"Фантастика 2024-108". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Если ты не великий воин, проливший реки крови во славу Повелителя, не хитрый жрец, склонивший в вере десяток миллионов заблудших душ, об иной участи кроме поглощения анимуса можно не мечтать. Лишь один из сотен тысяч достигает относительного бессмертия, и то, пока Повелитель благосклонен. Впасть у Высших в немилость проще простого — порой достаточно неосторожно брошенного слова.
Запретный Храм изнутри был гораздо больше, чем снаружи, это достигалось за счет пространственного сжатия. Каэлам умудрился впихнуть невпихиваемое. В верхней половине сооружения располагался зал в форме пирамиды посреди которого стоял роскошный нефритовый трон, рассчитанный на рост аватары полубога. Внизу, судя по известным мне сведениям, находились библиотеки, хранилища магических вещей, лаборатории. Только Каэлам да пара приближенных обладали доступом туда. Осматривая пол да фрески на стенах, я допустил оплошность, ненадолго выпустив из поля зрения Анору, Колдунья встала столбом и не реагировала на внешние раздражители. Ее глаза словно заволокла катаракта, искра разума в них быстро угасала.
— Плохо, очень плохо.
Я достал из кармана своего пальто пару сушенных грибных ножек и насильно скормил их чародейке. Ее рассудок постепенно начал проясняться, взгляд приобретал осмысленное выражение.
— Что со мной произошло?
— Воздействие божественного одурманивания, еще немного и ты бы перестала быть собой.
Анора поморщилась.
— Ужасный привкус.
— Пришлось накормить тебя грибочками. Не переживай, если начнутся галлюцинации, тошнота, онемение конечностей…
— Грибы? Серьезно?
— Алхимия жизни, зная какие процессы протекают внутри тела, можно ими управлять.
Анора кивнула головой.
— Давай искать вход.
Перед нами возникло полупрозрачная трехметровая фигура в черном плаще, лицо призрака скрывала стилизованная под череп маска. Точь в точь как изображенный на фресках Каэлам.
— Вы посмели осквернить священное место, смертные, — угрожающе заговорил фантом на древнеоданском наречии. — Наказание за это — смерть.
— Постой! — призрак посмотрел на меня. — Мы не ради наживы вломились сюда, нам нужны только твои печати.
— Нет!
Крик разумной морфопроекции многократным эхом отразился от стен зала.
— Да не кричи ты так, давай нормально поговорим.
— Какой-то смертный червяк еще смеет указывать богу!?
— Ты всего лишь заточенный в стенах Храма псевдодух, сгусток магии, сотворенный для его защиты. Что касается твоего создателя… думаю, он умер или покинул Феллиме.
— В тебе нет ни капли магии. Ты с Земли, смертный?
— Надо же, ты еще про Землю знаешь.
— Когда-то я был одним из тех, кто вел Армады в бой против Предтеч, а затем и против твоего племени.
— Да, жаркие деньки были.
— Я потерял многих братьев и сестер, целые армии вторжения сгинули в горниле той войны.
— Пантеон сам виноват, мы неоднократно хотели договориться, но вы и думать не хотели ни о каком перемирии. К'тал, Нихаду, сам Творец — самовлюбленные дураки, возомнившие себя столпами вселенной.
— Не имеет значения, Семнадцать канули в небытие и уже никогда не вернутся. — О, как ты ошибаешься, дорогой. — Но ответь, откуда явился ты? На Земле не могло остаться сложных форм жизни. Падающие с неба осколки Луны, отравленная вулканическими выбросами и скверной среда, множество катаклизмов… обитаемая планета не способна оправиться после такого.
— Мы выжили. Теперь там снова процветает жизнь.
— Должен признать, твоя раса не настолько никчемна, как мы думали.
— Так ты отдашь печати?
— С какой стати я буду отдавать ценнейшие артефакты в лапы заклятому врагу?
Я пожал плечами:
— Ты не испепелил нас на входе, решил побеседовать со мной, поделиться воспоминаниями. Видно тяжко пребывать в одиночестве столько веков, а тут какие-никакие гости заявились.
— Мое основное воплощение… его действительно больше нет?
— Последнее задокументированное появление Каэлама произошло в 3752 году эпохи Наэт'ки Им, после от тебя след простыл. Последние пять тысяч лет люди предоставлены сами себе.
 
Морфопроекция опустила голову. В крупице полубожественной сущности чувствовалась печаль и тоска.
— Тогда мое дальнейшее существование теряет всякий смысл.
— Помоги нам! На Феллиме вот-вот появится новый полубог, и в отличие от тебя он порождение Стихии.
— Земляне же дружат отродьями Хаоса.
— Наши интересы разошлись, перед перемещением сюда я участвовал в очищении Дарана от демонов и их прислужников. Анактеп или Старший, так зовут нашу главную проблему, был моей целью.
— Как вам удалось обойти Завесу? Она непроницаема.
— Случайность.
— О, Божественный, умоляю, позволь нам снять созданную тобой Завесу. — Прибегла Анора к лести. Или на нее так грибы действуют? — Или мир погибнет.
— Не обращай внимания, у нее рассудок помутился.
— Попала под влияние порчи, к счастью она успела достаточно прочно закрепиться в ее теле и душе. Слишком долго находилась в святилище Хаоса. — Глаза Аноры снова заволокла молочно-белая пелена. Когда я хотел броситься на помощь, силуэт Каэлама преградил мне путь. — Не нужно вмешиваться, я постараюсь выкорчевать из нее семена этой заразы.
— То есть она…
— Хотела заполучить печати и лично преподнести их Старшему.
— Или ты врешь? Ни у кого из магов, с которыми я общался, не имелось никаких симптомов поражения порчей.
— Внешние проявления легко скрыть. Вот, погляди, — Каэлам создал рядом с Анорой визуализированную модель ее биоэнергетической составляющей. В полупрозрачной голубоватой проекции тела наблюдались уродливые ржаво-красные метастазы, проросшие в голове, животе и левой руке. — И это не самый запущенный случай, ядро анимуса почти не затронуто. Процесс обратим.
— Честно признаться, я удивлен, что ты решил вылечить жалкую смертную, одержимую Хаосом. Обычно тебе подобные не воспринимаете всерьез мешки с мясом.
— Я помогаю не просто так.
— Разумеется, — кивнул я. — Чего потребуешь взамен?
— Поможешь провести ритуал вселения, я не собираюсь прозябать тут до скончания времен.
— Вдруг я не сдержу слово? Меня магической клятвой не свяжешь.
— Тогда твой народ потеряет шанс узнать секреты Пантеона Семнадцати.
— Какая разница? Они же все сгинули.
— Не навсегда, есть шанс, что часть Гефнонха уцелела и благодаря ей могут возродиться сильнейшие из Богов. К'тал, Хегал, Ваод.
— Зачем тебе так подставлять свою родню? Обидели чем-то?
— Опять пресмыкаться перед Повелителем? Соблюдать оторванные от реальности законы Свода? Участвовать в ненужных мне войнах? Я хочу сам распоряжаться своей судьбой.
— Мы естественные враги для Высших, уничтожающие источник вашего могущества.
— Дело не в этом. Договориться при желании можно всегда. Просто Творец сильно испугался, увидев возможные варианты будущего, испугался то, чем ваша цивилизация могла стать. Часть полубогов была против войны с Землей, особенно когда Стихия пожрала две трети наших миров, но кого волнует мнение каких-то Наместников…
— Боги Хаоса переиграли нас всех в равной степени.
— Странник, так ты поможешь?
Про то, что Святой Пантеон постепенно возрождается мы узнали во время вторжения на Эйнэ Шалакх. Может сведения Каэлама не обладают ценностью, а возможно окажутся крайне полезными. Упускать такого «языка» глупо.
— Помогу.
Каменная плита в полу перед нефритовым отодвинулась, открыв проход в нижнюю галерею.
— Принеси сюда призму из горного хрусталя. Найдешь ее в сундуке возле пьедестала с моими доспехами.
— Что ты задумал?
— Занять тело Аноры. Не навсегда, лишь на время. Призма позволит вытянуть мой анимус из стен Храма и переместить в живой сосуд.
— В любом случае это уничтожит ее разум.
— Какое тебе дело до нее? Насколько могу судить по ее воспоминаниям, ты воевал с возглавляемой ею группой магов на протяжении веков.