Ценность Мира. Том 2 (СИ)

Утро у меня началось… интересно. «Домик Фей» для меня был немного тесноват, а фейки — очень гостеприимны. И позитивны… Короче, проснулся я натурально в обнимку с пятью уже даже не полуголыми красотками, что меня и обнимали за всякое, и губами утыкались мне в шею… и не только… А ещё — это уже точно была провокация! Наглая! Беспринципная! Беспощадная! И я вот не был уверен, чем бы оно всё кончилось, но тут в домик начал ломиться посыльный хоббит, очень, ну очень решительно настроенный позвать лорда Эдварда в дом мэра (что был и штабом), ибо что-то там случилось, но вот что — он не в курсе, ибо просто посыльный, велели передать, что оно важно, но не совсем уж срочно. Мелькнула мысль, что если бы нас пошли штурмовать, то оно как раз было бы срочно, а раз нас не штурмуют, то имеет смысл ещё немного полежать с фейками и, быть может, пораспускать руки к обоюдному удовольствию, но проклятый Долг всё-таки перевесил, и я мрачно попёрся в гости. Ждущая там меня Мелоди, добывшая завтрак под лозунгом « у этих прохвосток из еды только сладости», немного мой боевой дух подняла, заодно и рассказав, чего, собственно, звала.
  
— Тут такое дело, милорд… — девушка нервно дёрнула прядку волос. — Там варвар в полутора полётах стрелы под стенами стоит, флагом машет и что-то орёт про требования и выкупы.
— Хм? — я вскинул бровь.
— … — в ответ мэр просто развела руками.
— Ладно, пойдём взглянем, — по-быстрому прикончив завтрак, состоящий из поджаренного хлебца, печёной картошечки, сдобренной морковной соломкой и порубленным туда мясом птицы под каким-то соусом, и запив это дело морсом, выдал я команду на выдвижение к стене. Как доберутся джинньи, нужно будет озадачить их вопросом создания полноценного каменного кольца, а то частокол с наскоро сделанными насыпями — такое себе укрытие от кого-то серьёзного. Ага, добавлю в список «нужно заняться, как появятся время, силы и ресурсы лишние».
На стене царило оживление, народ же втыкал в картину «стрёмный бородатый мужик в шкурах машет не очень чистым полотнищем и что-то орёт». Как выяснилось, орал он дичь про « Мудрый вождя, в милости своей, согласен пощадить жалких трусов, если те отсыплют три тысячи золотых и десять телег жратвы».
— М-да… — протянул я.
— Что делать будем, милорд? — спросила градоначальница.
— Да… ничего, — пожал я плечами.
— А как же парламентёр? Ну, чтобы высказать, куда им убираться с такими предложениями?
— Какой парламентёр? Парламентёров высылают цивилизованные народы. Ты видишь парламентёра? Ну, такого представительного вельможу, в камзоле или хотя бы броне, с флагом и гербом? И я не вижу. Тут — какой-то дикарь машет непонятной тряпкой и что-то орёт. Помашет-помашет, устанет да уберётся самостоятельно, — пояснил я свою позицию.
— Хех, и то верно! А то выкуп им подавай! Совсем обалдели! — возмутилась моя спутница.
— Тут как раз ничего удивительного, — хмыкнул я, — у Джоклута просто нет выбора.
— Эм? — удивлённо на меня посмотрели.
— Джоклут — трус, иначе не сбежал бы из армии Крюлода, чтобы стать простым бандитом. Он имеет опыт, имеет умение, но очень трясётся за свою шкуру. И, потеряв Чудищ и циклопов, он испугался.
— Тогда почему он от нас что-то требует, а не просто… ну, сбегает?
— Потому, что имеет опыт, умение… и трус. Если он просто уйдёт, его-же собственные люди обвинят в поражении, слабости и всех прочих грехах его самого, а там найдутся и желающие занять его место и отнять его богатства, или что он там накопил за время грабежа этих земель. И это без учёта угрозы, что уже мы можем обидеться на нападение и сами на него пойти. А у него мало того, что вряд ли в тылу остались серьёзные силы и запасы, так ведь и покорённое население, видя его слабость и уже наши войска, может попробовать взбрыкнуть и ударить в спину.
— Но почему же он требует дань от нас? Если всё так плохо?
— Как я говорил, это, по сути, единственный выход. Не может же он сам нам заплатить, чтобы мы к нему не шли? Даже если у него неожиданно найдётся что-то достаточно весомое, что мы не сможем получить, уже нанеся ему поражение, и что может нас настолько заинтересовать, чтобы забыть все «обиды»… — я выражал скепсис, Мелоди выражала скпесис, да даже шлемы гномов-дозорных, что пусть и не участвовали в беседе, но всё прекрасно слышали, и те выражали скепсис! — То факт того, что он не смог взять Лонгортон, а рейд, де-факто, провалился с большими потерями, от этого никак не изменится, если же после этого он попробует «заплатить дань» тем, кого сам однозначно называл слабаками и трусами… его точно зарежут на месте. Без вариантов. Потому сделать хорошую мину при плохой игре — это единственный его шанс. Ведь если мы заплатим, формально получится, что он «ходил в поход, устрашил врагов, взял добычу». Да, не так удачно, как хотел, и добыча, будем откровенны, тоже скорее « формальная». Но такой ход позволит ему сохранить лицо и из ситуации « могут навалиться толпой и разорвать» выйти в « бросают вызов на поединок за место вождя». Что, конечно, тоже неприятно, но, по крайней мере, привычно.
— Хм-м… — задумчиво пожевала губами начинающая волшебница. — Его резоны я понимаю… Бр-р, это даже звучит не очень! — она передёрнула плечами. — Но на что он рассчитывает, предлагая такое нам? С какого ляду нам соглашаться⁈
— Как сказать… Тут может быть несколько вариантов. Во-первых, не стоит забывать, что мы имеем дело со злобным дикарём, и сколь бы трусоват он ни был, но он остаётся кровожадным дикарём, привыкшим запугивать своих врагов, а не утончённым эльфийским дипломатом с тремя веками опыта кулуарных расшаркиваний. Во-вторых, не стоит забывать о нас и нашем состоянии. Джоклут знает, что тут в основном беженцы, состоящие из горожан и обычных крестьян. И далеко не все будут гореть желанием стоять насмерть, если есть возможность откупиться. В-третьих, это потери. Даже если он уверился в наличии у нас одного сильного бойца, других-то он не видел, более того, когда я убивал Чудищ и циклопов, из города не вышло никаких ударных отрядов, чтобы меня поддержать и завершить разгром врага. Так что он искренне может думать, что бойцов-то у нас больше и нет, а значит, мы должны бояться его штурма, так как «могучие степные воины», напади со всех сторон, точно смогут устроить резню простым мирным жителям.
— А вы бы как поступили на его месте, милорд?
— Сложный вопрос — поставить себя на место кровожадного дикаря непросто. Как говаривал один литературный персонаж, «я физически не могу опустить свой уровень интеллекта до этой планки». Ну или как-то так. Но гипотетически… Если уж обряжаться в шкуры кровожадного дикаря… Оставил бы тут небольшой сторожевой отряд, а сам бы принялся разорять округу — это даст какую-никакую добычу воинам, позволит им выплеснуть раздражение, да и город, оставшийся без подворий, пусть и сможет сидеть в осаде долго, всё равно определённый ушерб понесёт и ряд проблем заимеет, если не сейчас, так в будущем, то есть у них появится ряд проблем, что не позволит наведаться в мои земли с ответным визитом.
— Неприятно будет, — согласилась моя собеседница. — Так это… Может, втихую отправим часть наших на погулять по округе? Нам не впервой будет всяким злобным уродам камушек с пращи из каждого дупла пулять.
— Интересное предложение, — действительно интересное — всё-таки пусть я и имел некоторое представление о «тактических схемах» Эрафии, её союзников и врагов, но на уровне рядового пикинёра, плюс очень условный «игровой опыт» да Здравый Смысл. Но даже совокупно этого было чертовски мало, и массу вещей я точно упускал. И кстати об « упускал»: — Надо будет обратиться к нашим волшебникам, пусть магически наблюдают за варварами. Если те начнут расползаться — пойдём на « охоту», если же нет — пусть лучше твои сородичи, в случае чего, встретят их на стене при защите города, а не где-то в чистом поле.