Порочный Принц (ЛП)

— Ты привык, что девушки падают к твоим ногам. — голос Коула вырывает меня из мыслей. — Пришло время кому-то сказать тебе «нет».
— Она не сказала «нет» — она сказала «да».
Тот факт, что я не знаю, почему она так настаивает на этом чертовом браке, вероятно, и есть причина, по которой я на взводе.
Конечно, она хочет помочь Итану, но с ее психической личностью я почти уверен, что это еще не все.
Я снова сосредотачиваюсь на ней, пока она смотрит на свой телефон.
Какого черта ты скрываешь, ma belle — моя красавица? 
— «Да» может означать «нет». — Эйден делает глоток своего напитка. — Ты когда-нибудь думал об этом?
— Что ты имеешь в виду? — я спрашиваю.
— Ты знаешь меня много лет, не так ли, Астор?
— Да.
— Ты знаешь, когда держаться подальше, а когда подойти ближе, и ты просто ведешь себя так, будто иногда не знаешь, что значит быть придурком.
— Кто? Я? — я притворяюсь невинным.
— Вот так. — Эйден указывает на меня. — Твоя игра сильна.
— То, что он пытается сказать, — Коул крутит пальцем, — Думай другой стороной своего мозга. Отпусти это.
Я ухмыляюсь, и мои щеки болят от этого движения.
— Понятия не имею, о чем ты говоришь.
— Тебе придется это выяснить. В противном случае ты просто продолжишь проигрывать. — Коул говорит спокойным тоном. — Либо ты делаешь первый шаг, либо тебе придется следовать за первым шагом кого-то другого.
Другими словами, либо я иду до конца, либо проигрываю.
— И подумай о странных вещах и... криках. — губы Коула изгибаются в многозначительной ухмылке. — Это может пригодиться.
— Настоящий разговор, капитан. — я впиваюсь пальцами в его плечо. — Что тебе нужно, чтобы рассказать мне, что ты знаешь?
— Информация, — деловито говорит Эйден. — Дай ему что-нибудь, чего он не знает о предмете своей одержимости, хотя сомневаюсь, что у тебя есть какие-либо ценности.
Я ухмыляюсь, и на этот раз искренне. С тех пор как я узнал о скрытых наклонностях Коула и выяснил еще кое-что, я планировал придержать эту информацию до тех пор, пока мне не понадобится серьезная услуга от него, но я здесь в конце пути, и мне нужно найти выход.
— Я мог бы.
Голова Коула наклоняется.
— Что?
— Une seconde, mon ami — Секундочку, друг мой. Если я дам тебе то, что ты хочешь, ты дашь мне то, что я хочу?
— Я мог бы.
— Недостаточно хорошо для того дерьма, которое у меня есть. Все это задокументировано и подкреплено доказательствами.
Он прищуривает глаза, прежде чем быстро прийти в норму.
— Хорошо.
Конечно, Коул выбрал бы свою битву, а не чью-либо еще. В конце концов, он Коул.
Друзья? К черту это. Их не существует, когда речь заходит о нем самом.
— Ты первый, капитан.
Тил настаивала, что у нее нет секрета, но, как я уже сказал, он есть у всех.
И когда я заполучу ее секрет, ничто не спасет ее от меня.
Она пожалеет, что сказала «да».
  
  
 Глава 6 
 
 Тил 
 
С тех пор как месяц назад мне исполнилось восемнадцать, я ждала этого момента — или, скорее, ждала ответа.
Письмо в черном конверте с красной надписью.
Принятие.
Возможное решение всего того дерьма, которое происходило в моей жизни.
Я поправляю маску, проходя через холл клуба.
Он более эксклюзивен, чем дворец, и нуждается в большем вмешательстве, чем агенты МИ-6. Я впервые получила свой билет сюда месяц назад после того, как убедила одного из случайных мужчин, которых встретила в пабе, что мы можем встретиться здесь.
Это была, конечно, ложь. Провести с ним одну ночь уже было слишком непримечательно.
Он был последним. Я уже давно не удовлетворена, и после той ночи поняла, что должна остановиться. Все это пустая трата времени.
Я прекратила все свои случайные выходки за несколько дней до официальной помолвки с Ронаном. Хотя я бы не назвала это настолько официальным. Люди знают об этом, но об этом не объявляют широко, и я отказалась от кольца, пока мы, по крайней мере, не закончим школу.
 
Не то чтобы эта игра будет продолжаться до тех пор.
Причина, по которой я прекратила встречи, не имеет ничего общего с помолвкой, а имеет отношение ко мне.
Прошло больше недели с того ужина в особняке Асторов. Ронан все еще живет своей жизнью, будто ничего не случилось, и я буду жить так же, как и раньше.
В конце концов, это всего лишь договор, удобство, связующее звено между нашими семьями и ниточка к моему плану. Ни больше, ни меньше.
Я имела в виду именно это — он может сделать это. Ничто не поколеблет меня, и, черт возьми, он ни за что не заставит меня отказаться от, начатого.
Держа письмо о принятии между пальцами, мои внутренности гудят от волнения, когда я следую за девушкой по коридору с красными коврами и стенами, оклеенными черными обоями в цветочек.
Тема клуба, La Débauche. Как следует из названия, он предназначен для разврата и... фантазии.
Впервые я обнаружила этот клуб во время своих путешествий по темной паутине интернета. Затем нашла одного из его участников на Тиндере и переспала с ним той ночью. Эта встреча дала мне рекомендацию для вступления.
С тех пор я прихожу сюда, чтобы стать частью Общества Зрителей, вуайеристов, которые наблюдают за возбуждением человеческого разума через свои тела.
Это захватывающе. Это первый раз, когда я подумала о чем-то подобном за... целую вечность.
Наблюдая, как эти девушки встают на колени перед более сильными, крупными и взрослыми мужчинами, я всегда потирала бедра.
У меня и раньше случался секс, но я ни разу не испытывала оргазма и не была достаточно влажной, чтобы сделать этот опыт приятным. Я всегда выбирала мужчин постарше, по крайней мере, на пятнадцать лет старше меня и опытных, и... ничего.
Я начинала думать, что сломалась безвозвратно и что никогда не почувствую того экстаза, о котором продолжают говорить Эльза и Ким. Я думала, что это чувство чуждое, как и я.
Сцены La Débauche вернули часть этой веры и возможность большего.
Вот почему я подала заявление на Разврат. Одна ночь, один незнакомец, и все. Мне дважды отказывали, но сегодня я получила письмо о принятии.
Самая большая политика здесь это анонимность. Причина, по которой я нашла Ричарда в темной паутине, заключается в том, что он опубликовал снимок пригласительного билета в своем публичном профиле.
Здесь никто не знает, кто ты и откуда. Здесь нет имен, только цифры. Никаких лиц, только черные маски, как на костюмированных вечеринках. Все женщины носят черные атласные платья, а все мужчины черные брюки.
Все.
Это все, что необходимо.
Как только они подтвердят, что тебе больше восемнадцати, небо это предел.
Я понятия не имею, как здесь принимают людей, но, похоже, это сложный процесс. Я даже не знаю, как сама сюда попала. Даже с рекомендацией Ричарда в то время это казалось таким надуманным, но я все равно отправила письмо, надеясь на что-то другое.
Это все, чем я занималась всю свою жизнь, желая, чтобы тень не была нормальным состоянием ума, и это отличие на самом деле не означало сумасшествие.
Другое просто означает... особенное.
Это то, что говорят мне Нокс и папа, но проблема в том, чтобы им верить.
Этот клуб совсем другой. Это больше, чем просто другое; это открытая дверь ко многим вещам, которые я никогда не считала возможными.
И теперь я буду не только наблюдать — я буду участвовать.
Хотя и не в выставочном стиле. Я подала заявку на приватный сеанс, потому что, ну, может быть, мне и хотелось бы посмотреть, но быть под наблюдением это совсем другое дело. Это значит быть обнаженной, а мне это не нравится.
 
Служащая, одетая в костюм горничной и маску, указывает на комнату.
— Сюда, мисс 115.