Принятие (СИ)

Дочери императрицы тоже недолго посидели, явно переживали, что всё самое интересное у братьев пройдёт без них.
Подарки всем понравились, конечно, дезо-пудра выглядела не очень дорого, у Ирэн здесь были только те баночки, которые она везла с собой под кримы. Но уже через два часа императрица оценила, что время идёт, а пахнет от неё по-прежнему приятно.
—Уверена, что на ближайшем балу вы оцените этот дар по достоинству, — с улыбкой пообещала Ирэн.
На удивление императрица сегодня ни разу не завела разговора о женитьбе, о Виленском, о том, что обязательно нужен муж, разговаривали о новых проектах Ирэн рассказала, что хочет заняться бумагой Императрица посетовала, что да идея очень интересная, а то приходится покупать с острова Ше, а она у них хоть и хорошего качества, но очень дорогая.
А в самом конце, вдруг поинтересовалась:
— Ирэн, а ты же знаешь, что с тобой в Никольский, а дальше в Горное княжество едет Якоб Морозов, а с ним и наследник Ханидана, Шейх Али-Мирза.
— Нет, я ещё не получила такую информацию от Шувалова
Императрица довольно улыбнулась, ей всегда нравилось, что муж сначала делился с ней, и каждый раз, когда она находила этому подтверждение, ей делалось очень хорошо.
— Ну так вот, поговори с ним, надобно, чтобы он обязательно заключил брачный договор
— С кем, — удивилась Ирэн
— С нами
— С нами?
— Ну да, — стала объяснять императрица, — с нами, со Стоглавой империей
— А с кем?
— С одной из моих дочерей, — «припечатала» императрица
— А почему я? Он что меня послушает?
— Тебя послушает, ты для Ханидана, как сказал Алекс что-то вроде национального героя, — здесь императрица совершенно по-девчоночьи хихикнула и поправила, — точнее героини.
Ирэн задумалась о том, что надо непременно поговорить с Шуваловым, ей вот к поискам нефти ещё и свахой быть не хватало. И почему-то ей казалось, что идея эта явно не его, а императрицы, уж больно довольное у неё лицо.
Но то, что Морозов — это хорошо, с ним ей было спокойнее. Тема с нефтью может выйти очень непростая, а ещё говорят там постоянные набеги из Ширванского ханства, людей воруют, поэтому с детьми лучше не ехать.
Провожала Ирэн, в крыло к Шувалову, Елизавета Туманова. По пути Ирэн спросила у неё про пожар в доме Мещерских.
Елизавета сказала, что вся информация от графа Забела, который не успел арестовать всех, якобы, когда он приехал в дом, то пожар в хозяйском крыле уже было не потушить.
Ирэн сначала отела сказать, что слышала другое, но потом ей пришла в голову совершенно невероятная мысль и она закрыла уже открытый рот.
Елизавета, больше сосредоточенная на своих переживаниях по поводу предстоящей помолвки с генералом, ничего не заметила.
 Глава 38. 
В кабинете Шувалов был один.
Увидев Ирэн, расплылся в «дружелюбной» улыбке. Но, поскольку улыбаться Шувалов не умел, то Ирэн даже вздрогнула. Александр Григорьевич быстро понял свою ошибку, и убрав оскал с лица просто сказал:
— Доброго дня, Ирэн Леонидовна, рад, рад, что зашли к старику
— Здравствуйте, Александр Григорьевич, зашла сказать, что уезжаю завтра в Никольский и менять своё решение не намерена, — Ирэн решила, что с таким людьми надо напрямую. А то начинаешь вежливость проявлять, они тебе «на шею» садятся и едут, ножками размахивая.
— Понял вас, Ирэн Леонидовна, а я уже и сопровождающего вам нашёл, знакомца вашего, Якоба Морозова. Хотел его здесь оставить, да с ним наследник Ханидана прибыл, так вот он собирается с вами в Никольский, а я его без Морозова никак отпустить не могу. Поэтому вот такая вот история получается, — тон Шувалова был доброжелательный, но глаза оставались холодными.
Ирэн легко могла представить, что случись, что-то, что поставит под риск безопасность императора и империи, и вот этот вот человек, не моргнув глазом отдаст жёсткий приказ.
Между тем Шувалов продолжал:
— Морозов и в Горном княжестве будет руководить прожектом по поиску «чёрного золота». Все горные инженеры поступают в его распоряжение.
 
Ирэн не могла не уточнить по поводу собственной выгоды, она уже поняла, что сам о себе не позаботишься, никто не позаботится:
— Александр Григорьевич, а что по поводу моего предложения о приоритетном выкупе участков земли? А также о концессии для тех, кто будет вкладывать капиталы?
Шувалов откашлялся, и Ирэн поняла, что тема для него непростая, сложно ему говорить с женщиной о таких вещах.
— Ничего, — подумала про себя, — пусть привыкает, отца с собой везде не потащишь, а передавать через кого-то время долго занимает, да и путаница может возникнуть.
Шувалов же всё-таки ответил:
— Интересное предложение, даже пришлось императору привлекать Ивана Андреевича Остермана, советника по финансам, но предложение ваше приняли. Земля вам в выкуп будет предоставлена, и концессия учтена. Но есть некие ограничения, вот посмотрите.
И Шувалов протянул Ирэн документ, в котором было расписано, что землю она может выкупать, но не более сорока процентов от общего количества обнаруженных источников. Ирэн даже хмыкнула про себя, она-то подумывала о десятой доли, а тут такой подарок. Похоже не очень-то верит государь, что она найдёт «чёрную кровь».
Уже прощаясь, Шувалов спросил:
— Может всё-таки задержитесь ещё на пару дней, Ирэн Леонидовна? И сопровождающие ваши так спешить не будут
Также «по-доброму» улыбаясь, уже стоя в дверях, Ирэн ответила:
— Спасибо, Александр Григорьевич, но нет, домой пора, а сопровождающих не тороплю, как смогут, так пусть и приезжают
Шувалов ещё некоторое время смотрел на дверь, закрывшуюся после ухода этой совершенно невозможно женщины. И пробормотал как бы про себя:
— И всё-таки лучше бы в казематы.
***
Утром Ирэн проснулась в потрясающем настроении. Наконец-то она уезжает из этой душной столицы к себе домой.
Ей представились бескрайние поля, белокаменный храм, который уже должны были начать расписывать.
Со всеми этими переживаниями она даже не поинтересовалась у отца, как в Никольском идут дела, хотя знала, что отчёты он получал регулярно и от управляющего, и от старост из деревень.
Потом задумалась о вчерашнем вечере. Вчера, после того как Ирэн вышла от Шувалова, она попыталась найти Забела, чтобы задать ему вопрос по поводу пожара в доме Мещерских. Но, как ни странно, никто его не видел, и никто не смог ей сказать, где его можно найти.
Шувалова она спрашивать не стала, кто его знает, как «перевернёт» он её вопрос, а подставлять графа Андрея не хотелось.
Слуги, выделенные Прасковьей Валуевной, да ещё те, кого наняли на поездку, ещё с вечера занимались сборами, поэтому от Ирэн только требовалось сосредоточиться и понять, всё ли она сама сделала и не надо ли кому отписать.
На завтраке сегодня были все, Прасковье Валуевне даже пришлось распорядиться о дополнительных столах и стульях.
Семейство Дадиани, или поздно ночью или рано утром вернулось от своих друзей, по пути забрав Давида.
Ирэн взглянула на ещё бледноватого князя Дадиани и поинтересовалась, зачем они его выдернули из дома Обуховых.
— Вай, Ирэн, разве мы могли дать тебе одной уехать, без нас? — широко улыбаясь говорила бабушка Нино.
Ирэн удивилась: — но вы же говорили, что приедете в Никольский, как только Давид поправится.
Ещё раньше они договорились, что из Никольского поедут в Горное княжество все вместе. Так было безопаснее и надёжнее.
— Вай, Ирэн, Давид бы изображал больного так долго как смог бы. Ещё бы, юная княжна от него не отходит, уже и компаньонка её устала сидеть в комнате с нашим князем. Поэтому я решила, хватить отлёживать бока, помолвка состоялась, и вперёд, невесту теперь будем ждать уже в Горном княжестве.
Так «караван Лопатиных», как в шутку называла их повозки и кареты Прасковья Валуевна, пополнился ещё и каретами, и повозками Дадиани.
Сопровождающих своих, которые от Шувалова, Ирэн до самого отъезда из особняка наместника, так и не дождалась. И уже подумала о том, что, возможно, они не успели так быстро собраться и действительно прибудут позже.