Твоя (не) любимая (СИ)

– А ты откуда знаешь? Следишь за ним?
– Это тебе не мешало бы последить за своим мужем, пока он не начал изменять тебе, Рита, – резко бросает она.
– Ты опять за старое? – раздражаюсь я. – Если это все, то я пойду спать. Не хочу обсуждать свою личную жизнь.
– Как ты можешь быть такой, Маргарита? Неужели тебе все равно? Посмотри на меня! – громко восклицает. – Твой отец бросил меня, когда я была беременна тобой! Хочешь такой же участи?
– Причем здесь ты и я? – от маминого звонкого голоса у меня в висках начинает пульсировать. Еще немного, и разболится голова. – Мам, все. спокойной ночи. Я не позволю тебе испортить такой хороший день тем, о чем уже давно пора забыть.
Мама начинает раздувать скандал из ничего, и я сбрасываю вызов. Черт возьми! Ну что с ней не так?
Первым делом открываю входящие сообщения и быстро печатаю ответ Глебу и Альбине, а затем с замирание сердца читаю то, что пришло от Матвея. Мужчина задает несколько рабочих вопросов и в самом последнем сообщении просит перезвонить. Но я откладываю звонок на завтра, поскольку в Москве уже девять вечера, маловероятно, что Градов все еще находится на работе. Поэтому я отправляю ему ответ, что перезвоню утром, и убираю мобильный на прикроватную тумбу.
***
Проснувшись задолго до рабочего дня в столице, я лежу в кровати с открытыми глазами и пялюсь в потолок. Все мысли сосредоточены только на сложившейся ситуации: ребенок, Матвей, работа. Вариант, который мы обсуждали с Алей, не самый плохой, и в нем я вижу выход.
Между тем, стрелки на часах близятся к восьми утра, а это означает, что столица уже давным-давно проснулась. Я набираю Градова, даже не предполагая, во что выльется грядущий разговор.
– Доброе утро, Марго, – на том конце провода раздается бархатистый голос с хрипотцой раздается.
– Доброе утро! Ты хотел обсудить новую финансовую стратегию, Матвей, – начинаю я сразу с первого вопроса. – В письме все подробно расписано, но если что-то непонятно, я готова к диалогу.
– Готова к диалогу? – усмехается Градов. – Вопросов больше чем ответов, Марго, а ты готова к диалогу по телефону. Твое присутствие необходимо здесь и сейчас, неужели ты сама не понимаешь этого?
– В начале следующей недели я выйду на работу, Матвей, – глухо произношу я.
– Какого черта ты вообще решила уехать, Марго? Неужели ты сама не понимаешь, что сейчас не время для отпуска? – раздраженно выплевывает Матвей.
– Так сложились обстоятельства, – быстро отвечаю я, чувствуя, как сердце в груди ускоряет свой ритм..
– Какие обстоятельства? – в голосе Градова слышится ярость.
Я прикрываю глаза и бесшумно выдыхаю. Вот он – момент, когда я могу сказать правду. Так проще – не видеть перекошенное лицо мужчины, который в настоящий момент не хочет детей.
– Я беременна, Матвей, – решаюсь рассказать.
Мужчина несколько секунд молчит. Я предполагала, что эта новость его шокирует. Но он ничем не выдает своих эмоций, которых, кстати говоря, возможно, и нет, или же он просто быстро берет себя в руки.
– Беременна? – голос Градова меняется до неузнаваемости.
– Да, – коротко отвечаю.
– И?
– Что и?
– Ты уехала из-за беременности? – непонимание слышится в голосе Матвея.
– Можно и так сказать.
– Зачем тебе понадобилось уезжать? — спрашивает Градов. — Я не понимаю, как твой отъезд связан с беременностью.
– Он связан не с беременностью, а с отцом ребёнка, – тихо говорю я.
– Твой муж не хочет этого ребенка? — в голосе отдаленно слышатся язвительные нотки.
— Нет, да и не в этом дело, — спокойно отвечаю.
— А в чем же? — глухо спрашивает он.
— Это не его ребенок, — выдыхаю.
— Удивляешь, Марго, – тон Матвея резко становится серьезным. – И чей же он?
Я делаю глубокий вдох и, закрыв глаза выдаю:
— Твой.
На несколько секунд в трубке воцаряется неловкое молчание. В какой-то момент мне начинает казаться, что Матвей сбросит вызов, но секунды продолжают светиться на экране мобильного.
— С какой стати я должен поверить, что это мой ребенок, Рита? — на этот раз Градов шокирован.
 
— Я никогда не лгала тебе, — говорю первая, что приходит мне в голову.
— Он не может быть моим. Я пока еще нахожусь в своем уме.
— Но это правда, — повышаю голос.
— Марго, не говори глупостей, — раздраженно произносит он. — У тебя есть муж, и ты пытаешься повесить на меня чужого ребенка. Это смешно.
— Матвей, между мной и Глебом…
— Меня не интересуют твои отношения с мужем, — отрезает Матвей.
— У меня их нет, Матвей. Мы друзья, — начинаю терять самообладание.
— Советую тебе найти какого-нибудь простофилю и повесить ему на уши эту плохо приготовленную лапшу, — выплевывает мужчина.
— А зачем по-твоему мне лгать? — задаю встречный вопрос, ощущая, как в горле застревает ком. Похоже, гормоны дают о себе знать.
— Это лучше ты мне скажи.
— Я не лгу, Матвей.
— Не лжешь сейчас, значит, лгала тогда?
— Это просто невыносимо, — шепчу я.
— Ты утверждала что пьешь таблетки, — почти по слогам говорит Матвей.
— Я этого не говорила, — выдавливаю из себя.
— Марго, у нас был с тобой разговор об этом, — настаивает он. — Я спрашивал тебя о таблетках.
— Я сказала, что тебе ни о чем беспокоиться. Но но речи о том, что я их пью, не было.
— Бред. У тебя есть муж, Марго. Со мной ты провела несколько ночей, из которых лишь раз был незащищенный. Так с чего ты решила, что ребёнок мой? – рявкает мужчина.
— Да ни с чего! — резко бросаю, пытаясь сдержать слезы, которые выступают на глазах. После затянувшегося молчание я собираюсь сбросить вызов, но на том конце провода раздается хриплый голос Градова:
— Чего ты хочешь? — ледяной тон пробирает до мурашек.
— Чтобы у малыша был отец. Чтобы он знал о его существовании. И чтобы ребенок родился в браке, Матвей, — спокойно отвечаю я. — Потом разведемся.
Градов снова молчит, а я замиранием сердца жду его ответа. Если бы Матвей не задал этот вопрос, я просто сбросила бы вызов. Но теперь назад пути нет.
— Нет, — отрезает он, а я ощущаю себя жалкой и беспомощной, что вообще решила обратиться к нему с такого рода просьбой.
— Хорошо, я тебя услышала, — сохраняя самообладание, произношу я.
— Дело ведь не в ребенке, Марго. Я тебя слишком хорошо знаю. Зачем тебе брак со мной? — несется следующий вопрос.
— Ты ведь знаешь, у меня пунктик на эту тему. Ребенок должен родиться в браке.
— Знаю, но какое мне дело? Откуда мне вообще знать о существовании ребенка? Может, ты и ребенка выдумала, как таблетки, – взрывается он.
— Могу предоставить тебе доказательства, — нервно усмехаюсь.
– Даже, если ребенок есть, то нет никаких гарантий, что он мой. И я не понимаю, какого черта ты пытаешься повесить его на меня, — ледяным тоном говорит он. — Ты уверена, что он мой? Ты ведь спала не только со мной, но и со своим мужем.
— Я не пытаюсь никого на тебя повесить! — на этот раз взрываюсь я. — Если я не выйду замуж, то потеряю работу, кому как не тебе знать об этом.
— Марго, большего бреда я еще не слышал. Ты и так замужем. Придумай что-нибудь более реалистичное.
— Между мной и Глебом ничего нет, Матвей. А ещё все руководители филиалов должны быть примерными семьянинами, ты не в курсе? — не могу скрыть свой язвительный тон. — Ты же акционер компании.
— Нет, — резко отвечает он. — Скажи мне, как связан брак со мной, твой настоящий брак, твоё рабочее место и этот ребёнок?
Матвей делает шумный вдох, а я приказываю себе взять себя в руки. Ругаться с отцом своего ребенка и по совместительству начальником — последнее дело в моем случае.
— Мы с Глебом аннулируем брак. И если я в течение месяца не выйду замуж, совет акционеров понизит меня в должности. Мне нужен брак с тобой. Тем более, ты отец моего ребёнка
— Нет, — после короткой паузы произносит он.
— Знаешь, я и сама не в восторге от ситуации… — начинаю я, игнорируя его ледяной тон. Пытаюсь успокоиться, мысленно подбирая нужные слова, но Градов резко обрывает меня: