Любовь побеждает время
Проблема заключалась в том, что подходящего инструмента для нарезки ветвей в кухне не обнаружилось. Как уж там Харди справился с кедром, так и осталось загадкой. Упругие ветви остролиста искололи Вивиан все руки. Кухонные ножницы ситуацию не спасли, равно как и нож. Усталая и раздосадованная, молодая женщина окинула взглядом ветку с алыми ягодами. Да, здесь без секатора не обойдешься!
Дерек не велел ей выходить из дома, ссылаясь на непогоду. Но ведь конюшня всего в нескольких сотнях ярдов! Расстояние невелико, а она ведь еще и оделась довольно тепло!
Но стоило гостье завернуть за угол, как налетел холодный ветер и пробрал ее до самых костей. Надвинув капюшон на самый лоб и сожалея, что отказалась от шерстяного нижнего белья, она пересекла двор и, с трудом отворив массивную дверь конюшни, проскользнула внутрь.
Приход Вивиан остался незамеченным. Она в изнеможении прислонилась к стене и постояла немного, наслаждаясь пахучим теплом. Предзакатные лучи проникали в окно; две электрические лампы заливали помещение золотистым светом.
Вдоль стен тянулись ряды денников: пять слева и пять справа, разделенные забетонированным проходом. Справа от двери обнаружилась лесенка, уводившая к антресолям, доверху заполненным брикетами ярко-желтой соломы и блеклого сена.
Полуоткрытая дверь слева вела в кладовку. Там хранилось всевозможное конское снаряжение: седла и уздечки, потники и мази, масла и скребки.
В воздухе разливался аромат сена, пряный запах животных щекотал ноздри. Тишину то и дело нарушали приглушенные звуки: стук копыта о дерево, довольный хруст, журчание воды, что текла по двум желобкам поилок. Где-то в глубине слышались голоса мужчин.
Это место чем-то напомнило Вивиан церковь: возможно, причиной тому явилось торжественное безмолвие или окно, окрашенное в темно-синие тона зимних сумерек, испещренное алыми предзакатными бликами.
Окликнуть Дерека и нарушить тишину вдруг показалось святотатством. Молодая женщина неуверенно двинулась вперед, на звук голосов, по пути с удовольствием рассматривая лошадей. Одни отрывались на мгновение от кормушек и без особого интереса оглядывали гостью, справедливо рассудив, что толку с нее никакого. Другие тихо пофыркивали и следили за ней огромными умными глазами.
Вивиан уже почти поравнялась с последним денником, когда со скирды соломы в углу донеслось глухое рычание и ретривер Чарли преградил гостье дорогу.
— А ну лежать! — тихо упрекнула пса Вивиан, на всякий случай останавливаясь на почтительном расстоянии. — Не я ли вот уже второй день кормлю тебя олениной, неблагодарный ты пес!
Чарли снова заворчал, на этот раз громче, так, что услышали мужчины. На мгновение воцарилась гробовая тишина, тревожная и угрожающая, и в следующее мгновение Вивиан едва не сбили с ног: Харди пулей вылетел из-за угла, свирепо потрясая кошмарными вилами, а за ним по пятам несся Дерек с молотком.
При виде гостьи мужчины застыли на месте.
— Ох, — выдохнул Кейдж, смущенно потупившись. — Это ты!
— Для Санта-Клауса рановато, — весело заметила Вивиан, — так кому и быть, как не мне?
— А мы подумали, конокрады, — пояснил Харди, с вилами наизготове.
— Лишняя осторожность не помешает, — подтвердил Дерек.
— Да уж, наверное, — кивнула Вивиан, хотя на самом деле реакция мужчин показалась ей несколько странной.
— В доме все в порядке? — Дерек снял шляпу и отер лоб.
— Разумеется. А что?
— Тогда чего вас сюда принесло? — взорвался старик.
— Ищу, чем бы нарезать остролист. Прошу прощения, если забрела на запретную территорию. Я подумала, что у вас найдется секатор.
— Разумеется! — выдохнул Дерек. — Конечно, найдется. Убери вилы, Харди, пока не проткнул кого-нибудь ненароком.
— Вот и Чарли меня того и гляди съест! — пожаловалась Вивиан.
— Вам с Чарли неплохо было бы подружиться, — задумчиво заметил Дерек, отзывая собаку. — Пес составил бы тебе компанию, пока мы заняты здесь.
— Да, собственно, скучать мне некогда, но если ты считаешь, что лишнее общество мне не помешает, так Сейла более дружелюбна. Так и вертится под ногами.
Мужчины снова переглянулись.
— Ага, — сказал Харди, — но Чарли надежнее...
— На Чарли можно положиться, — подтвердил Дерек.
Вивиан недоуменно воззрилась на них.
— Ну, если конокрады ворвутся в кухню среди бела дня...
— Ты права, мы делаем из мухи слона! Это все ты виновата: прокралась в конюшню и перепугала нас до полусмерти! — Дерек отбросил молоток. — Собственно, на сегодня я почти закончил, так что, пожалуй, прогуляюсь с тобой до дома.
— А как насчет остролиста?
— Я сам его нарежу. Тебе вообще не следует выходить из дома: ты слишком легко одета... — И тут Дерек умолк, разглядев ее костюм. — Бог ты мой, где ты раздобыла куртку... и прочее?
— Я дал! Это вещички Джанет: я их сберег, — пояснил Харди. — Пожалуй, я поставлю припарку кобыле, и хватит с меня на сегодня. Или есть еще работенка?
Дерек покачал головой.
— Похоже, мы сделали все, что нужно.
— А что не так с кобылой? — шепнула Вивиан, оглядываясь через плечо: старик исчез в крайнем деннике.
— Растянула связку, ничего серьезного. — Дерек взял ее под руку и повел к выходу. — Пошли, вернемся в дом. Ты явно не создана для конюшен.
— Может, и нет, но я отлично понимаю, почему мистера Блейка отсюда клещами не вытащишь. Здесь так покойно и хорошо! И лошади... — Молодая женщина застенчиво улыбнулась своему спутнику. — Старик, конечно, прав, уверяя, что я не отличу, где у лошади хвост, а где — морда, но даже я вижу, какие они красивые. Что ты с ними делаешь?
Дерек усмехнулся:
— Я их не ем, честное слово! В холодильнике ты не найдешь ни куска конины.
— Выдумал тоже! Да мне это и в голову не приходило! Я хочу сказать: они выигрывают призы на скачках или просто украшают собою ферму?
— Пожалуй, второе. — Дерек остановился и почесал нос гнедому красавцу, просунувшему морду сквозь прутья. — Эти — для состязаний на короткие дистанции, так что я немножко занимаюсь селекцией. Но по большей части просто езжу верхом. Во времена моего деда тут паслись целые табуны, а мне и этих хватает. В мое отсутствие Харди превосходно управляется один. А летом мы нанимаем в помощь местных ребятишек.
Конь легонько толкнул хозяина в грудь и фыркнул. Вивиан в испуге отскочила.
— Боже, он хочет тебя укусить?
Дерек так и зашелся смехом.
— Нет, дорогая, он есть просит. Хочешь покормить его?
— Нет уж, спасибо, — отозвалась Вивиан, ничуть не обидевшись на смех: от ласкового слова сердце ее сладко замерло. — Того и гляди руку оттяпает!
Одной рукой обняв спутницу за плечи, Дерек извлек из кармана морковку.
— Ничего не бойся, — успокоил он. — Снимай-ка перчатку и подай ему угощение на ладони.
— Можно, я хоть перчатку оставлю?
— Нет. Иначе не оценишь удовольствия.
Случайно оброненное слово «дорогая» и рука, обхватившая плечи, не оставляли места страху. Вивиан решительно стянула перчатку.
— А теперь протягивай морковку! Ну, смелее! — поощрил Кейдж. Конь уже потерял всякий интерес к хозяину и хищно поглядывал на незнакомку.
— Дерек, — пролепетала молодая женщина, — нас с этим зверем друг другу толком не представили, а как можно доверять такому гиганту, даже если он самого восхитительного бронзово-золотистого оттенка?
— Он гнедой, — поправил Дерек. — Его зовут Прайз, он прожил на свете ни много ни мало шестнадцать лет и за все это время мухи не обидел. И твои подозрения его бы не на шутку оскорбили.
Ощущая на себе терпеливый взгляд огромных карих глаз и страшась прочесть насмешку в глазах ослепительно синих, Вивиан подняла руку. Конь потянулся к протянутой ладони. Легкое, словно поцелуй, прикосновение шершавых губ — и морковка исчезла.
— Ну как? Понравилось?
Позабыв о традиционной сдержанности, Вивиан просияла блаженной улыбкой: детская, озорная радость переполняла все ее существо.
— Что за лапушка! — воскликнула она, и в следующее мгновение Дерек привлек ее к себе, и оба расхохотались от души.