Я разве похож на аристократа? Том 4 (СИ)

— Да, брат. — кивнул Война, сдержав свой нрав.
Он мог пойти против любого из воинов, но только не против Раздора… Он до сих пор помнил те времена, когда они ещё были людьми. И страх перед Раздором, которого тогда звали — Охар, остался, даже спустя столько веков.
— Что ж, — вздохнул Раздор и осмотрел каждого из своих братьев, включая Михаила. — Пора начинать.
***
Поднявшись со стула, Корнелия подошла к небольшому столу, на котором стояло несколько бутылок с водой. Её горло пересохло от плача и всхлипов.
Взяв одну из бутылок, она подошла к окну и открыла её, утолив жажду… И только это сделала, то сразу же увидела в окне стремительно черневшее небо. Фиолетовые молнии и гром раздавались, казалось бы, отовсюду, сотрясая землю и поместье.
— Что это?… — хрипло пробормотала она.
Но если ранее она думала, что помимо мёртвого Адама находится в комнате одна, то сильно ошибалась. Ведь как только она задала свой вопрос, на него дали ответ.
— Час Презрения.
Услышав позади себя замораживающий саму душу голос, Корнелия вздрогнула, а затем бросила бутылку на пол и быстро развернулась. Её тело напряглось, а глаза и сжатые кулаки наполнились белым светом.
Она не видела того, кто дал ответ на её вопрос… Лишь темноту, которую разгоняло несколько светильников. Но даже не видя противника, она приготовилась к сражению, быстро добежав до кровати и встав в стойку.
Её глаза блуждали по комнате, выискивая врага, который так и не появился… Нервы были напряжены до предела, а кулаки сжимались до скрипа.
И именно тогда, когда она всмотрелась в тёмный угол комнаты, она увидела, как в ответ на неё смотрят холодные, полные голода, синие глаза.
Сердце Корнелии пропустило удар, а душа стала сжиматься от страха. Она не знала, кто именно этот незнакомец, но ощущала его будоражащую сознание мощь.
Синие глаза прищурились, словно насмехаясь над ничтожными потугами женщины, а затем из темноты вышел Голод. Пройдя несколько шагов, он остановился перед Корнелией, выжидательно наклонив голову набок, словно давая ей шанс на удар.
Но женщина, не то чтобы ударить… Она даже двинуться не могла! Всё её тело сковало от ужаса, заставляя покрываться холодным потом.
Услышав учащённое дыхание женщины, Голод ухмыльнулся, а затем обошёл её и приблизился к кровати мёртвого юноши.
Наклонившись к его лицу, он провёл по щеке Арлекина своей исходящей тёмным дымом перчаткой.
— Ты был лучшим из нас, брат. — заговорил он спокойным голосом, словно уйдя в воспоминания. — Все мы желали свободы, но лишь ты боролся за неё… И вот к чему привело твоё рвение.
Отойдя от тела Арлекина, Голод прошёл мимо Корнелии, заходя в темноту.
— Прощай, Алатор… — произнёс он, перед тем, как полностью исчезнуть.
Почувствовав, как её тело вновь слушается, а страх исчез, Корнелия сделала сиплый вдох и закашлялась. Её разум пребывал в настоящем хаосе, пытаясь понять, что только что произошло! Но все её догадки сводились лишь к одному, она только что увидела одного из Всадников… Пришедших в этот мир.
Ощутив настоящее отчаяние, она не выдержала и упала на кровать Арлекина. Её рука обняла его мёртвое тело, а слёзы полились из глаз с утроенной силой.
— Адам…
***
— Ну и где я в этот раз оказался? — со вздохом задал вопрос Арлекин, осматриваясь вокруг.
Он видел лишь темноту, которая вспыхивала в разных местах тёмно-зелёным пламенем.
У него не было страха перед этим местом, во всяком случае теперь, когда он побывал у Порога.
Последнее, что он помнил, это острую боль в груди… А дальше — лишь темнота. Арлекин понимал, что умер… А из этого следовало, что Война всё таки пришёл в мир…
— Надо найти способ свалить отсюда и вернуться… — тихо пробормотал он, продолжая осматриваться, думая, что его никто не слышит.
Вот только это было не так.
— Отсюда нет выхода, Адам Фрост. — раздался позади Арлекина спокойный голос, заставивший его вздрогнуть и обернуться.
Позади него стоял молодой юноша лет 18, одетый в простые тканевые одежды. Его белоснежные волосы были растрёпаны и разбросаны в разные стороны, а кроваво-красные глаза смотрели прямо на Арлекина.
 
— Алатор? — спросил Адам, слегка наклонив голову вбок. Не так он представлял себе встречу с Всадником.
Кивнув на вопрос Арлекина, юноша подошёл к нему и всмотрелся в темноту и тёмно-зелёное пламя.
— Ты уже догадался, где мы? — спокойно спросил он, не поворачивая головы.
— В очередной заднице, из которой нужно выбраться. — пожал плечами Арлекин, дав ответ.
— Выбраться… — криво улыбнулся Алатор. — Мы находимся в сосредоточении силы, которую когда-то даровал мне Владыка. Именно отсюда берут своё начало Чума и Хаос.
— Даровал когда-то? — недоуменно спросил Арлекин. — То есть, теперь твоей силы у тебя нет?
— Верно. — кивнул Алатор, а услышавший его слова Адам впал в шок. — Её забрал Михаил, вырвав твоё сердце. Я догадывался, что такое может произойти… Но думал, что это невозможно. Как видишь, я ошибся.
Тяжело вздохнув, Арлекин почесал висок и вновь осмотрелся вокруг.
— Ну, все мы делаем ошибки. — пожал он плечами. — Так как выбраться отсюда?
— Никак. — повторил его действия Алатор. — Отсюда нет выхода и теперь мы с тобой заперты. Совсем скоро тёмно-зелёное пламя доберётся до нас и что будет дальше, тебе лучше не знать.
— Блеск! — вскинул руки Арлекин, заслужив недоуменный взгляд бывшего Всадника. — Ты же вроде говорил, что можешь обрести свободу, так почему не сработало?
— Для этого, мой сосуд должен быть жив. — ответил Алатор, от чего Арлекин ударил себя ладонью по лицу, понимая весь идиотизм ситуации.
Видя фальшивое спокойствие Всадника, Адам в конечном итоге махнул на него рукой и понял, что с таким напарником он точно отсюда не выберется!
— Ты как хочешь, а я пошёл. — произнёс он, двинувшись вперёд.
Услышав слова смертного и увидев его безумный поступок, Алатор откровенно удивился и крикнул в спину Арлекина:
— Каждым своим шагом, ты лишь ускоряешь поглощение души!
— Насрать! — ответил ему Арлекин, а затем обернулся и посмотрел на бывшего Всадника глазами полными злобы и ярости. — Я выберусь из этого дерьма, а ты можешь и дальше наматывать сопли на кулак!
Ошарашенный подобной наглостью, Алатор смотрел в спину смертного, который с каждым своим шагом начинал гореть в тёмно-зелёном пламени. Он слышал хриплые вскрики этой, казалось бы, слабой души, решившей, что она способна противостоять первородной силе Чумы и Хаоса. И хоть с каждым шагом смертного, его крики становились громче, он продолжал идти.
Ноги, руки, тело, голова… Арлекин чувствовал, как тёмно-зелёное пламя пожирает его, выжигая всё на своём пути. Воспоминания из детдома… Знакомство с Вороном… Всё это растворялось в силе Чумы и Хаоса, исчезая навсегда.
Вот только Арлекин продолжал идти. Тьма становилась всё тоньше, а пламя всё отчётливее и яростнее. Он уже не кричал, а вопил, что есть силы… Его душа горела и совсем скоро должна будет исчезнуть в силе, что древнее самих Владыки и Жизни.
Не выдержав боли, Арлекин упал на четвереньки и стал ползти. Он не знал, где выход из этого ада, но одно он понимал точно: "Если не знаешь дороги, то просто иди вперёд."
Каждое его движение отдавалось адской агонией и совсем скоро он почувствовал, как его ноги, а затем и весь низ тела начинают растворяться в пламени. В считанное мгновенье у него остались лишь руки, торс и голова.
Но даже так, он продолжал ползти, цепляясь пальцами за тьму и тёмно-зелёное пламя.
И именно тогда, когда его руки так же исчезли, оставив лишь дёргающееся в агонии тело и голову, Арлекин услышал слабый голос Корнелии. Её всхлипы доносились до него, эхом отдаваясь во тьме и пламени.
 
С трудом подняв голову, Адам всмотрелся перед собой и увидел огромную стену из тёмно-зелёного пламени.
— Кор… — хрипло пробормотал Арлекин, понимая, что свобода близка, но так недосягаема.