"Фантастика 2024-108". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Разговор с Александром Петровичем не занял много времени. С уходом куратора Константин выгладил одежду на завтра и, достав из шкафа кибер-шлем, углубился в изучение основ радиолюбительского коротковолнового движения.
20 апреля 1982 года. Старая площадка приборостроительного завода. Три часа пополудни местного времени
Получив новую информацию к размышлению, Константин не стал торопиться. Те сведения по радиолюбительской тематике, что были собраны в его внутреннем накопителе, охватывали обширные теоретические данные по многим направлениям радиоэлектроники. И не только — Константин мысленно благодарил судьбу, что не стал отделять конструкторские достижения от общественных направлений радиолюбительства как такового. Здесь были «лисоловы», «контестмены», и даже «картофелеводы», да и просто конструкторы радиоэлектронных устройств. Объём памяти, выделенный под радиоэлектронику, содержал в себе сканированные копии всевозможной литературы. Кое-что он и до этого изучал, чтобы не быть белой вороной, но позавчера… Хорошо, что он взялся за это дело в субботний вечер — после такого втиснутого в черепную коробку объёма информации он отходил целый день — всё воскресенье. Понедельник не зря называют днём тяжёлым — помимо остаточного эффекта от загрузки, он, как начальник цеха, успел съездить на новую площадку и принять участие в общезаводском совещании. Парторг заметила его заторможенность и не преминула поинтересоваться, в чём дело.
— Да всё нормально, Елена Михална, — поспешил успокоить её Иванов. — Просто не выспался — с вечера зачитался журналом и вот результат.
— В твоём возрасте надо больше бывать на свежем воздухе, с девчатами ночи коротать, а не за книжками.
— Не скажите, должность обязывает держать нос по ветру. Я как раз знакомился с новинками отечественной электронной промышленности.
— Молодец! Не стоишь на месте, а развиваешься! — похвалила она его и воровато огляделась. — Слушай, есть личный разговор. Ты никуда не торопишься?
— Пока некуда, — усмехнулся он.
— Пройдёмся одну остановку, а потом сядем на рейсовый автобус, — предложила парторг, и Иванов кивнул в знак согласия. — Мне вчера Миша рассказал кое-что… Ты как вообще относишься к женитьбе?
— Пока никак, сами знаете почему.
— Костя, я с тобой буду откровенна — моя племяшка запала на тебя. Подожди, дай договорить, — пресекла она его возможные возражения. — Нет, я понимаю, что ты уже взрослый молодой человек, но для Кати это, по сути, единственный шанс. В плане быта у тебя вообще вопросов не будет — сам пробовал её стряпню… в остальном — девчонка не дура, язык тоже умеет держать за зубами… и ещё… возможно, ваше поколение считает это анахронизмом и относится к такому совершенно по-другому, нежели я, но в наше время девственность считалась за эталон женского поведения. До свадьбы, естественно. Я это к чему — к тому, что либо завязывай с дружескими отношениями между тобой и Мишей с Катей, либо не дай девушке наложить на себя руки. Она влюбилась в тебя по уши.
— Вы серьёзно? — Константин даже остановился.
— Костя, я такими вещами шутить не буду, — покачала она головой. — Я понимаю, что ты к ним относишься хорошо, Миша за этот неполный месяц почерпнул от тебя столько полезной информации как настройщик, но меня пугает поведение Кати…
— Вы хотите сказать, что её нерастраченная любовь проснулась и рвётся наружу?
— Ты очень умный человек, Костя, — парторг внимательно посмотрела ему в глаза. — Не по годам умный, но учитывая твой интеллект и прочие факторы, всё вполне логично… так что ты решил?
— Я не собираюсь по приезду на нашу площадку хватать её за руку и бежать в ЗАГС, но и отталкивать тоже не буду. Пусть всё идёт своим чередом — если поступить так, к чему вы подталкиваете, будет обратный эффект.
— Это ты сейчас о чём? — не поняла Куницина.
— Наше с Катей кратковременное знакомство и такая же скоропалительная свадьба добавят домыслов снизу доверху — скажут, что я делаю карьеру через постель племянницы парторга.
— Блин… — теперь остановилась она. — Блин! А ведь ты прав, Костя… Чёрт, как я упустила этот момент… мы же с тобой по краю обрыва ходим….
— О чём я вам и говорю, — кивнул он. — Давайте дождёмся сдачи заказа, а уж там будем строить новые планы, в том числе и личного порядка.
Получив тайм-аут на личном фронте, Иванов переключился на конструкцию приёмо-передающей техники — надо же было с чего-то начинать. Те конструкции, пользующиеся сейчас популярностью, он отмёл сразу — аляповатые и громоздкие, да к тому же не каждой категории радиолюбителей они по плечу. С другой стороны нужно создать что-то концептуальное, что серьёзно заинтересует радиолюбительское сообщество любого уровня. Контесмены[7] и охотники за DX[8] предпочитают одним из параметров динамический диапазон[9], да и избирательность[10] — тоже не маловажный фактор. Делать несколько конструкций ради удовлетворения потребностей всех направлений радиолюбителей, работающих в эфире — дело неблагодарное. Поэтому надо брать за основу какую-то конструкцию профессионального уровня и претворять её в жизнь. Плагиатом тут и не пахнет — миры-то разные. Впрочем, для делающих первый шаг в эфир можно остановиться и на второй конструкции, что попроще.
Вот этим сразу после обеда и начал заниматься Константин. Достал бумагу-миллиметровку[11] и приступил к созданию принципиальной схемы будущего трансивера. За этим занятием его и застал Михаил, зайдя к нему в кабинет.
— О, смотрю, ты времени даром не теряешь! — оглядел он схему. — Что, уже мою книжку прочитал?
— И даже немного больше — подкинули тут кое-какую литературу — кивнул ему Иванов.
— Что решил собирать?
— Только не то, что вы коллективно копируете, — усмехнулся Костя. — Габариты — во! — развёл он руками, — а толку, как от козла молока.
— Да чтобы ты понимал! — сразу завёлся Мишка. — Эту конструкцию повторило уже столько народу! Да у нас в городе только на ней и до этого публиковавшейся ламповой работают.
— Ладно, я спорить не хочу, но посмотрим, кто прав, а кто… — Иванов с иронией посмотрел на друга.
— Вот это что у тебя? — Шмелёв ткнул пальцем в небольшой прямоугольник на схеме. — ЭМФ? [12] Так у него обвязка неправильная.
— Нет, не ЭМФ, а кварцевый фильтр.
— Чего-о-о? — удивился он. — И где ты такой купишь? Или закажешь кому?
— Почему сразу покупать у кого-то, — поморщился Костя. — Сам сделаю. Аппаратуры у нас море, детали тоже есть, так почему бы самому не напрячь извилины?
— Что за шум, а драки нет? — в комнату зашёл Шиловский. Увидев на столе расстеленную схему, он скосил на неё глаза. — О! Тоже решил трансивер собрать? Смотрю, Мишаня тебе заразил. И по какой схеме хочешь?
— Ещё один! — фыркнул Костя. — Ни по чьей. Сам спроектирую и соберу.
— Да ладно!
— Прохладно!
— Смесители какие будешь прикручивать? — с ухмылкой спросил Шиловский.
— Сан Саныч, он уже вместо ЭМФа какой-то кварцевый фильтр собрался делать, — проинформировал с усмешкой Шмелёв. Тот сразу посерьёзнел и почесал затылок.
— По Чебышеву?
— Угу.
— Да там возни — вагон и маленькая тележка. Так ты не ответил на мой вопрос — смесители будут обычные? Диодные?
— Нет, на мощных полевых транзисторах, чтобы увеличить динамику аппарата.
— Хех! — мотнул головой Шиловский. — Ты хоть в макете пробовал собирать? У нас в городе один «Кулибин» уже пробовал — хрен что получилось.
— Почему? — поинтересовался Костя.
— Потому что измеритель АЧХ должен быть калиброванный и высокоточный. Такие только на рембазе в номерном цеху есть, а оттуда взять даже на час ничего нельзя.
— Разберёмся, — усмехнулся Иванов.
24 апреля 1982 года. Старая площадка приборостроительного завода. Без четверти двенадцать местного времени
Несмотря на выходной день, на старой площадке радиозавода было многолюдно. Присутствовали не только начальник цеха и две сборщицы, одной из которых была Катя, но даже парторг и сам директор. Сегодня радиозавод сдавал военный заказ. Приёмная комиссия состояла из трёх человек — представительного вида старичка в пенсне а-ля «Антон Павлович Чехов», и пары молодых парней, чуть-чуть старше Константина. Они зашли с местными в цех, разглядывая всё вокруг, Костя пригласил их в свой кабинет и на деле показал качество изделия, взяв из коробки несколько плат на выбор.