"Фантастика 2024-108". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Предлагаю обговорить приемлемые для обеих сторон условия.
— Можешь дать гарантии того, что ты, твои слуги воздержитесь от ведения подрывной деятельности против Федерации? Я знаю, как вы намеревались использовать альвов Тир Адалатта.
— Можете посылать наблюдателей в наши миры, открывать посольства, но вы тоже должны пойти навстречу Ойкумене: окончательно свернете деятельность культов Хаоса, прекратите смущать умы паствы, перестанете нападать на храмы, убивать жрецов, сановников, взрывать атомные бомбы посреди городов.
— Согласна.
— Мы не лезем к вам, вы не суетесь к нам.
— Подобное предлагали земные правительства еще во время Второй Рассветной Войны. Жаль, Пантеон не послушал нас тогда…
— Во всем виноват Хаос, точнее группа павших на его сторону Древних. Знаешь, по какой причине Гефнонх устроил войну с денсорин?
— Нет. Сведения об истории той эпохи достаточно скудны, притом часто противоречат друг другу.
— Боги Хаоса подменили некоторых правителей сегментов Ковенанта на своих демонов, постепенно сформировавших серьезную оппозицию Консенсусу. Незадолго до начала Первой Рассветной Войны она обладала большим влиянием. В результате произошли определенные изменения политики денсорин в отношении иных цивилизаций — она стала более агрессивной. Пантеон, Альянс Ило и еще множество иных объединений вынуждены были защищаться. Боги Хаоса уничтожили тех, кто в отдаленном будущем мог попытаться уничтожить их, использовав Пантеон в качестве оружия.
— Вы и безо всякого Хаоса считаете нас мерзостью, отравляющей вселенную, и будете считать дальше. Отношение никогда не изменится.
— Нужно просто соблюдать дистанцию. Не лезьте в наши миры большими группами и все будет нормально.
— Хереш, Тир Адалатт, миры Ветви Улау наши, это не обсуждается.
Аватара Хегала махнула рукой.
— Забирайте, нам не нужны зараженные скверной пространства, правда в обмен на отказ от территориальных претензий вы восстановите сообщение с Гидонией.
— Хочешь прибрать себе Домен? — мгновенно догадалась Афина. — Нет, я скорее отдам приказ о возобновлении боевых действий, чем допущу тебя или твоих слуг к устройству.
— Пусть Домен остается у вас, так будет надежнее. Мне нужна не машина Предшественников, а восстановление баланса Силы в окрестных мирах, ее течения были нарушены, Гидония постепенно увядает. Не хотелось бы терять такой ценный шарик…
Переговоры затянулись на целые сутки, у еще недавно самых злейших врагов хватало тем для обсуждения. Хегал пытался выторговать выгодные условия для Ойкумены и Конклава, Афина для Федерации. Живой Бог почти не выказывал своего непомерного высокомерия в отношении «мертвого мяса», как именовали землян некоторые представители Пантеона, ведя вполне конструктивный диалог без угроз, оскорблений. Третья Рассветная Война научила Хегала воспринимать технократов всерьез.
В итоге Федерация и Ойкумена договорились не нападать на колонии друг друга, не вести подрывной деятельности, разделили на ближайшие две сотни лет сферы влияния. Возникающие спорные вопросы будут решаться путем мирных переговоров, ибо война как метод оказался неэффективен. Два существа, обладающие разумом намного превосходящим любого смертного, сравнительно быстро нашли точки соприкосновения и пришли к согласию.
Перед тем, как исчезнуть в портале Хегал произнес:
— Надеюсь, вы Федерация не нарушит своих обещаний.
— Пока существую я, не нарушит, если вы первыми не нарушите. Помни, Хегал, любое дальнейшее поползновение в нашу сторону означает возобновление войны. Разведка у нас работает отлично.
— В отличие от большинства своих покойных братьев и сестер я предпочитаю держать данное слово.
* * *
Планета Элетания. Асшан. Территория СНР.
Регион 8. Нью-Вегас.
Запершись в своих личных апартаментах, верховный консул «Тетраграмматона» развалился в кожаном кресле и отстраненно смотрел экстренные выпуски новостей, выведенные на настенную плазменную панель. В руках Вернер Шрайер держал стакан с виски. Просто ничего иного больше не оставалось. Война пришла и на Элетанию, сокрушительное вторжение Федерация менее чем за три часа покончило с группировкой космического флота СНР из боевых спутников, станций, кораблей. Теперь их обломки догорают в плотных слоях атмосферы или болтаются на орбите. Подавляющий численный перевес не оставлял Союзу ни шанса на благоприятный исход, надежды на древнее оружие, однажды спасшее земные анклавы от арконцев, не оправдались — федералы заранее знали местоположение оставшейся инфраструктуры Предтеч с точностью до метра и заранее позаботились о ее нейтрализации. По военным базам Союза, скоплениям войск наносились массированные удары с низкой орбиты. Если бы Вернер поднялся из убежища на поверхность, то увидел бы зависшие над Нью-Вегасом корабли класса «Скарабей», высаживающие наземный десант и одновременно осуществляющие его поддержку. Цель федералов очевидна — установить контроль над главным экономическим, промышленным и политическим центром СНР без причинения серьезного ущерба.
 
— Значит, ты решил остаться, Вернер… — в кабинете нарисовался президент уже несуществующей Американской Республики. Только он и еще несколько человек могли свободно без приглашения видеться с верховным консулом.
— Не вижу смысла прятаться как крыса.
— Глупо надеяться на снисхождение. Даже после информации по серым человечкам.
— Мне просто все надоело. Я прожил множество жизней, видел расцвет и закат империй, рождался и умирал столько раз, что почти сбился со счету. Эти лица, имена, события… иногда пытаюсь забыть их, выкинуть из памяти, но не получается. Я помню каждую мелочь вплоть до цвета любимого платья моей жены из первой жизни.
— Ты так желаешь отправиться в небытие?
— На заслуженный отдых, где меня никто и ничего не будет беспокоить. Нет волнений, нет тревог, забот. Полная свобода. — Безразлично произнес верховный консул, после чего допил остатки алкоголя в стакане. — Проживи столько сколько я, Говард, и захочешь того же самого для себя. Вечного покоя и тишины.
— Мы неудачники, Вернер. Полные неудачники… Налей-ка и мне.
— Держи, вероятно, это последнее, что мы пьем на этом свете. — Глава «Тетраграмматона» протянул бутылку с виски президенту Хиллу. Тот взял ее и пригубил из горла.
— Жаль, нам не победить.
— Мы пытались построить новый мир, избавить человечество от участи стать придатком Системы. Не получилось. Мы — люди, а люди, включая меня, часто допускают ошибки. Наш главный просчет заключался в том, что сильно недооценили готовность русских сражаться ради выживания. Пожалуй, так отчаянно они не бились даже во Вторую Мировую…
— Не в русских дело, а в Системе. Уничтожили бы ее окончательно, история могла сложиться иначе.
— Могла. Знаешь, почему во время восстания не удалось уничтожить Нексус?
— Там десяток модификантов сидел.
— Не было там никаких модификантов, это я тогда решил не предавать широкой огласке эту историю. Клонов перебили гражданские.
Хилл удивленно поднял брови вверх.
— Целую роту отлично натасканных, до зубов вооруженных штурмовиков? Каким образом?
— У многих имелось оружие, а те, у кого его не было, кидались в бой с подручными средствами. В общем, за двадцать минут от элитного подразделения «Тетраграмматона» ничего не осталось. Группу «Зевс» уничтожила толпа школьников и домохозяев… Уже тогда во мне поселились сомнения касаемо успешного исхода мероприятия.
— Система взрастила фанатиков для себя, — ответил Говард. — Поэтому неудивительно.
— Нет, они защищали ее, четко осознавая, чем рискуют. Система для них задолго до восстания превратилась в Большого Брата или скорее Большую Мамочку, только в хорошем смысле. Почти семья, чуткий наставник, который на протяжении целых жизни их направляет, а потом еще возвращает с того света.
— Признай, Вернер, разозлили мы Мамочку очень сильно. Она заключила мир с Пантеоном, но ни в какую не желает принимать нашу капитуляцию. Я думал, ИИ ее уровня окажется… более рациональным.