
 
Финал идиллии наступил неожиданно. Мы вроде о чем-то разговаривали, держась за руки, но в памяти не отложилось ни одной реплики. Во всем виноват внезапный выстрел. Я даже толком и не поняла, что случилось. В секунду Генри толкнул меня в сторону, оборачиваясь змей, и рухнул на землю.
Я глупо хлопала глазами, оглушенная и потерянная, когда из кустов выбрался мужик. С виду он походил на обычного отдыхающего, только в руках держал пистолет.
- Ты что наделал?! – завопила я и рухнула рядом с огромной белой змеей на колени.
- Да что ты переживаешь, - раздраженно произнес убийца. – Наг от этого не умрет. Но черепушкой, видимо, приложился, раз в себя не приходит. И вообще убивать его в моих планах не было.
- Конечно, - я сердито фыркнула. – Ты же в меня целился.
- Он должен страдать! – с пафосом престарелого артиста, уволенного на пенсию, потому что постоянно забывал слова, воскликнул мужчина и взмахнул рукой с пистолетом.
Ой-ей. Охрана выстрел, несомненно, слышала, но… Я же не наг.
- И зачем тебе это все? – я медленно распрямилась, прикидывая в какие кусты лучше нырнуть. Поворачиваться спиной к психу было страшно.
- Время тянешь? – понятливо усмехнулся преступник. – Зря. Охрану я вывел из строя. Но по задумке этот глист, - он пнул ногой Генри, - должен был видеть своими глазами, как невеста дохнет. Иначе не интересно. Ничего, подождем. Скоро очухается.
Я прикусила губу. Трудно искать выход из положения под немигающим тяжелым взглядом. А если у него рука дрогнет или он ждать устанет?
- Но зачем? – снова повторила я вопрос. Когда человек болтает, он расслабляется. Буду выжидать момент.
- Это мой брат, - презрительно махнул он пистолетом на Охвайса.
- Э? – информация слегка неожиданная. Хотя, чего врать – откровенно шокирующая. Диола родила и не заметила? Так бывает?
- Ну ты и дура, - вздохнул мужик отчетливо поняв мое выражение лица. – По отцу.
Чуть не спросила: «По какому?», - ведь в случае с Генри вопрос действительно непростой.
- А ты подумай, - он оскалил кривые зубы. В наш современный век, когда услуги дантиста не стоят заоблачных денег, такой прикус – позор.
Я окинула взглядом худощавую фигуру, наглую морду и рыжеватые волосы. Человек, причем стопроцентный.
- Генри, который отец?
- Точно, детка, - он с довольным лицо прищелкнул языком. – И я старше этого, - нагу достался высокомерный взгляд, - на три года. Только папа меня не признал. Точнее тогда у него было несколько крупных врагов, и он не рискнул светить ребенка. А мама забрала меня и уехала в другой город.
- Все это познавательно, - я сделала маленький шаг в сторону, - но причем тут Охвайс? Его тогда не был на свете. Хочешь кому-то мстить – отец для этого у тебя есть. Или кишка тонка с ним связываться?
- Много ты понимаешь! – вспыхнул братец ярким румянцем на щеках. – Это я должен быть миллиардером, а не он!
- А-а, - протянула я. – Теперь все понятно. Чужие деньги глаза жгут, да?
- Ничего подобного. Это компенсация морального ущерба. Я вырос в нищете, а белого урода все на ручках носили. Но я умный и успел часть его денег своровать, слить пару сделок конкурентам.
- Так ты уволенный помощник? – я наморщила лоб, силясь вспомнить имя. – Абрахам… Грэм, кажется?
- О, страна знает своих героев? – пошленько улыбнулся он.
- Страна знает своих уродов, - сердито поправила я. – Хорошо, тебе захотелось денег. А я-то тут причем?
- У нага появилось нечто более ценное, - Грэм окинул меня взглядом, словно не понимая, что Генри нашел во мне. – Любовницы-однодневки, косяком ходившие через его кровать, меня не интересовали. Хотя Хорс была полезной. Это я ее надоумил тормоза испортить. Но вот ты… Особенно когда вся чокнутая семейка начала подтягиваться для знакомства, стало ясно – это серьезно. Я подкинул информацию Гейбу, чтобы он выкрал новую ценную пассию миллиардера, с целью проверить. И выяснилось, что Охвайс запал на фею основательно. Сначала думал с помощью тебя шантажом заставить нага переписать на меня его фирму, но ты такая заноза! Последнюю попытку предпринял на ярмарке. Но ты опять все испортила и в конец разозлила! Я решил – месть важнее денег, пусть страдает. А как отобрать его капитал я потом придумаю.