Отпуск. Развлечения в комплекте (СИ)
- Хм, - мне пришла в голову замечательная идея. – Слушай, а ведь цель свиданий сблизить нас? Правда? - Наг кивнул. – Так мы сейчас ближе некуда!
- А романтика? – шмыгнул носом Охвайс.
- Я за тобой ухаживаю, хотя очень хочется свернуть тебе шею. Куда уж романтичнее, - я сложила руки на груди и посмотрела на потолок, выражая весь героизм моего поступка.
И судя по блеснувшим красным глазкам, опять я нага чем-то порадовала. Кажется, кто-то уже мысленно примеряет парадный фрак.
- Возникла небольшая проблема, - смущенно проговорил Генри и под моим скептическим взглядом быстро добавил: - Совсем маленькая. Да и не проблема это вовсе…
- Генри, ты меня пугаешь, - терпеливо произнесла я. А могла и наорать.
- Ну-у-у… тут такое дело… - Мне пришлось напоминать себе, что больных бить несколько не этично. – Я планировал провести скромную благотворительную вечеринку… Собрать средства для поддержания детских домов. И вот заболел.
- И что ты от меня хочешь? – я прикрыла глаза, понимая, сейчас фею запрягут в повозку.
- Ничего такого, - поспешил успокоить наг. Видимо, мой тон сам все ему сказал. – Организацией мероприятий у нас занимается Лаил. Он в «Охвайс корпарейтет» работает директором по связям с общественностью. – Иронию судьбы в виде общительного сына сумрачного вампира я оценила. – Тебе просто надо проконтролировать нанятых официантов. И все.
Чего уж. Сколько их там будет? Пара, тройка? Не велик труд. А этот симулянт хоть от меня отстанет.
- Ладно, - проворчала я. – Уговорил.
- Ния, ты лучшая! – просиял Генри.
- Когда прием? И на сколько персон? – может мне повезет, и отпуск к тому моменту закончится.
- Через три дня, - огорошил Охвайс. – Гостей примерно двести.
Ха-ха. Совсем незначительная проблемка.
Глава 11.
Я прикинулась полудохлой медузой на белом песочке. Примерно такая же ужалила меня пять минут назад в мягкое место.
Все решено, остаюсь жить на этом пляже. Тихо, спокойно и медузы всего лишь жалят.
Три дня подготовки небольшой вечеринки проехались по мне хуже годовой отчетности. Лаил-младший прибыл с целым штатом сотрудников. Наг был весьма харизматичным. Настолько, что харизма неслась впереди обладателя на добрый десяток метров. И таким же наглым. Работой он загружал легко и не принуждено всех. Простая просьба принести попить, оборачивалась «и прихвати бутербродик, заодно завалив слона по дороге». Я моргнуть не успела, как сидела и складывала салфетки в красивые розочки. Потом меня решили назначить ответственной за прекрасное: стеречь ледяные скульптуры, чтобы не поплыли. Один лебедь остался без шеи и головы. Затем я отвечала за расстановку роз в безвкусных огромных вазах. Ровно до того момента, как о них споткнулся Эйт. То есть минут через двадцать. Далее были гирлянды и фонарики, упавшие на голову Эскабана-старшего. Тролль способа себя украсить не оценил и порвал все. В общем, после десятой попытки сделать из меня общественно-полезную фею Лаил сдался и вручил мне смету для проверки. Диола за его спиной беззвучно поаплодировала. Но официанты меня слушались, не скрывая страха в глазах. Подумаешь, поднос уронила с начищенными ножами. Прямо на одного из них.
Генри, видя, что я активно помогаю (хотя скорее мешаю) решил поправиться. Симулянт. И узнала я об этом ночью.
- Пссс! Ния! Да пссс же! – в меня чем-то кинулись. Но феи так просто не сдаются, особенно в первом часу ночи. – Парни, она спит, - прошипел куда-то в сторону Охвайс.
- Эй! – присоединился к брату Тоору. – Имей совесть, Ния! Мы же готовились!
Вот это «мы» и напрягло.
Пришлось вставать и, не открывая глаз, ползти к окну:
- Сволочи, нельзя было до утра потерпеть? – я широко зевнула, чтобы так и остаться с отвисшей челюстью. Кругом горели свечи, а на шее Эйта болталась гитара. – Не-не-не, только не говорите, что сейчас будет серенада в исполнении Генри!
- Что за недоверие я слышу?! – возмутился миллиардер. – У меня хороший слух!
- А голос? – насмешливо спросила я.
- А это.. ну да… есть…, - замялся наг. Подумал и ткнул пальцем в Тоору: - Хочешь, он споет?
- Чего это?! – возмутился брат. – Твоя невесты, ты и пой. В этом весь смысл, разве нет?
- Но ведь можно заказать исполнение? – влез Фуэтель. – Это тоже будет считаться.
- Сейчас я вам закажу! – грозно сжал кулаки Экскабан. Припомнив печальную судьбу двери, я внутренне напряглась и зашарила глазами в поиске какого-нибудь метательного снаряда. Бить Генри имею права только я. Или с моего разрешения. – Пой давай!
Наврал мне Генри про слух, ох, наврал. А голос у него хороший, громкий. Все сверчки в округе пристыжено замокли. Или в конвульсиях скончались, тут точно не известно. Жалко кошек нет, они бы не плохой концерт совместно могли организовать.
Чтобы не заржать (все-таки наг старается), я отвела глаза в сторону и чуть не заорала. Привлеченный воплями хозяина Няшка подполз к самой сетке вольера. Никогда бы не подумала, что у крокодила глаза в темноте светятся красным!
Мой провравший писк сочли за восхищение и еще активней заголосили. От частичной контузии меня (и окружающих) спас Эскабан-старший. Мягкой походкой бывалого охотника он неслышно приблизился к исполнителям и окатил их водой из тазика литров так на тридцать.
- Всем спать, - пророкотал он, поигрывая тарой.
А утром меня ждал очередной сюрприз. Проснуться от того, что на тебя уронили поднос - та еще романтика.
- А я вот завтрак приготовил, - скромно произнес Генри.
- Вижу, - сухо бросила я. Сам старался. Молодец. Горелые тосты самое то для пищеварения. Уголек как-никак.
Чтобы не выглядеть старой ворчливой бабкой, я для видимости отхлебнула кофе. Зря. Потому что сразу почувствовала, как глаза, пакуя вещи, переезжают на лоб.
- Нравится? – наг лучился радостью и от этого устроить спозаранку мордобитие хотелось больше всего.
- Крепковато, - откашлялась я.
- Странно, - он взял чашку и попробовал. – Ой, я, кажется, перепутал. Это отца…
Какого именно уточнить я не успела. Эскабан-старший, не утруждая себя такой пошлостью, как стук, вошел в комнату, забрал чашку и, отхлебывая отвратительный напиток, спокойно вышел.
Когда за мной днем начала бегать девочка-оформитель с двумя видами ткани (черным и черным) с идиотским вопросом: какая лучше? – появилось нехорошее подозрение. А при попытке Лаила нагрузить меня очередным нелепым задание, стало окончательно понятно – что-то Охвайсы старательно скрывают. Но ни намеки, ни прямые вопросы не помогли. Братья удивленно таращили глаза и неправдоподобно врали. Особенно на возможные проблемы прозрачно указывал новенький видеофон: красивый, серебристый, блестящий, но все время пропадающий. Вроде оставляла его в комнате, а потом нахожу в кабинете Генри или в огромной гостиной. А, главное, лица у Охвайсов честные-честные. Так бы и врезала.
Следующий сюрприз был тоже оригинально провален. После того, как Эйт случайно пнул огромную вазу, цветы оставили в одной комнате до вечеринки и только сейчас начали расставлять. Обнаружив в своей спальне сомнительной красоты предмет интерьера с неестественно пахнущим веником в нем, я посчитала, что произошла ошибка и спокойно отнесла вазу обратно к остальным. Ведь наг осведомлен - розы мне дарить нельзя. А то ловили бы меня уже на трапе аэробуса.
Кто ж знал, что через полчаса явиться довольный собой миллиардер и сладким тоном поинтересуется, понравился ли мне подарок. А я понятия не имею какой. Вот зачем было наматывать цепочку на стебель розы?
И пришлось всем семейством, искалывая пальцы, проверять все расставленные цветы. Конечно, нашли, но впечатление от огромного бриллианта-капли в виде подвески было испорчено безвозвратно. Брать такой дорогой подарок я отказалась категорически, ведь к нему не прилагался сейф и пару человек охраны. Сговорились лишь на то, что поношу украшение на вечеринке, чтобы не выбиваться из общей массы. Как-то подозрительно легко согласился Охвайс на это.