Чаровница из Беккена (СИ)

  
Глава 8. Купаюсь в свете и тону во тьме
 
Под босыми ногами сминался мягкий изумрудный ковер. Тонкие травинки приятно холодили кожу, и я ощущала небывалую легкость во всем теле, радость наполняла меня — предвкушение чего-то светлого, способного озарить всю мою жизнь…
На лесную опушку, окруженную широкими стволами сосен, медленно опускался вечер. В небе уже зажигались первые звезды и из стремительно темнеющей синевы на меня печально взирала полная луна. Но я ничего не боялась. В этом лесу для меня не было опасностей, здесь я была дома…
Я опустилась на колено, чтобы ладонью провести по молодым травинкам, запустить в них пальцы было истинным наслаждением. Но руки были не мои… более тонкие, изящные! Я испуганно коснулась волос — локоны цвета спелой ржи длиной доходили до моих бедер, мягкими волнами спускались по хрупким плечам. С нарастающим внутри чувством тревоги, я коснулась лица — скул, носа, губ… все это было чуждым! И паника охватила мое сердце, но в тот же миг за спиной я услышала голос. Такой знакомый мне… и все же другой. Более певучий, высокий…
— Идриэль, вот ты где. А я везде тебя ищу.
Я обернулась и увидела Луциана… но он выглядел странно — был совершенно не похож на себя! Темные, каштановые волосы острижены и слегка откинуты назад, глаза не светились льдом, наоборот, были теплого медового оттенка. Он был выше и шире в плечах и еще выглядел старше… быть может, на десять лет или более того.
«Неужели я вижу будущее» — промелькнула мысль в голове. Но тут женский голос… не мой, но исходивший из моих уст, рождавшийся в моем горле, произнес:
— Ох, Натаниэль! Знал бы ты, как утомительно порой бывает общаться с родственниками, особенно, когда их так много в одном месте.
Колдун нахмурился и с обидой, укором ответил:
— Ты же знаешь, что я сирота. Откуда мне знать? Порой мне кажется, что ты говоришь такие вещи специально. Словно тебе нравится меня уязвлять.
Я почувствовала, как мои щеки заливает румянец.
— Ну, что же ты опять начинаешь! Пойми, я ни мыслью, ни словом никогда тебя не обижу! — я спешно приблизилась к нему и заключила его теплые, большие руки в свои. — Ты такой обидчивый… и что же? Все черные бароны так чувствительны и все принимают близко к сердцу?
Мужчина тепло улыбнулся и легко подхватил меня, оторвав от земли — испугавшись, я вскрикнула, но сразу же засмеялась… от прикосновения его рук, от тепла и твердости его тела, внутри меня словно вспыхивали яркие искорки радости, причинявшие невероятное наслаждение.
Я обвила руками его шею и заглянула прямо в глаза.
— Нет не все. Но далеко не каждому дается такое счастье, полюбить столь прекрасное создание… — он прильнул своими губами к моим, и я буквально растворилась в этой нежности! Но мне не суждено было насытиться ей — он тут же отстранился и с озорной улыбкой прошептал: — … но столь капризное и вздорное!
— Натаниэль! — Обиженно воскликнула я и стукнула его кулачком по широкой твердой груди, попыталась ударить еще раз, да побольнее, но колдун поймал мою руку и с радостным смехом повалился со мной на спину, увлекая в мягкую траву…
Его мягкие губы вновь нашли мои и это было так опьяняюще прекрасно, что я тут же забыла всякое сопротивление. Руки настойчиво обхватили мою талию, спустились к бедрам, сжимая их под тонким шелковым платьем. Я почувствовала, как внизу живота разгорается пожар желания. Тепло от него, точно нега, растекалось по венам, заставляя требовать больше прикосновений, жаждать больше ласк и поцелуев.
Я прильнула к своему мужчине и опустила руку ниже, ощущая под пальцами волнительную твердость пресса и еще, туда где под мягкой тканью свободных льняных брюк обретало форму его возбуждение. Легко скользнула пальчиками под одежду и обхватила рукой большую горячую твердость.
Натаниэль тяжело выдохнул и стал настойчивее в движениях — лишь на мгновение оторвавшись от моих губ, стянул с себя сорочку и сорвал с меня легкое платье. Его уста спустились ниже, вожделенно лаская шею, ключицы, грудь… он дышал горячо и шептал мне нежные слова, даря радость каждым своим касанием.
 
— Идриэль, амани бенаар…
Его шепот словно заряжал меня! Я чувствовала, что еще мгновение и заискрю в его руках!
Жар внизу стянулся в тугой узел, что мешал думать, дышать, слышать звуки вокруг… мне нужен был он, сейчас же, немедленно, глубоко и туго — я застонала, направив себя ближе, прильнула лоном к его вздыбленной плоти, без слов указывая на то, чего требовало мое тело.
Мужчина улыбнулся, но не спешил. Он отстранился на миг, чтобы осторожно, но требовательно погрузить свой указательный и средний пальцы мне в рот. Сделал это демонстративно, смотря мне в глаза, и я захныкала, но подчинилась, уже зная что он задумал…
Нежно коснувшись моей разгоряченной плоти, колдун провел пальцами вниз и вверх, нащупав маленький твердый узелок и слегка надавил на него, рождая в моем теле электрический разряд — я вновь невольно подалась бедрами вперед, но он продолжил мучительную ласку. Его влажные пальцы скользнули ниже, проникая в канал, истекающий соком желания — я чувствовала, что уже тону в них! Мышцы внутри болезненно сокращались, требуя опоры, твердой и большой. Я запустила руки в свои волосы и откинулась назад — то было невыносимо, мне хотелось большего, я хотела, чтобы он заполнил меня всю, а не играл в свои игры, наблюдая за тем, как я схожу с ума от возбуждения, не находя разрядки.
Мужчина нависал надо мной и его горячий, тяжелый член упирался мне в бедро, а пальцы ритмично проникали внутрь, нагнетая пламень внизу живота, стягивая узел до боли, до потери сознания.
— Еще… — Простонала я. — Еще… прошу тебя, я хочу, чтобы ты наполнил меня, амани бенаар! Умоляю…
Натаниэль склонился ко мне, не вынимая пальцев и поймал мою нижнюю губу зубами, оттянул ее нежно и прильнул губами, требовательно проникая в мой рот языком. Я ответила, ощущая просто сумасшедшее натяжение внизу, вновь подалась к нему бедрами и почувствовала, как толстая горячая головка его члена скользнула в узкое лоно, едва его покинули пальцы мужчины.
Внутри все было так напряжено, так сжато, что я чувствовала, как он входит в меня ярко, полно, будто скользил внутрь по оголенным нервам. Натаниэль наполнял меня яростно, неумолимо, пока не достиг предела и тогда толкнулся еще, заставив буквально истекать соком от возбуждения.
Он входил туго, но скользил беспрепятственно, а я вжималась в него, потому что мне мало было и этого. Толчок и еще — я ощутила, как и в его теле поднимается жар ненасытности, и мужчина резко увеличил темп. Он приподнялся надо мной и теперь вбивался с силой, долго, самозабвенно, заставляя мое лоно сжиматься сильнее, в нетерпении разрядки…
Узел наслаждения внутри меня уже давно готов был лопнуть, но я знала, что мы сделаем это вместе, ведь моя разрядка невозможна без его, так же как и наоборот — а он уже был близок. Я ощутила, как внутри меня он стал тверже и больше, как стала обжигающе горячей его головка бившаяся в преграду внутри и открыла глаза, чтобы увидеть как мой мужчина достигнет пика.
В молочном свете луны, проникавшем в окно комнаты, надо мной двигался мужчина ни капли не похожий на Луциана-Натаниэля…
На мгновение я перестала дышать, еще только осознавая происходящее… Нет, я не видела его раньше! Молодой, с тонкими и плавными чертами лица, длинными светлыми волосами, ниспадавшими мне на плечи, грудь и щекотавшими кожу. Но в это мгновение шока, поразил меня не он, а Феовель, что сидела рядом, запустив пальцы в волосы эльфа на затылке. Ее лицо выражало крайнюю степень нетерпения, словно это не он, а она сейчас должна была достигнуть пика наслаждения — глаза устремлены внутрь себя, демонстрируя молочные белки, губа закушена до крови…
 
Я закричала и оттолкнула эльфа от себя — не ожидая сопротивления он просто слетел с высокой кровати на пол и непонимающе заозирался вокруг.
— Да как вы посмели! — утягивая на себя шелковую простынь, чтобы скрыть наготу, я отползла дальше от королевы, к самой спинке кровати. Гнев и слезы питали мой дрожащий голос. — Немедленно! Сейчас же уйдите!