"Фантастика 2024-108". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Я поняла! — почти выкрикнула девушка, у которой появилась эйфория предвкушения выхода на сцену.
Прошло пара томительных минут, девушка собралась, пошла мелодия и…
Твоя улыбка безнадёжна сейчас 
Я вижу горечь в глубине твоих глаз 
Было всё, но, похоже — предел, 
Твой уголочек неба опустеэ-э-эл. 
Знает всё душа-а-а, сердце правду найдёт 
Знает всё душа-а-а, следуй ей — она ждёт 
Сделать шаг в эту бездну-у-у, тебе лишний ша-а-г 
Знает всё душа-а-а, пока не скажешь «Проща-а-ай» 
Спев первый куплет и припев, она разочарованно посмотрела на Ирину.
— Это всё? Как жалко-о… такая классная песня…
— Не волнуйся, чуть позже будет продолжение. Но ты принята однозначно. У тебя даже тембр голоса идеально подходит под задуманный репертуар.
— А я? — вторая девушка стояла в нерешительности, переводя взгляд с Насти на устроителей импровизированного концерта. — А меня прослушивать не будут?
— Почему? Конечно, будут! — успокоила её Юля. — Ты в каком стиле поёшь?
— Ну… Диско.
— Жаль, у нас пока нет хорошего клавишника, — покачала головой Шмелёва.
— А я могу! — раздался девичий голос из группы молодёжи. — Я и в нотах разбираюсь!
— Вот это удача! — мотнула головой Ира. — Давай, подруливай — познакомимся.
Ближе к сцене подошла худенькая девушка с длинной косой русых волос.
— Представься, пожалуйста, — попросила её Шмелёва.
— Аня Кузьмина. 10 «А» школы № 8.
— Замечательно. А откуда такие познания?
— Я музыкальную школу закончила, по классу фортепьяно. Но клавишник мне больше нравится, а родители против. Я тайком пришла.
— Вениамин, дай девушке клавишник, — попросила Юля и полезла в папку за нотами. Достала распечатанную копию одной из песен и протянула девушке. — Вот, возьми.
— А как же я без пюпитра играть-то буду? — та с сомнением поглядела на Звонцову.
— Хм, проблема… а мы сейчас на барабаны положим… Вот так…
— Класс, тогда я сначала чуть пробегусь по композиции, а то в первый раз может коряво получиться.
За минуту она прошлась по нотам, выдавая куски мелодии и при этом периодически кивая себе головой. Наконец, девушка поправила инструмент на плече и кивнула.
— Я готова.
— Начинай, — ответила Ира.
В ответ полилась знакомая ей музыка из репертуара группы прошлого века — «Modern Talking», текстами кавер-версий которой заблаговременно запаслась Ира. Шмелёва подмигнула Юле и та снова прошла к месту барабанщика. Сама Ирина взяла гитару и быстро вошла в ритм. Неожиданно удивила собравшаяся молодёжь — примерно половина из них начала выдавать танцевальные па прямо под эту мелодию. Завуч по внеклассной работе стала хлопать в такт музыки.
В разгар импровизированной дискотеки в зал нагрянула ещё одна группа молодых людей, тоже обоего пола, но одетых в костюмы и юбки с блузками школьного стиля.
— Это что здесь за балаган с западными песнями? — сердито воскликнул один из них — на вид старше остальных и со значком ВЛКСМ на лацкане пиджака.
— А вы кто? — вопросом на вопрос ответила Юля.
— Я — Антон Пухов, председатель горкома комсомола. А вы?
— Капитан Звонцова, Комитет госбезопасности, Пятый отдел — идеология, — она достала из кармана жакета красную корочку и показала её всем.
Главный из комсомольцев сразу увял, беспомощно смотря по сторонам. Он-то рассчитывал увидеть здесь стихийное сборище патлатых рок-музыкантов, которых надо было незамедлительно приставить к ногтю, а выходит, что КГБ проводит какое-то мероприятие. Пусть не санкционированное с ним, но когда Контора советовалась с кем-то при принятии решений? И музыка у них вполне приличная — что-то из репертуара диско. Он с неприязнью посмотрел на Нилова.
— Кирилл, ты во что меня втянул?
— Антон! Я тебя уверяю, что они собрались рок играть! Вот эта, — он пальцем указал на Юлю, — приходила к нам в класс и агитировала за него. Мне ещё от завуча по полной досталось, когда я стал объяснять тлетворное влияние заокеанского рока!
 
— Не можешь предотвратить, возглавь и направь в нужное русло, — усмехнулась Шмелёва.
— Вот видишь! — торжествующе воскликнул Нилов. — Сами признались!
— Тогда мы изымаем аппаратуру и сейчас вызовем наряд милиции! — заявил Пухов.
— Только оборудование я потом себе в группу возьму, — вышел вперёд патлатый молодой человек, в котором Ира без труда узнала гитариста группы, игравшей в ресторане.
— А вы, вроде, не комсомольского возраста, — сыронизировала Шмелёва.
— Это мой старший брат, — пояснил Антон. — Он у нас эксперт по репертуару.
— Ага, — усмехнулась Шмелёва. — Ворует песни, пытается надавить, если не выходит по-хорошему.
— Не твоё дело! — взъярился музыкант. — Надо было добром со мной, а сейчас поздно пить «Боржоми».
— Мальчики, шли бы вы отсюда подобру-поздорову, — снисходительно предложила Юля. — А то как бы не пожалеть потом.
— У меня через час будет документ из обкома комсомола, так что любая попытка воспрепятствовать изъятию сразу станет уголовной.
— Вы все такие безбашенные? — округлила глаза Звонцова. — Или моё удостоверение для вас простая бумажка?
— Возможно, вы заблуждаетесь! — воскликнул Нилов. — Надо ещё проверить, настоящее ваше удостоверение или как! — он повернулся к остальным соратникам. — Товарищи, начинаем изымать оборудование!
Юля отделилась от остальной группы музыкантов и первого парня, попытавшегося потянуть за провод электрогитары, просто оттолкнула с нажимом на плечо. Тот вскрикнул и остановился, беспомощно смотря на руководство.
— Вы что себе позволяете?! — вызверился Пухов.
— Это вы что себе позволяете? — хладнокровно произнесла капитан. — Обещаю, что в понедельник у вас всех будут серьёзные неприятности. А сейчас выметайтесь отсюда, или я начну применять останавливающие приёмы.
— Женщине никогда не победить мужчину, — усмехнулся Нилов.
— Желаешь проверить? — с нотками злорадства спросила та.
— Да вы сейчас своими погонами грозите, — ответил он.
— А если не учитывать их? Просто достали вы своей глупостью.
— А со мной сможете? — вышел вперёд накаченный паренёк, костюм которого «трещал» под накаченным телом.
— Легко! — Звонцова нарочито отряхнула ладони и встала напротив него.
На неуверенный замах парня она даже не среагировала, а когда тот попытался её достать хуком в плечо, вдруг провела «вертушку», увесисто задев его челюсть. Он рухнул кулем на пол.
— Чем больше шкаф, тем громче падает, — усмехнулась Юля, поправляя на себе одежду. — А в понедельник ждите ответ. После всего случившегося замалчивать этот инцидент не буду. Принципиально.
— Пойдёмте, товарищи, — хмуро ответил Пухов, обращаясь к соратникам.
Практически в полной тишине комсомольцы, сопровождаемые своими лидерами, убрались восвояси. Лишь только тогда Юлю обступило несколько человек.
— А вы правда из КГБ? А оно нас защитит? А как вы классно дерётесь! — вопросы и восклицания посыпались как из рога изобилия.
— Ира, я смотрю, придётся нам создавать ещё и группу поддержки, — заметила раскрасневшаяся Звонцова. — Неровён час, начнут наших музыкантов отлавливать по одному, и… — она многозначительно посмотрела на Шмелёву.
— А я могу! И я! — мигом предложили свою помощь несколько коренастых парней.
— А как вяжется ваше увлечение физической культурой и музыкой? — удивилась она.
— Да я свою девушку сюда провожал, — ответил один из парней. — Аню Кузьмину.
— А я думал, вам реквизиторы[7] нужны… — проговорил второй парень. — Не, я музыку люблю, но ни играть, ни петь не умею.
— Но ты же понимаешь, что реквизиторы не только следят за материальной частью, но и решают вопросы по новым материалам: костюмам, декорациям…
— У меня бабушка в театре… правда, в другом городе, была реквизитором. Так что я знаю, что это такое. А папа работает мастером на обувной фабрике… ну и мама… она — хорошая портниха. К ней все шишки города обращаются за индивидуальным пошивом.