"Фантастика 2024-108". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Где работаете, товарищ Голиков? — в том же тоне задала вопрос Ермакова-младшая, для пущей уверенности нахмурив брови по максимуму.
— Катя!
— Да ладно, Тань, — усмехнулся Игорь. — хочет поиграть в следователя — пожалуйста. Работаю сейчас в Институте кардиологии, что в Петроверигском переулке, 10. Знаете, где это?
— Разберёмся! Продолжайте…
— А почему не записываете? — парировал он с усмешкой.
— Здесь вопросы задаю я.
— Катя!! — мать перешла на крик.
— Обалдеть… как в КГБ на допросе… — снова усмехнулся Голиков, но продолжил игру. — Что ещё о себе сказать…
— Семейное положение, — подсказала девочка.
— А! Да, совсем забыл… увы, брак был неудачен: жена оказалась стервой, — развёл он руками.
— Меркантильной? — уточнила Катя.
— Какие мы слова знаем… — нарочито восхитился Игорь. — Да, можно и так сказать… ах, да!.. про жильё вы забыли, товарищ юный следователь… снимаю квартиру… — он назвал адрес. — Пока вроде всё.
— Игорь, извини её, пожалуйста…
— Извиняю, — улыбнулся тот. — Но, тем не менее, ты не прекратила этот допрос… Значит, тоже хотела выяснить подробности моей жизни? — он испытывающе посмотрел на Ермакову-старшую. Та молчала. — Ладно, я не претендую на признание. Как ты? Где работаешь? Всё также в нейрохирургии?
— Можно и так сказать, — уклончиво ответила Татьяна.
— Тань, зря ты пошла по этому направлению… — он покачал головой. — Нет, понимаю, что это оно перспективное, но женщина и нейрохирург… не сильно совместимые понятия… Хорошо, что ты — исключение из правил. Но давай сменим тему. Знаю, что ты вышла замуж…
— Не, интересно, а как тогда я появилась на свет? — фыркнула Катя.
— Катя! Да что ж это такое, а? — поведение дочери уже начинало выводить Ермакову-старшую из себя.
— Да ладно. Я понимаю её ревность к другому представителю мужского пола, что и её отец. Кстати, как Олег?
— Папа погиб в автокатастрофе, — холодным тоном проинформировала его девочка.
— Что? — снова опешил Голиков. — Извините, я не знал…
— Игорь, они с Катей попали в автокатастрофу. Дочь выжила, он — нет.
— Понятно… прими мои искренние соболезнования. Но давайте сменим тему. Так где ты сейчас работаешь? И над чем? Наверняка есть какая-то научная тема?
— Игорь, моя научная тема за семью печатями, — усмехнулась Ермакова-старшая.
— Ты серьёзно? А как так получилось?
— Мама на подписке, — снова нахмурилась Катя. — Что тут непонятного?
— Ого! А ты у мамы секретарь? — ухмыльнулся он.
— Товарищ Голиков, вы не играйте с огнём… не надо…
— Катя, ПЕРЕСТАНЬ! — злым шёпотом приструнила её мать.
— Да ладно… подумаешь… — девочка демонстративно повернулась к ним спиной.
— Игорь, ещё раз извини её пожалуйста… Да, я на подписке, поэтому ничего не могу рассказать подробно.
— Везёт же тебе…. небось, интересная тема?
— Очень.
— А меня скоро выпихнут… не сработался с Куклиным. Махровый ретроград, блин… идеи военного времени или около того… Все нововведения встречает в штыки и проверяет по сто раз.
— Слушай, а что тебя ещё держит в Москве? — на ум женщины пришла авантюрная идея.
— Да практически ничего… маму схоронил три года назад… апоплексический удар… даже я не смог помочь… семьи нет, квартиру оставил жене… В общем, без роду, без племени… — он грустно усмехнулся.
— А если я тебе предложу такую тему, что через пару лет Куклин к тебе приползёт на коленках и станет умолять поделиться опытом?
— Ты это серьёзно? — опешил он.
— Только учти, что назад дороги уже не будет… никак и никогда.
— Какая интрига… — покачал он головой.
— Туда дуй, оттуда… — повернувшись, девочка показала язык.
— А-ха-ха! — заржал Голиков.
— Катя, да что на тебя сегодня нашло? — Татьяна смотрела на неё со злостью.
— Зло берёт — кишки дерёт… просто нет настроения… вспомнила про гибель папы, и всё…
— Тань, мне кажется, что её умственные способности явно ушли вперёд биологического возраста.
— Не вы, товарищ Голиков, первый это замечаете, — девочка перевела взгляд на него.
— Сколько у меня времени? — Игорь посерьёзнел и перевёл взгляд на Татьяну.
 
— Мы здесь пробудем ещё максимум трое суток. Потом обратно…
— Куда?
— Туда! — недовольно буркнула Катя. — Но отсюда не видно. Вам же…
— Катя!!
— ВАМ ЖЕ дали понять, что полная информация только после согласия, — с нажимом произнесла Ермакова-младшая.
— Нет, у меня стойкое впечатление, что твоя дочь работает в КГБ, — усмехнулся Игорь.
— Если я скажу где, вас отправят туда, где Макар телят не гонял, — припечатала его девочка.
— Нет, не надо, — он картинно помотал головой.
— Струсили? — ехидно ухмыльнулось молодое создание.
— Тань, да она ещё и провокатор…
— Если ты сейчас не замолчишь, я не знаю, что с тобой сделаю, — покачала головой мать.
— Ну и ладно… вообще больше слова не скажу, — девочка снова отвернулась от них.
— Так что ты решил? — Ермакова испытывающе посмотрела на Голикова.
— Сложно сказать… такие вопросы навскид не решаются… но ты сейчас уйдёшь вот с этой букой, и потом мы можем больше не встретиться… Можно мне подумать сутки? И как тебя найти?
— Я сейчас живу у отца, на проспекте Вернадского… адрес помнишь?
— Конечно!
— Тогда жду твоего решения до завтрашнего вечера.
— Хорошо, я в любом случае дам знать… даже если ответ будет отрицательный.
— Мама, почему ты решила его взять с собой? — угрюмо произнесла девочка, глядя вслед удаляющемуся мужчине.
— Потому что Игорь Станиславович — очень перспективный кардиохирург. Ещё на специализации в мединституте у него проснулся талант. И он не отягощён общепринятыми догмами… если ты понимаешь, о чём я говорю…
— С новыми знаниями он станет для других кардиологов, как маяк для кораблей?
— Однако… — мать удивлённо покачала головой. — Да, всё ты правильно поняла.
— Скажи мне честно… тебе он нравится?
— Катя!
— Мам, ответь мне, не как дочери, а… взрослой дочери.
— Как человек — да, но я не знаю его изменившегося характера… И вообще, это личное.
— Но, если что, жить-то нам вместе.
— Слушай, я уже жалею, что разрешила тебе обучение… так и у тебя скоро мальчик появится.
— Фи, с этими сопливыми вьюношами, с их пубертатным периодом… — девочка покачала головой. — Не дождёшься.
— Ничего себе… ты и об этом получила знания?
— Тебе как, с картинками или на словах?
— Катя, ты серьёзно?
— Видимо, в будущем сексуальное воспитание молодёжи — один из общеобразовательных предметов, — пожала та плечами.
Полчаса спустя. Проспект Вернадского. Квартира Шокиных 
Едва Ермаковы зашли в квартиру, как услышали спор министра и сына.
— … Да как ты не понимаешь, это такой прорыв в науке! — горячился Сан Саныч.
— Саша, даже не думай! Иначе у нас обоих головы полетят! — на повышенных тонах ответил ему отец.
Едва Татьяна Александровна зашла в зал, как увидела склонившихся над ватманом брата и отца. Они повернули головы на вошедшую.
— О! А Катя где? — спросил брат.
— В прихожей, сумки с обновками переносит.
— Тань, тут такое дело… в общем, с меня требуют зачинщика вот этой теории… — кивнул он на лист.
— Саша, ты в своём уме? Тебя же предупреждали!
— Что за шум, а драки нет? — девочка вошла в комнату и приобняла мать.
— Катя, мне нужно показать тебя… э-э-э… живьём… в институте…. С твоими выкладками у нас такое началось…
— Катя, даже не вздумай! — нахмурилась мать.
— Спокойно, товарищи родственники. Меня не только предупредили о таком варианте событий, но и проинструктировали на предмет, что можно говорить, а что — нет.
— Это кто же? — опешила Ермакова-старшая.
— Некий дяденька с тремя большими звёздочками на погонах… Александром Петровичем зовут… Стала бы я светить такую информацию без разрешения… Мам, ты меня за идиотку-то не держи.