Твоя (не) любимая (СИ)

Я резко оборачиваюсь. С территории соседнего коттеджа выезжает дорогая иномарка, а из окна высовывается голова мужчины. К счастью, это не тот человек, который вызвал во мне неприязнь сегодня утром.
— Приветствую! Вышла подышать свежим воздухом, — сдержанно произношу я.
— В такое-то время? — присвистывает второй, открывая дверь автомобиля с пассажирской стороны. — Хочешь прокатиться с нами?
— Нет, — отрицательно качаю головой. — Мне пора. Хорошего вечера.
— Уехал твой любовничек. И даже ничего не сказал, — заплетающимся голосом говорит он, делая уверенный шаг ко мне навстречу. Это как раз тот самый мужчина. — Но ты можешь присоединиться к нам.
— Нет, спасибо, — быстро отвечаю и возвращаюсь к воротам особняка, надеясь только на то, что этот ненормальный не успеет за мной.
Несколько секунд мне требуется, чтобы оказаться за воротами. К счастью, меня никто не преследует, но я по-прежнему чувствую себя неспокойно. Не понимаю Матвея. Зачем так поступать?
В руках неожиданно вибрирует мобильный, а на экране светится имя «Матвей». Делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться и не высказать того, о чем впоследствии могу пожалеть. Смахнув по экрану вправо, я отвечаю на звонок.
— Марго, что-то случилось? — голос Градова кажется уставшим. — Почему не спишь?
— Случилось!? — задыхаюсь от возмущения. — Ты бросил меня одну в незнакомом месте. По-соседству с похотливыми мужланами. А в остальном все в порядке.
— Рита, — начинает он серьезно. — Я тебе сказал, что уеду ненадолго. Ты ответила, что будешь спать, и попросила не тревожить.
— Не было такого, — рявкаю в ответ, но после смягчаюсь: — Я этого не помню. В сонном состоянии я все, что угодно, могу сказать. Так где ты находишься, Матвей?
— Уже совсем рядом, въезжаю на территорию поселка, — Градов довольно сдержанно отвечает на мой выпад. — Я тебе все объясню сейчас. С глазу на глаз.
— Жду с нетерпением, — язвительно произношу я и сбрасываю вызов.
Мне не хватает времени остыть, когда на пороге особняках возникает Матвей. Но как только я собираюсь открыть рот, Градов щелкает выключателем, и вся прихожая наполняется светом. Выглядит мужчина, мягко говоря, так себе. Похоже, причина его отъезда в самом деле оказалась весомой.
— Что случилось? — выдавливаю из себя вместо того, чтобы наброситься на него с обвинениями. — У тебя кровь, Матвей.
— Она не моя, — хрипло говорит мужчина. — Сестра и ее парень разбились на мотоцикле.
— Они… — вопрос в ужасе застывает на губах. Не решаюсь его задать.
— Живы, — Матвей резко выдыхает. — Сестра в сознании, она мне и позвонила. У нее ушибы и ссадины. Врачи сказали возможное сотрясение. И шок. А вот Миха в тяжелом состоянии. Он в себя пока не пришел.
— Какой ужас, Матвей. Мне так жаль, — искренне говорю я, касаясь кончиками пальцев его плеча. — Я и не знала, что у тебя есть сестра.
— Я сам не знал до определенного момента, — пожимает плечами Градов.
— Эта ведь та девушка, что была с тобой в отделе женского белья? — задаю вопрос. — Мне показалось ей не больше восемнадцати.
— Да, это она. Ей двадцать один, а выглядит как школьница, — кивает он.
— Она еще учится?
— Учится и работает в свободное время, — быстро отвечает Градов, сбрасывая обувь.
— Это похвально.
Взяв меня за руку, Матвей подходит в гостиную и садится на диван, утягивая меня за собой. Некоторое время мы сидим молча, нежась в объятиях друг друга, пока мужчина не решается впустить меня в свою жизнь, рассказав о своей внезапно появившейся сестре.
— О Милене я узнал еще до нашего с тобой разрыва. Незадолго до того, как умер отец, — он делает многозначительную паузу.
— У Леонида Сергеевича был роман на стороне? — осторожно спрашиваю я то, что и без этого очевидно.
— Да. Когда мне было восемь, у отца случился роман, — продолжает рассказ Градов. — Мама выгнала его, а спустя два месяца он вернулся. Она очень любила его, поэтому и приняла обратно. С тех пор они жили душа в душу. Так говорил отец. Мама эту тему никогда не поднимала.
 
— Почему он раньше не познакомил вас с Миленой? — спрашиваю я, удивленная откровенностью Градова.
— Он узнал о ней только перед самой смертью. Мили сама вышла на него, когда заболела ее мать.
— Эта история напоминает мне бразильский сериал, — горько ухмыляюсь я.
— Я и сам долго не мог принять маленькую выскочку, — печально улыбается Матвей. — Но после того, как она потеряла мать, все изменилось.
— Что с ней произошло?
— Рак. Она долго боролась с ним, но болезнь победила.
— И у нее остался только ты, — заключаю я, опуская голову на грудь Матвея.
— Да, — подтверждает мужчина.
— Знаешь, тогда в отделе нижнего белья вы смотрелись, скорее, как пара, — хмыкаю я. — Как ей вообще удалось затащить тебя в магазин?
— Обманом и хитростью, — усмехается Градов. — Как же еще?!
Еще около получаса мы с Матвеем беседуем на самые разные темы. Больше он не откровенничает, впрочем, как и я. В моей копилке тоже есть некоторые секреты, о которых Градову неизвестно. Да и о чем с ним говорить? В наших отношениях нет никакой ясности. Да и откуда мне знать, что это не его очередная игра?
— Извини, Марго, что не ответил на звонок сразу, как ты позвонила. Могу себе представить, что ты обо мне подумала, — неожиданно произносит Матвей, разворачиваясь меня к себе лицом.
— А для тебя имеет значение, что я подумала? — серьезно спрашиваю я, заглядывая в темные уставшие глаза.
— А ты думаешь, может быть как-то иначе? — так же серьезно отвечает вопросом на вопрос.
— Сложно сказать, что творится в твоей голове, Матвей, — честно признаюсь я.
— Лучше в ней не копаться, — смеется он, а затем касается губами кончика моего носа. — Пойдем спать? Поздно уже.
— Ты иди, я почитаю немного. Сон как рукой сняло после твоего отъезда.
Матвей не спорит. Он медленно притягивает меня к себе и нежно целует сначала в щеку, а затем и в губы. Мужчина зарывается носом в мои волосы и трется о них щекой.
— Доброй ночи, Матвей, — шепчу я, касаясь губами мочки уха.
— И тебе, Марго, — он устало улыбается и уходит в сторону спальни, оставляя меня наедине со своими неоднозначными мыслями.
  
Глава 13
 
Утро следующего дня у меня начинается раньше, чем у Матвея. Он так безмятежно спит рядом, что его привычную складку на лбу почти незаметно. Градов обычно встает рано, не в его правилах валяться в постели до обеда — всему виной события прошедшей ночи.
Аккуратно поднимаюсь с кровати, стараясь не разбудить мужчину, и, накинув на себя футболку, выхожу из гостевой спальни. В ванной комнате провожу по меньшей мере полчаса и, хорошенько взбодрившись под теплыми струями воды, возвращаюсь в спальню. Матвей еще спит.
Насчет завтрака думать не приходится — стоит лишь разогреть вчерашнее мясо, приправив его свежими овощами. Займусь этим чуть позже. Поэтому вместо кухни я топаю в библиотеку. Стоит мне войти сюда, как я моментально забываю обо всем на свете. Как же мне нравится здесь! Книги в твердом переплете — моя особая любовь. До сих пор поражаюсь, как меня угораздило пойти в финансовую сферу, если тянет совсем в другое направление.
Я внимательно изучаю коллекцию книг одного популярного автора, с творчеством которого мне еще не довелось познакомиться. Выбираю роман с наиболее притягивающим взгляд названием и открываю первую страницу книги. Сюжет захватывает с первых строк, и я сама не понимаю, как втягиваюсь в водоворот быстро меняющихся событий. Оторваться удается только тогда, когда за моей спиной слышится какой-то шорох.
— Привет! — улыбаюсь я.
— Привет, — низкий голос с нотками хрипотцы заполняет комнату.
— Давно тут стоишь? — интересуюсь я, оставляя закладку на последней прочитанной странице.
— Пару минут, — Матвей медленно приближается ко мне. — Ты была так увлечена, что не хотелось мешать.