"Фантастика 2024-108". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
— Командир, излучение растет!
— Вот же ж… — закрепленный на моей руке сканер фиксировал скачкообразный рост интенсивности магического излучения. Опыт подсказывает — нужно срочно бежать или искать укрытие. Демон оставил ловушку на случай появления гостей.
Через коридор прямо на нас с ужасающей скоростью неслась стена колдовского огня.
— Приготовьтесь. Сейчас будет жарко.
— А как же вы? — побеспокоился обо мне облаченный в ''Пехлеван'' солдат. — Погибните…
— Ничего страшного.
Ненавижу чувствовать себя запеченной в духовке курицей. На прежнем теле не было живого места от шрамов, я так часто получал термальные ожоги, что никакие регенерационные процедуры не могли полностью залечить рубцы. Пару раз даже приходилось делать пластические операции для восстановления лица. Посмотрим, как выдержит кибернетическое туловище.
— Сука!
Несмотря на отключенные заранее болевые рецепторы, ощущать то, как вместе с элементами экипировки сгорает плоть мало приятного. Жар достигал температуры девятисот градусов — почти напалм. Когда волна огня прошла, я мог лицезреть собственные руки с остатками обуглившейся плоти, камуфляжа, среди которых отчетливо проглядывал темно — серый металл. Ну точно, терминатором стал. Гелла выглядела не лучше — вся обгоревшая, на освободившихся от кожи участков красуется титановый каркас и синтетические мышцы из углеволокна. Вторые для движения не столь важны и служат скорее для более убедительной имитации человеческого тела, лицевой мимики, их утрата, повреждение некритичны, в качестве запасного варианта в дело вступят сервоприводы.
— Вы целы, парни? — обратился я к технопехоте.
— Порядок.
Бронекостюмы ''Пехлеван'' способны выдержать кратковременное воздействие высоких температур, однако абсолютной гарантии не даст никто. Вдруг система охлаждения даст сбой и человек превратится в запеченную курицу — гриль. Троим БРП ''Головник'', что составляли часть команды, подобные удары, что слону дробина. Их специально создавали для сражений с колдунами — пироманьяками.
— Что с боеприпасами и оружием?
Один из армейцев попробовал выстрелить из АК-13 и ничего. Автомат дал осечку, порох, несмотря на специальную формулу, пришел в негодность.
— П…ец и ''калашу'', и БК…
Огнестрельное оружие в одночасье сделалось бесполезной кучей металла и углепластика, благо пси — пушка более тугоплавкая, чем автоматы.
— Меняем план. Вы трое, возвращайтесь назад.
Из бойцов в наноброне плохие специалисты по ближнему бою, против хаосита, ускоряющего в сотни раз движение молекул собственного тела и ловить нечего. Плазменные пистолеты в качестве второстепенного оружия плохо подходят по той причине, что практически не пробивают силовой щит. Продвигаться дальше к источнику маны продолжили без части группы.
Мы оказались в купельном зале, где хаоситы раньше принимали ванны и устраивали мерзкие оргии. Противные запахи серы, аммиака, крови, разложения здесь витают до сих пор. Как‑то мне довелось увидеть воочию подобное мероприятие, впечатления остались крайне отвратительными. В зале наряду со мной, Геллой и пятеркой роботов — убийц присутствовал еще один индивидуум демонического происхождения. Тварь представляла собой распухшую полуразложившуюся тушу ростом до потолка с жуткой зубатой пастью, куда влезет взрослый человек. Ее кожа противного черно — синюшного цвета, пораженная гангреной, вся покрыта язвами и фурункулами с сочащимся оттуда гноем. Не замечая нас, демон своими жирными короткими ручонками разбирал каменную кладку стены на части и пытался собрать на коленке портал. В воздухе неподалеку вращалось кольцо из булыжников, на поверхности которых нанесены магические руны. Демон, судя по движениям, очень спешил нанося символы на камни и делая из них каркас для одноразовых межмировых врат. Я направил в гниляка подавитель.
— Прощай дружок!
В последний момент демон резко дернулся, узконаправленный поток пси — излучения попал ему не в еле различимую голову, а в область плеча. Внушительный кусок туловища вместе с рукой обратился в пепел, тварь издала булькающий хрип и бросилась в сторону недостроенного портала, замерцавшего красными огнями. Второй залп прошивает хаота насквозь и задевает портал. В ту же секунду происходит что‑то непредсказуемое. Грохот. Вспышка света, будто взорвалась сверхновая и вот подо мной уже нет твердой поверхности, я лечу вниз к покрытой ковром зеленой травы земле. Откуда на Даране зеленая трава? Обычное человеческое тело при падении с десятиметровой высоты в лучшем случае отделается тяжелыми переломами, кибернетическое туловище пережило это без серьезных последствий в виде легкого сотрясения мозга и вывиха плечевого сустава. Я, стокилограммовый металлический болван, с ускорением в 9,47g впечатался в каменистую почву. Рядом со мной падали каменные глыбы из черного мрамора, куски стен. Куда же меня занесло? Вправив вывих, я огляделся по сторонам. Альпийские луга какие‑то, что б меня. Даже в двенадцатом тысячелетии они мало изменились, но швейцарскими Альпами данное место не является. Мой компьютеризированный мозг измерил ускорение свободного падения, не совпадающее с земным и элетанским.
''Миша, если получил сообщение ответь.'' — Уже лучше, я не один попал сюда, на связь вышла Гелла. Наши радиочастотные модемы имеют дальность до двухсот километров, неплохо для начала.
''Тут.''
''Хорошо, тебя удалось запеленговать, находишься примерно в шестнадцати километрах от меня. Иди на юго — юго — запад, там встретимся.''
''В каком мире мы находимся?''
''Фрелиом.''
Безымянная получается… Хьюстон, у нас серьезные проблемы, сей мир до настоящего момента считался потерянным, ни Новая Ойкумена, ни Федерации до него не успели добраться. Это значит, тут нет ни одного наших форпостов, орбитальных спутников, не с кем выйти на связь. Мы в полной изоляции. Хотя не совсем, у Геллы в тело встроена нанокузница, теоретически если раздобыть нужные редкоземельные элементы, может получится собрать квантово — механический передатчик и вызвать своих. Надежда остается, поэтому впадать в отчаяние преждевременно. Выберемся рано или поздно…
* * *22 мая. Элетания, Асшан, южный Калидор. Нейтральные территории, г. Нью — Вегас.
Ни один из известных городов больше не обладает такой неповторимой атмосферой как Нью — Вегас, основанный пятьдесят земных лет назад группой американцев, не захотевших становиться частью Федерации. Это место стало новой Меккой для различных отщепенцев, авантюристов, да и просто туристов, желающих получить свежие впечатления. Ночью никогда не бывает темно из‑за чрезмерного количества неоновых вывесок и голографических реклам, на улицах можно встретить представителя абсолютно любой разумной расы из ближайших секторов будь то местные альфары, демоны Хаоса, искаженные порчей джехан и гхуллы, или здоровяки ашукры с Земли. В Нью — Вегасе находится место для всех. Юрисдикция Федерации здесь чисто номинальная, отсюда и процветающая организованная преступность, куча банд, промышляющих как мелкими грабежами, так и заправляющих крупными делами вроде полулегального игорного бизнеса, торговли оружием и наркотиками. Нью — Вегас, несмотря на внешний блеск, привлекательность, опасное место, где слабые не выживают. Для Саргила это идеальное укрытие, с одной стороны более или менее цивилизованное, с другой никто не спросит, кто он такой и откуда прибыл. Вездесущий контроль Системы здесь резко ограничен, конечно, местная полиция постоянно ловит или уничтожает самых отпетых бандитов, но тех, кто не слишком высовывается, почему‑то не трогает. Затеряться среди стотысячного населения умелому магу не составляет труда, еще один положительный момент — в Вегасе отсутствует запрет на использование мелкой магии, на каждом углу не установлены излучатели подавляющего поля. Сбежав в очередной раз от российского спецназа на Элетанию, Саргил изменил лицо, радужку глаз, голос, цвет кожи со смуглого на белый, комплекцию тела, слегка увеличив рост и ширину плеч, даже запах пота и множество других деталей, поскольку биометрические систем сканирования обмануть очень сложно. Теперь его, пожалуй, вычислят только через анализ жизненной спирали или как ее называют федералы — ДНК. На неопределенный срок Саргил решил затаиться под боком Федерации, как говорится: хочешь что‑то хорошо спрятать, спрячь это на видном месте.