"Фантастика 2024-108". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Шмелёва прибыла на площадку сразу после обеда, решив ещё до него все вопросы по её основной должности.
— Ирина Сергеевна, вот, — Борис рукой показал на тёмно-красную красавицу, лежащую на столе и играющую бликами солнечных лучей, падающих через окно кабинета.
— Выглядит красиво, а играть пробовали?
— Не рискнул, — смутился тот.
— Почему? — опешила Шмелёва, внимательно смотря на Бориса.
— Ну, мы с Тонечкой решили, что у вас рука лёгкая. Поэтому хотели дождаться вас.
— Ладно, давайте начнём, — усмехнулась Ира.
Она перекинула ремень гитары через плечо, убедилась, что его длина соответствует её росту и не стесняет в движениях. Борис подключил питание к оборудованию, воткнул все штекеры и отошёл на пару метров назад. Шмелёва прошлась по струнам, проверила рычаг, потом взяла небольшой аккорд, подтягивая или наоборот раскручивая колки.
— Ну, начали!
Вступление стало коротким, но та музыка, что зазвучала из динамика, мгновенно приковала к себе чету Тумановых. Как Борис, так и Тоня, слушали песню, ошалело глядя на юристку.
Надо мною тишина, небо полное дождя
Дождь проходит сквозь меня,
Но боли больше нет…
Под холодный шёпот звёзд
Мы сожгли последний мост
И всё в бездну сорвалось…
Свободным стану я от зла и от добра
Моя душа была на лезвии ножа…
Ирина взяла небольшой проигрыш, активно перебирая по струнам, потом чуть дёрнула рычагом.
Я свободен, словно птица в небесах,
Я свободен, я забыл, что значит страх,
Я свободен с диким ветром наравне,
Я свободен наяву, а не во сне…[37]
Снова пошла смешанная аранжировка на гитаре, где Шмелёва попыталась выжать все «копейки» из инструмента. Пару минут она интенсивно меняла тембр воспроизведения и громкость, подстраивая то одно, то другое. Потом прозвучал заключительный аккорд и наступила оглушительная тишина. Ира не спеша сняла гитару и положила её на стол.
— Ну… как бы всё очень хорошо, — резюмировала она, поправляя блузку. — Будем считать, что вы полностью справились со своей задачей.
— Ирина Сергеевна, что это было? — первой нашлась, что сказать, Тоня.
— А, — махнула та рукой. — Не обращайте внимания… Это песня из нашего студенческого репертуара. У нас на юрфаке МГУ были свои музыканты и даже доморощенные композиторы. В группе витал дух бунтарства, поэтому часть песен носила фривольный смысл. Но всё это в прошлом.
— Ирина Сергеевна, а вы полный текст песни помните? — спросил Борис.
— Боря, не забивай себе голову студенческим авангардизмом, — усмехнулась она. — Ни к чему хорошему это не приведёт.
— Ирина Сергеевна, эта песня — гимн конструкторов. В её смысле заключена сама сущность конструирования — не опираться на принятые догмы, считать, что невозможное возможно. Я свободен, словно птица в небесах… он забыл страх, забыл старое, и все мысли конструктора устремлены вперёд… Чёрт возьми! Не в бровь, а в глаз!
— Знаешь, я никогда не думала над такой интерпретацией слов… хм… в чём-то ты прав. Ладно, в ближайшее время напрягу память и запишу её на бумаге. Но вернёмся к гитарам. Для нашей школьной группы нужно сделать ещё пару таких, только кое-что изменим. Давайте покрасим их в чёрный цвет, и звукосниматели сделаем на разные октавы — одну также, другую чуть выше.
— Это дело недели, а дальше?
— А дальше, Борис, готовься предоставить все выкладки для запуска инструмента в производство. М-да, ещё бы клавишник хороший сделать в пику штатовским, и тогда мы такое замутим… — она покачала головой.
— Тут класс техники немного серьёзнее. Надо Веньку просить, чтобы помог.
— Тогда скажи ему, что это я просила от имени Константина Сергеевича.
— Ну, тогда он точно не откажет, — улыбнулась Антонина.
---------------------------------------
35 Василий Филиппович Маргелов — советский военачальник, командующий Воздушно-десантными войсками.
36 Владимир Александрович Крючков — советский государственный деятель. Один из ближайших соратников Юрия Андропова. В то время глава СВР(Службы Внешней Разведки).
37 Фрагмент песни А. Кипелова «Я свободен»
Глава 14
14 августа 1982 года. На пути в Рябиновск. Около полудня
За время, проведённое на даче у главы государства, Константин и Екатерина сблизились с семьёй Андропова. Причём те сами сделали первые шаги к этой дружбе. Но если сам Юрий Владимирович лишь сдержанно оказывал симпатию молодым специалистам, то его супруга и дети буквально боготворили Ивановых. Ирина Юрьевна даже заслужила нагоняй от отца, тайком от него провезя девушку по магазинам московской элиты. А Татьяна Филипповна устроила настоящее собеседование молодому человеку, желая знать, кто он и откуда родом. Даже всплакнула, узнав о нелёгкой судьбе Кости и его сестры.
Юрий Владимирович с каждым днём убеждался во мнении, что Иванов перевернул представления о современной медицине, хотя сам не имел медицинского образования. Пусть ему помогли потомки, но у молодого человека имеется достаточный багаж знаний, позволяющий ему свободно оперировать большими объёмами информации, даже такой сложности, которая имеется в знаниях потомков. А уж то, что он, по сути, вылечил супругу Юрия Владимировича… при упоминании этого факта сентиментальность Андропова просто зашкаливала. За одно это он действительно готов был озолотить молодое дарование. Поэтому Ирина Юрьевна отделалась лишь строгим порицанием, что не взяла с собой охрану.
В дорогу собрали «Волгу» и машину прикрытия. Второе скорее для того, чтобы не нарушать комфорта в поездке. По решению главы государства Иванов увозил прибор-панацею от лишних глаз, соблазнов окружения Андропова и, как следствие, возможной утечки информации. Сопровождал чету Ивановых всё тот же майор Шаров. Но если декаду назад он был строг и немногословен, сейчас у него прорезалась тяга к беседе, и майор не умолкал, заодно инструктируя о способах дальнейшего взаимодействия с людьми Андропова.
— После такого, Константин, вы попадаете в число особо доверенных лиц САМОГО. До меня довели информацию, что вас будут опекать, как людей из руководства страны.
— Нас ограничат в передвижениях? — нахмурился Костя.
— Не совсем так. Скорее добавят охраны и заодно будут решать вопросы о размещении. К примеру, забронируют номер в гостинице, надавят на кого нужно при решении производственных вопросов. А охрана будет негласной — не видно и не слышно, — усмехнулся он. — Ну и на месте — вот там вам будут оказывать максимальное содействие. Вы подполковника Остапова знаете?
— Конечно! Он часто бывает у нас на заводе.
— Ему дано предписание — окружить вас максимальным комфортом. Как в работе, так и в быту. Я не в курсе подробностей, так что он сам доведёт до вас эту информацию. Идём дальше. Мне поручено сообщить вам о встрече с делегациями Совета ветеранов войны и отдельно Совета воинов-афганцев в ближайшие пару недель. Это основные моменты… ну, и так, от себя добавлю, что я и мои люди одобряем твою политику в отношении ветеранов и инвалидов. Если бы все так поступали, — он покачал головой. — Однако, сам знаешь, что большинство глухи к нуждам проливавших кровь за Родину.
— Я сам детдомовский и понимаю нужду и переживания таких людей. Им сейчас очень сложно адаптироваться в жизни, поэтому мой долг помочь и дать им возможность почувствовать себя снова полноценными гражданами. Вот только как быть с общежитиями для инвалидов… об этом тоже нужно подумать.
— Это не твоя забота, Константин. Раз руководство страны дало зелёный свет твоей идее, значит, этот вопрос тоже поставлен на контроль, — поспешил его успокоить Шаров. — Вполне возможно, что изыщут оптимальный вариант строительства такого общежития или передадут готовое поблизости. Когда оттуда, — он показал большим пальцем вверх, — спустят такое распоряжение, местному руководству партии останется лишь взять под козырёк. В райкомах тоже не дураки сидят.