Попаданка для дракона (СИ)

— Я не потеряюсь! — причитала она.
Зато я запросто потеряюсь. Это мой первый выход в нижний город, на рынок, и я чувствовала себя, мягко говоря, не уверенно. Кругом шумно, людно, весело, а я чувствовала себя не в своей тарелке, потому что кроме обычных горожан, нам то и дело попадались солдаты. И каждый раз, когда взгляд натыкался на знакомую форму, у меня сердце делало отчаянный рывок и проваливалось до самых коленок. Мне везде чудился Рэй, его присутствие будто незримо витало над городом.
Я мечтала увидеть его, хоть одним глазком, но в то же время боялась этого больше всего на свете.
— Пусти! Так неинтересно! Ты мешаешь мне смотреть.
Я действительно мешала, вцепилась в девчонку клещом, и ни на шаг от себя не отпускала.
— Если ты от меня сбежишь, я обижусь, — ничего глупее и придумать нельзя, но я не знала, как еще с ней совладать.
— Да не убегу я!
— Честное драконское?
— Честное драконское.
— Ну хорошо, — я нехотя разжала пальцы и малявка тут же метнулась в сторону ближайшего магазинчика, — Стой!
— Иди сюда! — изнутри донесся веселый детский голос, — тут самые вкусные сладости.
В магазине было светло и уютно, а еще пахло радостью. Да. Именно так. Ваниль, корица, мята, мандарины и карамель. Все смешалось в сочный дурманящий коктейль, лишая силы воли. Я словно в тумане пошла вдоль прилавков — рогалики с кремом, петушки на палочках, карамельные пряники и конфеты в форме драконов. Столько всего, что разбегались глаза.
— Будешь что-нибудь? — спросила у Еси, а сама едва боролась с слюной, заполнившей рот. Так бы все и съела.
— О, да, — у нее блестели глазенки, — буду. Вот это, это, это и еще вон то, то, то и то.
— У тебя попа не слипнется? — с сомнением поинтересовалась я.
— Пусть слипается, — девочка отмахнулась, — переживу.
Из магазина мы вышли с огромным вощеным пакетом сладостей. Продавщица узнала в румяной Есмине дочь императора и еще добавила от себя подарочков: орешки в сахарной глазури, желейные палочки и сушеную малину.
— А ты почему ничего не ешь? — спросила она, уминая сладости за обе щеки.
— Это все твое.
Девочка посмотрела на меня странно, потом сама залезла в пакет, достала сахарный рогалик и протянула мне.
— Вдвоем веселее.
— Как скажешь, — я не стала кочевряжиться и приняла сладость, — спасибо!
Было приятно и очень вкусно. Настолько, что я блаженно щурилась, откусывая каждый новый кусочек.
— Потом пойдем в магазин игрушек, — распорядилась Есмина, — там такие куколки красивые бывают. Загляденье.
Я не стала уж говорить, о том, что где эта хулиганка и где куколки. Хочет игрушек — пусть будет. Может отвлечется и перестанет громить замок, а заодно и мне спокойнее будет.
Ближе к вечеру, вдоволь нагулявшись и устав, мы с ней ползли в замок довольные и счастливые. Я объелась вкусняшками так, что, наверное, у меня самой все слипнется, руки оттягивали тяжеленые пакеты — тут и игрушки, и одежда и еще куча всякой мелочи, которая, я уверена, никогда никому не потребуется. Сама Есмина плелась рядом, зажимая подмышкой потрёпанную куколку, которую ей подарила женщина в одном из лавок. Игрушка была далеко не первой свежести, но Есмина ее захотела — Есмина ее получила. Выкину потом, когда наиграется.
Еще на подходе к замку стало ясно, что там что-то происходит. Что-то особенное, потому что солдаты, охраняющие внутреннюю стену, которые обычно не спеша прохаживались туда-сюда, сегодня носились, как ненормальные, всем своим видом демонстрируя крайнюю занятость. Нас с Есминой без разговоров пропустили внутрь, а вот какого-то мужика, тащившегося следом, остановили и устроили допрос с пристрастием: кто, куда и зачем.
Очень странно, непонятно и тревожно.
Есмина снова убежала вперед, бросив меня наедине с пакетами, а я, решив притвориться хрупкой девушкой, обратилась к первому попавшемуся стражнику:
— Молодой человек, поможете донести? — улыбнулась здоровенному детине с грозным лицом бульдога.
Он с такой радостью схватился за мои пакеты, что я даже испугалась
 
— С удовольствием, — оглянулся через плечо, будто опасался, что кто-то сейчас придет и устроит разборки.
Когда мы с ним поднялись на второй этаж я поинтересовалась тихим шепотом:
— Что случилось то? Все какие-то странные.
— Шерр вернулся, — он раздраженно дернул плечами, — теперь никому покоя не будет.
— Шерр?
— Эйрон Шерр, — сказал он как само собой разумеющееся и посмотрел на меня как на дурочку, когда я не прониклась и вообще руками только развела на такое громкое заявление, — Пепельный генерал.
— Ах, этот, — протянула я, судорожно соображая, чем это может обернуться для меня. — Злой?
— Въедливый. Все ему надо.
Плохо. Я как-то уже вписалась в жизнь замка и на меня никто не обращал внимания. Подумаешь, ходит тут какая-то, за ребенком императорским присматривает. Никому до меня нет дела. Оставалось надеяться только на то, что и генералу будет не до няньки. Пусть занимается своими важными генеральскими делами, а ко мне не лезет.
После слов верзилы я еще больше убедилась, что слишком засиделась в этом городе. Давно пора действовать. Я знаю, где Слеза, знаю, что надо делать. Осталось дело за малым. Выкрасть ее и выбраться из города.
Поднявшись на последний этаж, я забрала у стражника пакеты, поблагодарила его за помощь и отправилась в детскую, очень надеясь, что Есмина там и никуда не ускакала, пока я тащилась наверх. А еще я очень надеялась на то, что во время прогулки она набегалась, устала, и ляжет пораньше спать, а не как обычно — за полночь.
Мне нужно было отдохнуть, собраться с мыслями, наметить план действий и, наконец уже, сделать ЭТО!
На следующий день, пока Есмина занималась с учителем, я решила пройтись по замку, повидать Офелию и вообще разведать обстановку. Обход начала с Огненной Башни, там поболтала с уже знакомым охранником, посетовала о том, как нелегка судьба няньки для маленького дракона, потихоньку выведала про то, как охраняют вход, какие смены, кого надо опасаться, а с кем можно договориться. И все это под прикрытием присмотра за Есминой.
Полезная должность оказалась.
Потом спустилась на этаж к прислуге и отыскала Офелию:
— О, смотрю у тебя щеки нарастать начали и не только, — как всегда бесцеремонно заявила она, хлопнув меня по заду, — на девицу уже становишься похожа, а не на палку сухую.
Я уже привыкла к этой грубоватой женщине, поэтому не обижалась на такие высказывания:
— Как у вас тут дела?
— У на-то все хорошо, а вот почему ты без дела по замку шляешься? — подозрительно спросила он.
— Старый Ханс забрал мою подопечную на занятия. Теперь три часа точно не отпустит, поэтому у меня перерыв.
— Перерыв, говоришь, — она задумчиво потерла щеку, и мне очень не понравился ее расчетливый взгляд.
— Да, перерыв, но мне надо…надо, — я никак не могла придумать, что же мне надо.
Зато у Офелии таких проблем не было:
— Тебе надо помочь нам на кухне!
— Я ж просто пришла поболтать, — взмолилась я.
— Некогда болтать — работа ждет!
Через пять минут я уже стояла в общей раздаточной:
— Я не в форме.
— Ничего. У тебя тоже синее платье. Сейчас передник белый накинем и пойдет. Скрытник включишь и вообще никто не заметит.
Почему я вечно умудряюсь встрять? Сходила, называется, разведала обстановку. Лучше бы в комнате сидела и яблоками хрустела, но деваться уже некуда. От Офелии еще никто не уходил.
— У меня мало времени. Скоро Еся закончит, и я должна быть у нее в комнате, — я все еще пыталась отказаться от сомнительной подработки.
 
— Час у тебя точно есть, так что успеешь, — в этот момент окошко раздачи открылось, и девочки начали подходить за подносами, — все давай. Что делать — знаешь.
По закону подлости меня снова отправили в Летний Зал, который находился чуть ни не в другом конце дворца. Пока туда дойдешь, пока накормишь, пока вернешься — столько времени псу под хвост.