"Фантастика 2024-108". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Здравствуйте, товарищ Афанасьев. У меня к вам личная просьба. Мы можем поговорить в кабинете?
— Да-да, конечно, — закивал тот. — Проходите, пожалуйста… Зина! — он повернулся к секретарю. — Никого ко мне не пускать, и приготовь чай. Быстро!
Соломенцев присел за стол, поближе к месту, где располагалось кресло главного редактора, а внучка оккупировала стул у самого выхода, скромно присев на краешек. Афанасьев быстро занял своё место и вопросительно уставился на члена ЦК.
— Понимаете, Виктор Григорьевич… моя внучка прошла отбор по заявке на работу в некоем закрытом городе… Она учится на журфаке МГУ, и мне бы хотелось аккредитовать её, как вашего спецкора в этом городе.
— Михаил Сергеевич, я бы с радостью, но штат сотрудников укомплектован под завяз… корреспонденты летают, ездят, бегают в любые точки Советского Союза… у нас нет мест, которые были бы закреплены за кем-то конкретно… — развёл он руками.
— Хорошо, но внештатным сотрудником, с правом печати её фамилии в заметках, вы можете оформить?
— Штат утверждается в ГКТР, — вздохнул Афанасьев. — Без их одобрения не могу…
— Ясно… тогда не буду вас более задерживать, — Соломенцев резко встал и решительным шагом направился к двери, заодно поманив Ксению. — Пойдём, внучка.
Как только дверь за ними захлопнулась, главред дрожащими руками взял трубку телефона и набрал номер Лапина.
— Сергей Георгиевич, приветствую! Тут такое дело… — он поведал о визите главы Комитета партийного контроля.
— Виктор Григорьевич! Не думал я, что ты окажешься таким недальновидным. Ты хоть понимаешь, КОМУ отказал, и ЧТО может за этим последовать? Кресло под тобой ещё не скрипит? Нет? Значит, заскрипит в ближайшее время!
— Но он же сам наказывает за протекцию! — с пылом возразил тому главред. — Я думал, что это проверка!
— Напрасно… видимо, теряешь хватку…
— Ну ты же знаешь, что у меня штат укомплектован опытными людьми, а тут девушка… судя по возрасту, ещё студентка… помоги по старой памяти, а?
— Я постараюсь, но ничего не обещаю… И надо было соглашаться на спецкора… что-нибудь потом бы придумали…
— Скажи ему, если приедет к тебе, что я звонил и согласен на такой вариант!
— Поздно пить «Боржоми», — усмехнулся в трубку Лапин. — Такие просьбы два раза не повторяются.
* * *
Соломенцев был не столько зол, сколько раздосадован — его задумка рухнула от упорства главного редактора «Правды». Нет, в чём-то Афанасьев был прав, стремясь быть принципиальным, но сейчас Михаил Сергеевич лихорадочно искал пути решения в этой ситуации. Без должности корреспондента ни ему, ни Ксении не выдержать в споре с её родителями.
— На Пятницкую, 25, — назвал он адрес шофёру, едва сел в свою машину.
— Дедуль, что будем делать? — осторожно спросила Ксения.
— Ещё не вечер… — хмуро бросил он в ответ.
Новый визит Михаила Сергеевича в Государственный Комитет Телевидения и Радиовещания был, по сути, последним вариантом: искать или обзванивать остальные именитые газеты Соломенцеву претило — не с его положением в ЦК это делать.
Как и в прошлый раз, он зашёл в кабинет к Сергею Георгиевичу, но сегодня у Лапина была явно рабочая обстановка — он и та самая женщина-эксперт что-то обсуждали, склонившись над каким-то бумажным документом.
— Добрый день, Михаил Сергеевич, — приветствовал его глава ГКТР и сразу поинтересовался озабоченным взглядом. — Что-то случилось?
— Помощь нужна, Сергей Георгиевич… внучке нужен статус корреспондента… хотел в «Правду» устроить, но там отказали…
— Они там белены объелись? — не утерпела и нарушила субординацию Обручева.
— Нет, в принципе, всё правильно… — горько усмехнулся Соломенцев.
— Извините, Михаил Сергеевич, а ваша внучка что заканчивала? — полюбопытствовал Лапин.
— Здесь такая ситуация… в общем она прошла отбор на работу в закрытом городе… в том самом, откуда мне пришли те музыкальные записи… Учится на журфаке МГУ… хорошо учится… я хотел попутно устроить её корреспондентом газеты…
— Михаил Сергеевич, а если не газеты, а молодёжного музыкального журнала? — Елене Петровне сразу пришёл на ум Велтистов.
 
— А почему бы и нет? — Соломенцев вопросительно посмотрел на Ксению.
— А можно узнать, что за журнал? — осторожно спросила та.
— «Кругозор», — усмехнулась Обручева.
— Вы… вы серьёзно? — опешила девушка. — Да кто меня туда возьмёт…
— Ещё и спасибо скажут, — снова усмехнулась Елена Петровна. — Я звоню? — оглядела она мужчин.
— Звоните! — в голосе Соломенцева появились властные нотки.
— Алло, Евгений Серафимович, добрый день. Это Обручева… звоню из кабинета товарища Лапина, поэтому так официально… Вы интересовались, как выйти на коллектив в Рябиновске? Что, отказали, да ещё предупредили, чтобы больше не совал нос куда не надо? А если вам дадут шанс получить там своего корреспондента на постоянной основе? Замечательно! Тогда срочно подойдите в кабинет Сергея Георгиевича. Всё, вас ждут.
Велтистов не заставил себя долго ждать — уже через несколько минут Ксения стала полноправным спецкором журнала «Кругозор». Более того, именно он порекомендовал обратиться в «Комсомольскую правду» и попытаться получить такой же статус для освещения злободневных проблем или новых вех в развитии города. По просьбе Михаила Сергеевича Лапин сделал звонок и туда, а через тридцать пять минут от прибывшего из «Комсомолки» главного редактора Ксения получила вторую корочку спецкора.
10 января 1983 года. Подмосковье. Дача Андропова. Три часа пополудни 
Ещё рано утром в московском направлении из Рябиновска стартовало три «Волги». Одна из них осталась в Рязани — Константин решил снова «пощипать» РРТИ и привлёк для этого дела чету Невских, а две остальные двинулись дальше, к Москве.
Пятничный разговор по ЗАСу с Крючковым Остапов провёл в несвойственной ему манере общения — сыпал некими неопределённостями и попросил аудиенции у Андропова, не став прыгать за спину Владимиру Александровичу. Зная о том, что генерал-майор доселе не совершал ни единой ошибки, глава КГБ, скрипя сердцем, дал санкцию на такой разговор, тем более, что Александр Петрович попросил и его присутствовать. Заодно уведомил о готовых списках людей на роль потомков.
Зная из истории государства, где находилась дача генсека, Остапов провёл обе машины по оптимальному маршруту. Охрана проверила документы у всех сотрудников и запустила их внутрь территории дачи. Александра Петровича дежурный офицер охраны проводил в дом, а остальные остались ждать у машин. У лестницы второго этажа генерал-майора перехватил Крючков.
— А теперь внятно, почему ты потребовал встречи с Юрием Владимировичем?
— Потому что я тоже потомок, — коротко, но ёмко охарактеризовал ситуацию Остапов. — В свете изменяющегося положения дел мне нет смысла дальше скрывать этот факт.
— Ладно, пошли, — с каменным лицом глава КГБ проводил его в кабинет «Шести».
Едва они зашли внутрь, Крючков в приказном тоне потребовал объяснений. Рассказ Александра Петровича был долгим и с предоставлением доказательств: на стол легло пластиковое удостоверение майора ФКБ России, значок «филина» и несколько оперативных приказов времён становления его как сотрудника спецслужб в Рябиновске.
— Почему решил раскрыться? — спросил его Андропов.
— Юрий Владимирович, а смысл дальше вести двойную игру? Мы же ничего плохого в СССР не делали… наоборот…
— Теперь мне понятно, почему ты за всю службу не сделал даже мелкого нарушения или ошибки, — покачал головой Крючков. — Ну вот не бывает так, чтобы сотрудник шёл вверх по карьерной лестнице, не совершая даже мелких просчётов… а здесь как будто всё наперёд знаешь и «соломку» подстилаешь, — усмехнулся он и повернулся к главе государства. — Что будем делать, Юрий Владимирович?
— А ничего, — встал тот со своего места. — Мы Рокотова не тронули, и каков результат? Вовремя ликвидирована угроза утечки сверхсекретной информации о Рябиновске… А он, — генсек кивнул на Остапова, — меньше, чем за год дорос до генерал-майора… И знает каждый уголок в городе… И ведь даже сейчас в таком вопросе действует по инструкции о конспирации — о нём и его людях знать будем только мы с тобой. Нам даже не нужно изобретать опознавательный знак для потомков — всё уже придумано до нас, — усмехнулся Андропов. — Теперь я хочу знать о полном политическом раскладке ТАМ, — подчеркнул он последнее слово. — Присаживайся, будем тебя дальше слушать…