Неоспоримый (ЛП)

Уверенные пальцы отодвинули мои в сторону, когда она расстегнула пуговицу и скользнула молнией вниз. Я слегка пошевелился, пока она снимала шорты и отбрасывала их в сторону, оставляя ее обнаженной в кружевном нефритово-зеленом нижнем белье. Она раздвинула ноги так, чтобы я расположил их как раньше.
Мои пальцы скользнули поверх материала. Я нежно погладил ее кожу.
— Все еще нужно устное подтверждение, Ческа.
— Да.
Gracias a la mierda por eso (Прим. пер. исп. Спасибо, блять, за это).
Двумя руками я ловко стянул их с ее гладких ног. Убирая их в карман, я никак не объяснил свои действия.
Она резко выдохнула, когда мои пальцы несколько раз прошлись по ее сердцевине взад-вперед, и я намеренно сильнее надавил на ее клитор. Ческа была голой, гладкой и насквозь мокрой. Мой большой палец проник в ее теплую киску.
Ее рука сжала мое запястье.
— Ты ранен, тебе не следует быть там, внизу.
Я перетянул влагу изнутри нее к клитору и начал кружить.
— Хочешь вместо этого сесть мне на лицо?
Она застонала, легкий румянец окрасил ее щеки.
— Я не это имела в виду. Что я имела в виду…
Ее слова оборвались, когда я убрал большой палец и протолкнул в нее два пальца, медленно прорабатывая ее изнутри и снаружи. Мой член болезненно затвердел, умоляя уделить ему немного внимания. Скоро, наберись терпения.
— Вчера у меня был день рождения. Так что позволь мне отпраздновать и сказать тебе спасибо одновременно, — потребовал я.
Ее рука отпустила мое запястье. Ее глаза расширились, но она ничего не сказала, скорее всего, из-за шквала вопросов, которые хотела задать. Ни на один из них она не захотела бы получить ответ.
Убрав пальцы, я схватил вибратор, валявшийся на полу. Ее рот открылся от удивления, и я легко вдавил его в нее, изогнутый конец крепко зацепился за ее точку G, а кроличьи пальчики задержались на ее клиторе. Мой палец завис над кнопками; в тот момент, когда она собралась заговорить, я нажал на них.
Удерживая его в нужном положении, я отрегулировал настройки и наблюдал за ее реакцией.
— Представь мое удивление, когда я обнаружил эту красоту. Мысль о том, что это внутри тебя… — я оборвал себя, качая головой при виде образа, который сформировался в моем сознании о том, как она доставляет себе удовольствие. — Мне нужно было самому посмотреть на это в действии.
— Ты рылся в моих вещах, — обвинила она с придыханием.
Установив максимальную пульсацию для обоих, я ухмыльнулся, взглянув вниз, когда ее влагалище обернулось вокруг него.
— Ты действительно злишься из-за этого?
— Да, но… не прямо сейчас, — простонала она, чувствуя, как ее охватывает оргазм.
Ее красивое лицо исказилось, а рот слегка приоткрылся в экстазе, пока я удерживал игрушку неподвижно. Ее тело дернулось и снова поймало мое запястье, пытаясь оттолкнуть его.
— Слишком много.
— Этого никогда не бывает слишком много.
Я на мгновение убрал настройки, мимолетно задумавшись, какой у нее был опыт.
Отказавшись снимать устройство, я снова включил его на самый высокий уровень и слегка отрегулировал. Ее тело содрогнулось, голова откинулась назад от сдавленного крика. Второй оргазм, последовавший за ее первым, был сильнее. Я наблюдал, как она крепко сжимается вокруг устройства, отчаянно желая оказаться внутри нее и почувствовать, как она так сильно сжимает меня.
Когда она кончила от кайфа, я вынул его. Выключив, я отбросил его в сторону и лизнул дорожку от ее входа к клитору. Ее вкус остался у меня на языке, и я покусал чувствительный бутон. Я отстранился, просунув член сквозь джоггеры. Неудивительно, что предварительная сперма испачкала небольшой участок.
— О боже мой, — рука Чески лежала у нее на груди, над сердцем, которое, без сомнения, бешено колотилось. — Раньше такого не случалось дважды подряд.
Напрягшись, я поднялся на ноги и подвел Ческу к себе.
— Это было только для начала. Я хочу услышать, как ты требуешь большего, когда я войду в эту сладкую киску.
Я обхватил ее ноги вокруг своей талии, мои руки сжались на ее коже. Ее руки застыли на моих плечах. Я проводил нас до ее спальни, несмотря на ее протесты, что я не должен этого делать из-за моих травм.
 
— Я больше не хочу ничего слышать о моем покрытом синяками и побоями теле, — я прищурил глаза, кладя ее на край кровати. — Все, что я хочу слышать, это звук, когда ты вцепляешься в мой член, кричишь от удовольствия и видеть, как твои глаза закатываются к затылку. Поняла?
Кивнув в знак согласия, Ческа стянула с себя топ и кружевной бюстгальтер в тон. Я достал из бумажника презерватив и бросил его на кровать.
Оценивая изображение ее тела, представшее передо мной, я изучал осязаемый изгиб ее бедер. Поставив колено на кровать, я раздвинул ее бедра. Мои руки ласкали щедрый изгиб ее грудей. Сдвинув их вместе, я втянул в рот верхушку каждого соска, вызвав стон.
Во мне закружилась жажда, и я прижался к ней. Я нежно подул на ее кожу, прокладывая дорожку ко рту. Ческа обхватила меня сзади за шею и приподнялась мне навстречу, когда я слил свои губы с ее. Провоцируя поцелуй глубже, я дразнил ее своим языком и успешно растворился в ощущении всего, что было в ней.
Я ничего не знал об этой женщине, но хотел знать все.
Шаркая, я вернулся и встал, сняв одолженные джоггеры. Отложив их в сторону на потом, я гордо поглаживал себя, пока Ческа тащилась к краю кровати.
Я замедлил темп, когда она, сглотнув, легонько провела пальцем по моему пирсингу.
— Лестница Джейкоба?
— Новый опыт? — спросил я, хватая презерватив и натягивая его по всей длине на пирсинг.
— Да.
— Тебе это понравится, — пообещал я, обхватывая ее ноги вокруг своей талии.
Она упала навзничь и оперлась на локти, чтобы лучше видеть, прикусив нижнюю губу.
— Ты уверен?
— На сто процентов.
Выпрямившись, я медленно кормил ее своим членом, дюйм за дюймом. Она жадно приняла меня в себя. Такая теплый, такая мокрая. Я сделал паузу, не делая никаких движений, пока опускался до самого дна, улучив момент, чтобы посмотреть вниз, туда, где мы соединялись.
— Ты знаешь, как хорошо ты выглядишь, когда я внутри тебя?
Я вышел, и мы оба смотрели, как я неторопливо скользнул обратно.
Я придерживался ровного ритма, не ускоряя темп. Я раздвинул и держал ее за бедра, приказывая ей лечь плашмя на спину. Я наклонился так, чтобы мой пирсинг затронул каждый нерв внутри нас обоих для максимального удовольствия, желая, чтобы это длилось долго, но зная, что это ненадолго.
Это будет больше, чем одна ночь, — пообещал я себе.
Одной рукой я обхватил ее клитор, одновременно вращая бедрами.
— Посмотри на эту киску. Интересно, сколько сможет выдержать твое тело, хмм? Я хочу дразнить тебя, пробовать тебя на вкус и чувствовать, как ты кончаешь вокруг меня. Я хочу заполнить тебя.
— Боже, Нико, — простонала она, ее глаза остекленели.
Какая-то нить внутри меня оборвалась при звуке моего имени, и я исчез. Ускорив шаг, я держал ее широко открытой для моего обозрения. Я вонзался в нее без всяких ограничений, опьяненный. Я был полностью потерян в соединении наших тел.
Положив ее руку на клитор, я призвал ее поиграть с собой.
— Сделай это, — потребовал я.
Без колебаний она потерла себя, ее внутренние стенки сжались вокруг моего члена. На ее груди появился румянец, и я навалился на нее, сжимая бедра и толкаясь внутрь.
Ческа напряглась вокруг меня, ее оргазм настиг меня и по спирали отправил меня к освобождению. Я грубо завладел ее губами, сплетая свой язык с ее языком. Толкнувшись в последний раз, я мертвой хваткой вцепился в покрывало кровати и простонал ее имя.
Через несколько минут я отодвинулся, уже скучая по ощущению ее тела и желая снова погрузиться в нее. Избавившись от презерватива, я лег на кровать рядом с ней, где Ческа натянула на себя простыни.
Стягивая их, я проигнорировал ее очевидную застенчивость. Забравшись на кровать, я навис над ее телом. Я покрутил верхушки ее сосков, затем провел пальцем вокруг них. Я наблюдал за ее реакцией на каждое движение, пробуя свою руку опуститься к ее киске и наслаждаясь ее небольшим толчком из-за чувствительности, мои пальцы были накрыты ее оргазмом.