Симбионт (СИ)
Да уж, будет о чем задуматься на досуге. Если он вообще появиться в ближайшем времени, досуг этот. А точнее свободное время чтобы предаваться всякого рода размышлениям о насущном. Не располагает местная действительность к праздному времяпрепровождению — каждый миг как бег по пересечённой местности, на каждом шагу препятствия, сзади погоня, а под ногами зыбучие пески. Остановиться хоть на миг и ты труп. Затянет — твой путь считай окончен. Бежать больше не сможешь, погоня настигнет и останется лишь гадать от чего умрёшь раньше — от когтей и зубов тех, кто дышит тебе в спину или от песка, который утянет тебя на самое дно, заполнив собой твои рот, нос и даже лёгкие.
— Лэйра…
Тихий, осторожный шёпот Глэвиуса выдернул меня из мыслей о сложности своего теперешнего бытия. Нашла время!
Обернулась лицом ко всем и поняла, что пока рассматривала Раша и приходила в себя от его эффектного появления, остальные времени зря не теряли и по-видимому готовились спасать меня с боем. Звено скарров было уже метрах в пяти, рассредоточившись полукругом, центром которого были мы с Рашем. Все они были как натянутая пружина. Хотя, должна признать, до их командира им всем было далеко. Он замер как хищник перед прыжком, не сводя глаз с меня. И я поняла чего он ждёт. Чтобы я ушла, так сказать с линии огня. Такая забота со стороны практически незнакомого мужчины была, не спорю, чертовски приятна, но отойти в сторону и дать им с Рашем спокойно поубивать друг друга я точно не собираюсь.
— Лэйра..
Глэвиус… Он оставил паренька у клетки с мурфами и в данный момент был ко мне чуть ли не ближе чем главскарр. И в его глазах плескался плохо скрываемый страх. И как мне показалось боялся он совсем не за себя. За меня переживает… Еще пару часов назад у меня не было никого, а теперь столько защитников.
Я тепло улыбнулась Глэвиусу и уже открыла рот чтобы успокоить его и… именно этот момент выбрал Раш чтобы напомнить о себе. Мгновение и Глэвиус с остальными скрыты от меня его широкой зелёной спиной.
"Лэйра!" Глэвиуса… Жуткое шипение-стрекот скарров… Испуганные крики пленников… И кажется даже птичий клекот… Всё слилось в один единый многоголосый крик.
На рефлексию не было больше ни секунды. Я поднырнула под рукой Раша и встала перед ним лицом к остальным.
— Расслабьтесь все, драки не будет! Он со мной…
Наверное если бы я прямо сейчас взорвала в этой пещере гранату такого эффекта и то не добилась бы.
Если верить одной земной поговорке, благодаря мне в этот момент, где-то в этой забытой богами галактике, родился первый сотрудник правоохранительных органов. Приношу свои искренние извинения галактике.
А если серьёзно, тишина в пещере стояла такая, что существуй здесь земные комары, было бы отчётливо слышно как они восторженно визжат от такого изобилия незнакомых пока инопланетных деликатесов.
Сияющие черные глаза скарров по размеру сравнились с по птичьи круглыми глазами птарианцев. Хотя нет, у птарианцев глаза увеличились ещё больше, сделав их похожими на персонажей земных аниме. Пленники клеток весьма успешно играли в командную детскую игру "море волнуется раз". Мурфы по прежнему были далеки от мирской суеты как тибетские монахи от квартала красных фонарей. Хотя я в этой жизни уже ничему не удивлюсь. Один лишь Майклас выделялся из общей картины массового офигея искренним детским восторгом и сияющими глазами. Похоже он нашел себе кумира. И это я не о себе, если кто не понял.
Первым пришёл в себя Глэвиус. Сглотнул и осторожно, словно разговаривал с душевнобольной, прошептал:
— Это реплах, Лэйра…
Реплах… Реплах… Крутилось что-то в голове такое. Вроде как Глэвиус рассказывал… Точно! Он говорил, что Скарры гроза местной галактики и соперничать с ними за это звание могли разве что реплахи, но о тех, вроде как, уже давно ничего не слышно.
Раш один из тех самых ужасов галактики? Охотно верю! Но это МОЙ УЖАС! И это в корне всё меняет!
— Это Раш. Просить вас его любить и жаловать я не буду. Но вот относиться требую с уважением и ни в коем случае не злить. Ибо последствия подобной глупости не смогут предсказать даже птарианцы.
Покосившись на замершего в угрожающей позе за моей спиной Раша, Глэвиус сделал осторожный шаг вперед и тихо, скороговоркой заговорил:
— Лэйра… Не знаю как ваши с ним пути пересеклись, но если вы надеетесь каким то образом подчинить его — то ничего не выйдет. Я так понимаю, что вы не слышали о реплахах раньше? Реплахи полуразумные животные… Хищники… Одни из самых опасных в близлежащих галактиках. Им неведомо сострадание. Они почти не ощущают боли. Реплахи не подчиняются никому и никого не признают. Для них нет своих. Ради пищи они способны перегрызть глотку даже сородичу. А пищей для них являются все кроме себе подобных. И вы для него тоже пища, как и мы все. Поэтому пожалуйста, пока он не одумался, отойдите от него. Идите к нам. Пожалуйста, Лэйра!
— Нет своих говорите? Никого не признают? Лишь пища?
Повернулась к Рашу. Он по-прежнему стоял в угрожающей позе, во всей своей первозданной хищной красе. Тело напружинено словно перед прыжком. Безгубая пасть угрожающе оскалена. Оранжевые глаза пылают, обещая быструю и мучительную смерть. Руки с когтями чуть отведены назад…
Подняв руку, осторожно прижала ладонь к его покрытой чешуёй щеке. Ярко-оранжевые глаза, полыхнув, расширились, и без того вертикальные алые зрачки сузились в тонкую нить. И уголок безгубого рта приподнялся в намеке на улыбку. Почувствовала как вокруг моей талии обвился гибкий хвост. А в следующий миг Раш, блаженно прикрыв глаза, осторожно потерся щекой о мою ладонь.
Сзади кто-то выдохнул. Много кто выдохнул. Кто-то даже упомянул дарков и их прородителей в весьма пикантном склонении…
Нет, у меня не было намерения покрасоваться. Если кто-то так подумал. Эпатаж никогда не входил в список моих увлечений. Мне это просто не свойственно. Но сейчас я шокировала собравшихся здесь умышленно. Теперь каждый из присутствующих, как бы в дальнейшем не сложились наши взаимоотношения, будет знать, что я не одна. Что за мной есть сила. Есть тот, кто сможет дать отпор, если не могу я. Сможет защитить. Прикрыть спину. Да, Глэвиус и, непонятно каким боком, скарр — свои, но… Всегда и везде есть это пресловутое "но". Но… доверие к ним сейчас условно. Настоящее доверие, безоговорочное, нужно заслужить. Время и жизнь покажут кому можно верить, а кому нельзя ни в коем случае. А именно сейчас… Может они и не желают мне зла, и скорее всего так и есть, но… Кто знает, какие законы у диларийцев, а ведь я являюсь сейчас по их законам вдовой сына Глэвиуса. Может у них женщина после брака является собственностью семьи мужа и его родные могут распоряжаться ее судьбой? Или, явно неравнодушный ко мне, главскарр может, не дождавшись ответной реакции с моей стороны, попытаться подтолкнуть меня к правильному для него решению. И мои способности, те, что связаны с кораблем, что станет с ними когда я этот корабль покину? Что мне останется для защиты себя? Кто-то скажет, что подло так думать о тех, кто готов был грудью встать на твою защиту! Но я привыкла "надеяться на лучшее, а готовиться к худшему". Мне это кажется правильным.
К тому же поступить так, продемонстрировать безоговорочную преданность мне Раша, подсказал мне именно Раш. А точнее его эмоции и чувства, которые я улавливаю всё лучше, подсказали мне, чего он хотел добиться. Не просто так он настолько эффектно появился вместо того чтобы открыть проход у всех на глазах и зайти. Не просто так продемонстрировал себя во всей красе. Да и не было у него особого повода злиться на остальных, и за меня беспокоиться тоже — никто меня не обижал и обижать не собирался. И он это знал. Чувствовал как и я. Через меня. Максимум, что они могли сделать — прогнать меня, испугавшись моих способностей.
Он хотел чтобы они все знали, видели, что у меня теперь есть такой защитник как он. Что он меня в обиду не даст никому. От меня же требовалось продемонстрировать, что из нас двоих я главная. Что он полностью под контролем, под моим контролем. И это было разумно вдвойне. Дать понять всем остальным, что Раш не просто хищное, неуправляемое животное, а разумная особь, находящаяся под полным моим контролем. Это поможет избежать трудностей в дальнейшем. Я имею ввиду страх от нахождения рядом с ним во время совместного нашего пути к свободе.